https://wodolei.ru/catalog/podvesnye_unitazy/Duravit/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

— Это безнадежно, — пробормотал наконец меченосец. — Здесь слишком тесно, и у нас нет хорошего лекаря. О чем только думают Янис с Тарналом! Как будто у них одних горе. Они должны быть здесь — в конце концов, это же их люди, — а не отсиживаться в теплых каютах! * * * Ваннор слышал шум, доносящийся с палубы, но не обращал на него внимания. Мысли его были далеко отсюда. Держа за руку Занну, которая наконец заснула, он вспоминал Дульсину и с горечью думал о том, скольких счастливых дней лишил себя по собственной глупости.— Папа, пап? — Голос Мартека вывел Ваннора из задумчивости. Мальчуган, прижимая к себе белую собачку Эмми, стоял перед Тарналом, который, сгорбившись, сидел за столом, уронив голову на руки. Мальчик подергал отца за рукав, но Тарнал не отозвался.Жалость к ребенку заставила Ваннора забыть о собственном горе. Бедный Мартек — он потерял сегодня брата, а ни у кого нет на него времени.— Что-то случилось, Мартек? Скажи дедушке. Ты голодный?Малыш покачал головой.— Дедушка, когда Воланд вернется? На мгновение Ваннор похолодел. Он поднял мальчика и посадил себе на колени.— Воланду пришлось уйти, — мягко сказал он. — Воланд умер, Мартек. Он не может вернуться.— Но где он? Почему? Я могу пойти туда, где он сейчас? По спине Ваннора пробежали мурашки. Он обнял внука, моля богов, чтобы его наивное желание паче чаяния не исполнилось.— Воланд ушел далеко-далеко. Он теперь с бабушкой Дульсиной. Они ушли вместе.— И они не смогут вернуться? Никогда-никогда? Но так же нечестно! Я хочу с Воландом! Почему им пришлось уйти?Теллас шумно вздохнул, обдав волшебницу мелкими брызгами.— Увы, маленькая, как я и предполагал, моему народу не понравилось, что я открыл тебе великие тайны. И теперь я в изгнании, но не надо огорчаться понапрасну, волшебница. Я сам принял решение, и потом, я не одинок. Моя подруга последовала за мной, и моя стая, моя морская семья, тоже присоединилась к нам. — Вокруг лодки заблестели спины еще нескольких левиафанов. — Я просил их не вступать с тобой в разговор, — сказал Теллас. — Пусть мои грехи — хотя я не считаю их таковыми — падут на меня одного. Ну а теперь… — Теллас уперся головой в лодку и начал толкать ее вперед. Забурлила вода, и Гринц, испуганно пискнув, бросил весла и скатился на дно.— Все в порядке, — с улыбкой сказала Ориэлла. — Это — мой друг.— Ваш друг? Это чудовище вы называете своим другом? — Гринц покачал головой. — Одно могу сказать, госпожа, — с вами не соскучишься. * * * Линнет не могла найти Ориэллу, зато отыскала несколько других лодок, и вскоре на борту скопилось множество голодных и замерзших контрабандистов, которые были уже на грани отчаяния. Форрал и ксандимцы сбились с ног, стараясь обеспечить всех одеялами и едой, устроить поудобнее раненых, стариков и детей.— Это безнадежно, — пробормотал наконец меченосец. — Здесь слишком тесно, и у нас нет хорошего лекаря. О чем только думают Янис с Тарналом! Как будто у них одних горе. Они должны быть здесь — в конце концов, это же их люди, — а не отсиживаться в теплых каютах! * * * Ваннор слышал шум, доносящийся с палубы, но не обращал на него внимания. Мысли его были далеко отсюда. Держа за руку Занну, которая наконец заснула, он вспоминал Дульсину и с горечью думал о том, скольких счастливых дней лишил себя по собственной глупости.— Папа, пап? — Голос Мартека вывел Ваннора из задумчивости. Мальчуган, прижимая к себе белую собачку Эмми, стоял перед Тарналом, который, сгорбившись, сидел за столом, уронив голову на руки. Мальчик подергал отца за рукав, но Тарнал не отозвался.Жалость к ребенку заставила Ваннора забыть о собственном горе. Бедный Мартек — он потерял сегодня брата, а ни у кого нет на него времени.— Что-то случилось, Мартек? Скажи дедушке. Ты голодный?Малыш покачал головой.— Дедушка, когда Воланд вернется? На мгновение Ваннор похолодел. Он поднял мальчика и посадил себе на колени.— Воланду пришлось уйти, — мягко сказал он. — Воланд умер, Мартек. Он не может вернуться.— Но где он? Почему? Я могу пойти туда, где он сейчас? По спине Ваннора пробежали мурашки. Он обнял внука, моля богов, чтобы его наивное желание паче чаяния не исполнилось.— Воланд ушел далеко-далеко. Он теперь с бабушкой Дульсиной. Они ушли вместе.— И они не смогут вернуться? Никогда-никогда? Но так же нечестно! Я хочу с Воландом! Почему им пришлось уйти?— Нам всем в свое время придется уйти, — объяснил Ваннор. — Раньше или позже каждый из нас отправится в дальний путь, но только каждому свой черед. Тебе повезло, Мартек, ты останешься здесь, с папой, мамой и со мной. Я знаю, ты будешь скучать по своему брату, но придет время, и ты увидишь его, я в этом уверен.— Когда?— Этого я не знаю.— А Воланд будет по мне скучать?— Конечно, будет. Вы оба росли храбрецами. Как ты думаешь, сумеешь ли ты быть таким же храбрым?— Таким же, как папа?Со стороны стола послышался странный звук. Ван-нор поднял голову: Тарнал выпрямился и вытирал слезы рукавом.— Надеюсь, ты будешь храбрее меня, мой мальчик, — тихо сказал он, протянув сыну руки.— Храбрее тебя никого нет на свете. — Мартек вскарабкался отцу на колени. Тарнал обнял сына и посмотрел на Ваннора с признательностью.— Спасибо, — прошептал он. Белая собака, увидев, что все о ней позабыли, начала повизгивать. От этого звука Ваннору почему-то стало не по себе.— Мартек, — сказал он. — Почему Снежинка тут сидит? Она разбудит твою маму… Мальчик посмотрел на собаку.— Ой, я и забыл! Дядя Янис сказал, что я могу ее взять. Можно, пап?Что? Янис отдал Мартеку любимую собаку своей жены? Ваннору стало еще больше не по себе.— Мартек, — осторожно спросил он. — Что именно сказал тебе дядя Янис? И когда это было?Мальчик нахмурился, стараясь вспомнить.— Он сидел в трюме. Он плакал. Он сказал, чтобы я присматривал за Снежинкой, потому что он не сможет. Он сказал, что пойдет искать тетю Эмми.— Проклятие! — Тарнал стряхнул изумленного сына с колен и ринулся к двери, но Ваннор его опередил. Они вместе подбежали к люку, и Тарнал, оставив купца снаружи, полез в трюм. Фонарь выхватил из темноты большое красное пятно на полу. Тарнал поднял голову и посмотрел на Ваннора горьким тоскливым взглядом.— Не надо спускаться, Ваннор. Слишком поздно. — Он помолчал, и купец увидел на лице зятя выражение мрачной решимости. — Судя по всему, теперь я должен стать предводителем Ночных Пиратов. Ну что ж, за дело! — И, не говоря больше ничего, он начал взбираться по лестнице. * * * — Прощай, Теллас! Надеюсь, мы еще увидимся.— Прощай, Эфировидец. Скрепи свое сердце. Помни — те, кто владеет магией, живут долго, и многое еще может произойти. Кто знает, быть может, однажды твои мечты станут явью.— Вот уж не думаю.— Ну что ж, время покажет. Да сопутствует тебе удача, друг мой!«О чем это они?» — гадала Ориэлла, пока Чайм взбирался по веревочной лестнице, которую им спустили с корабля.— Оставь свое любопытство, маленькая, — это тебя не касается, — хихикнул Теллас. — Во всяком случае, не сейчас. Ориэлла вздохнула:— Как жалко, что мы не успели поговорить. Вечно мы встречаемся, только чтобы сказать друг другу «до свидания».— Э, зато как радостна сама встреча! Хорошо, что ты собираешься вернуть Чашу Жизни Владыке Мертвых. Ты дала мне надежду. Очень может быть, что мой народ, узнав, как мудро и бескорыстно ты поступила, поймет, что я не зря доверял тебе, и моему изгнанию придет конец.— Я тоже на это надеюсь. Жезлом Земли я распорядилась не слишком разумно, а с Мечом вообще вышло ужасно. — По пути Ориэлла успела рассказать обо всем левиафану.— Да, это так. Но ты осознала свои ошибки и не станешь их умножать. Я вижу, что твои помыслы по-прежнему чисты, дочь моя. Иди туда, куда ведет тебя сердце, и все будет хорошо.Левиафан простился с ней и поплыл прочь, но его последние слова еще долго звучали у нее в голове.Поднявшись на палубу «Неспящего», она увидела Tap-нала, который отдавал матросам какие-то распоряжения. Прежде чем Ориэлла успела произнести слова соболезнования, он взял ее за руку и отвел в сторонку, подальше от чужих ушей.— Пожалуйста, Ориэлла, помоги Занне. Я знаю, как она тебя уважает… — Тарнал оборвал себя на полуслове и, помрачнев, заговорил снова:— Она просто сидит в каюте, иногда начинает плакать, но ничего не говорит и как будто не слышит. Она мужественная женщина, но Дульсина умерла, и Воланд, а сегодня утром — Янис… Девочкой она была в него влюблена. На нее так много горя обрушилось в одночасье…— Хорошо, Тарнал. — Ориэлла знала, как ему дорога Занна. — Я пойду поговорю с ней. Не волнуйся, я знаю: она — сильная женщина.В каюте было темно, но ночным зрением Ориэлла хорошо видела Занну, неподвижно сидящую на скамье. Глаза ее были устремлены в пространство. Волшебница ничего не сказала — просто присела рядом и стала ждать.— Как ты смогла выдержать? — неожиданно выпалила Занна. — Ориэлла, ты должна понимать, каково это. Ты потеряла Форрала, потом — Анвара. В каком-то смысле ты потеряла сына. Что дало тебе силы продолжить дело?— Когда я была маленькой девочкой, — тихо ответила Ориэлла, — Форрал дал мне один совет. Когда опускаются руки, делай то, что важно на данный момент. Остальные шаги придут сами собой.— Но я не вижу, что я могу сделать сейчас. Мой путь темен, Ориэлла протянула руку, и на ее ладони замерцал маленький шарик волшебного света.— На палубе под дождем стоят люди, которые, как и ты, потеряли своих близких, — тихо сказала она. — Среди них есть раненые…— Не проси меня их утешать! Мне нечего им дать!— Поделись с ними своей каютой, Занна. Людям нужны тепло и уют. Ты можешь им помочь.— И утопить свое горе в добрых поступках? — с горечью воскликнула Занна. — Это все, что ты можешь мне посоветовать?— Ты спросила, я ответила. — Ориэлла пожала плечами. — Но, поверь моему опыту, невозможно утопить горе ни в добрых делах, ни в добром вине. Но легче жить, если все время искать себе дело, вместо того чтобы сидеть в темноте и подпитывать свои страдания бесконечными «если бы только…». Подобные ошибки я совершала не раз и не два, о чем потом долго сожалела. И помни: Ваннор, Тарнал и особенно маленький Мартек нуждаются в твоей поддержке, точно так же, как тебе нужно их участие. Вы должны помогать друг другу — не только ты и твоя семья, но и все Ночные Пираты. Твой первый шаг будет самым тяжелым, но он начинается у порога.Занна посмотрела на волшебницу, потом — на дверь. — Хорошо, — сказала она. — До порога, думаю, я дойти в состоянии. * * * — Где мы, будьте вы прокляты? — орал Паррик. — Это же не Ксандим! До него гораздо дальше. Ты, проклятый дурак. — Он обращался непосредственно к капитану корабля. — Ты куда нас завез?Джескин невозмутимо сплюнул на палубу.— А кто говорил, что мы поплывем на юг? Нашим людям и так пришлось хлебнуть горя — чего же я потащу их в чужую страну? Это Истхэйвен, приятель, и я собираюсь бросить тут якорь. У многих из нас есть здесь друзья или родственники, у меня самого племянница в деревне — так что нас приютят. Будем рыбачить, станем чинить паруса — и никто не скажет, что мы когда-то были пиратами. Жители Истхэйвена нас не продадут. Они терпеть не могут тех, кто приходит из Нексиса, — и правильно делают, уверяю тебя. — Он снова сплюнул и, посмотрев на начальника кавалерии, добавил:— А если хочешь на юг, приятель, найди себе другого извозчика.В руке Паррика внезапно сверкнул нож, и его острие уперлось Джескину прямо в голый живот.— Поворачивай свою чертову каравеллу! Джескин остался невозмутим.— Не выйдет у тебя ничего, приятель, — едва ли не с сожалением сказал он. — Если ты воткнешь в меня эту штуку, мои ребята все равно причалят здесь — только сначала вздернут тебя на pee. — Он сплюнул в третий раз, в опасной близости от сапога Паррика. — И это не каравелла, приятель, а барк.Ругаясь на чем свет стоит, Паррик убрал нож. Угораздило же его остаться в шлюпке и уплыть на эту посудину! Теперь остается только вернуться в Нексис и рассчитаться с этим ублюдком Пендралом. Ориэлле этим, конечно же, не поможешь, но зато участь многих жителей города переменится к лучшему, а значит, и он почувствует себя счастливее. Глава 26. ГОРА СЛЕПОГО БОГА Через два дня «Неспящий» бросил якорь у ксандимского берега. Тридцать восемь уцелевших пиратов с нетерпением ждали возможности сойти на твердую землю, ибо в последние дни плавание стало совершенно невыносимым. Люди мерзли, еды и воды не хватало. Только благодаря целительству Ориэллы никто больше не умер.После всех перенесенных ужасов южные земли казались контрабандистам желанным пристанищем. Тарнал знал, что его люди могут пригодиться народу Всадников, поскольку многому могут научить ксандимцев — ив первую очередь тому, как строить быстрые и легкие корабли, к которым те питали живой интерес.Но для Ориэллы и ее друзей все обстояло иначе. Десять лет назад они увели с собой немало ксандимцев, которые в результате попали в рабство к фаэри, и поэтому надеяться на теплый прием волшебница не могла. Решено было сделать так: когда корабль причалит к берегу, до темноты отсидеться в трюме, а ночью улететь на своих скакунах.К большому удивлению Ориэллы, Ваннор тоже вызвался идти с ними. Он уверял, что это поможет ему быстрее справиться с болью утраты. Посовещавшись с Форралом, волшебница согласилась.Чайм предложил для начала отправиться в его прежний дом на Пике, Обдуваемом Ветрами. Там вы будете в безопасности, говорил он, потому что ксандимцы не осмеливаются заходить в Долину Мертвых, к древним гробницам. Сам Эфировидец намеревался побеседовать с Басилевсом, молданом Пика, который лучше чем кто-либо другой мог рассказать путешественникам, как обстоят дела в Южных Царствах.Корабль вошел в гавань, и Ориэлла прилипла к маленькому иллюминатору. Поселок ксандимцев мало изменился с тех пор, как она была здесь в последний раз. Вдоль берега рядком выстроились невысокие каменные дома; с обеих сторон бухты в море далеко выдавались волнорезы. Ксандимцы, столпясь на пристани, смотрели на нежданных гостей несколько озадаченно, хотя и приветливо.Измир, глава местных старейшин, вышел навстречу Тарналу.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51


А-П

П-Я