https://wodolei.ru/catalog/smesiteli/vodopad/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 



«Журнал "Если"»: 2007
Аннотация
…играет на самом сокровенном - извечном стремлении человека к Марсу.
Дмитрий Градинар
Большое шоу для сталкера

Они не боялись. До хрипоты, до посинения готовы были со мной спорить, но не боялись. Ни пятисот километров, разделяющих нас и ближайшую обитаемую станцию-зимовку «Восход-4», ни крайне жестких правил, установленных организаторами шоу, ни связанных с этими правилами условностей, вроде ограничений по кислородному запасу, а значит, и по времени, при выходе из модуля. Они просто хотели заработать свой миллион, поймать шанс, как это называет Во Марлинг, интерактивный ведущий программы…
Еще в учебном центре, когда программа только набирала обороты, у некоторых участников возникали вопросы. К слову, первоначальное количество игроков составляло семьдесят пять человек, не верящих никаким обещаниям, разве что главному - дошедшие до конца ловят шанс.
Изначально подорванное доверие - вовсе не случайность, причиной такого положения дел стало прошумевшее в Европе и России британское шоу «Большое космическое надувательство». Им обещали полет на русском «Буране», их гонял до седьмого пота майор спецназа Валентин Калашников, для них устраивались зачеты по основам космогонии, началам физики полета и астронавигации, даже заставили повторить клятву космонавта, что на самом деле оказалось рецептом приготовления мясного блюда. А в итоге - посадили оставшихся курсантов, свято верящих в орбитальность своего полета, в великолепно сделанный тренажерный аппарат, навешав на уши русской лапши, потому что тренажер имитировал все аспекты полета, за исключением невесомости! И все равно они верили.
Они несли космическую вахту, теряясь в догадках, когда на обзорных экранах имитатора на фоне очертаний Африканского континента вдруг появлялся гигантский мотылек, нагло игнорирующий всякие данности вроде необитаемости космоса, температуры в минус двести и вообще наличие космического вакуума со всеми его прелестями. Правда, задавали при этом вопросы.
После завершения «Большого космического надувательства» еще долгое время никто не соглашался быть выставленным на посмешище. Ситуацию изменил великий Во Марлинг. Он просто перевернул чашку. И придумал «Большое галактическое шоу». Он перевернул чашку, и все завертелось, зашевелилось, ожило!
- Вик, - сказал он мне, произнося имя на британский манер. - Вик, ты будешь единственным профессионалом в команде, и мы не собираемся этого скрывать.
Он называл меня Виком, а я называл его Большим Во. Паритет номер один. Мы были большим друг для друга, чем для самих себя.
- Нужно продемонстрировать полную открытость намерений, чтобы никто не принял это за очередное надувательство. Тем более, риск есть, и он велик. Без твоего участия цыплята спекутся раньше срока, и этого нам не простят.
Мы говорим только правду. Мы честно раскрываем карты еще до начала игры. Верьте нам! Не упустите шанс! Паритет номер два - для того, чтобы большинство поверило в обман, нужно быть честным с меньшинством.
- Никто не заставит их рисковать без надобности. Понимаешь? Никто! Но даже каменистое плато в Антарктиде - вовсе не безопасный тренажер, что был смонтирован где-то в Южной Шотландии. Транспортные вертолеты, вездеходы повышенной проходимости, арендованный программой спутник «Интерсат-Навигатор» и команда спасателей, которые будут находиться в постоянной готовности прийти на помощь, - это еще не стопроцентная гарантия. Если твой цыпленок сломает ногу, - он называл будущих участников шоу цыплятами, приучив меня делать то же самое, - мы не станем его эвакуировать, вам придется выхаживать неудачника собственными силами. Камеры будут повсюду, днем и ночью, это же шоу, Вик! Это, черт возьми, «Большое галактическое шоу»! Или вы ловите шанс, или я никогда не расплачусь с кредиторами. Семьдесят два миллиона! Семьдесят два! Ты представляешь, какие деньги уже вложены и сколько предстоит вложить в дальнейшем?
- Я знаю, Большой Во, это треть бюджета какого-нибудь голливудского приключения Ганнибала в мире египетских фараонов или четверть стоимости очередной попытки реанимировать дряхлеющего Гарри.
- Ты шутишь, значит, ты все понял. Приступаем к работе.
В этом и заключалось величие Большого Во. Он все и всегда понимал правильно. Он умел переворачивать чашки.
Мне не светило поймать шанс, как тем двенадцати счастливчикам, что отправятся со мной на самый пуп Земли, в Антарктиду. Но эти же цыплята обеспечивали наседку, то есть меня, гарантированным заработком в шесть тысяч фунтов стерлингов ежемесячно с момента отправки на плато. В период подготовки моя ставка куда как скромнее - пятьсот фунтов. Поверьте, даже этого много.
Счастливчик ли я? Не знаю, наверное, да. Когда участвуешь в геологической экспедиции или сопровождаешь группу черных археологов, надеющихся раскопать очередную Трою где-нибудь за Гималайской грядой, а то и вовсе проникнуть в Шамбалу, поискать тамошние артефакты, заработок зависит исключительно от прихоти работодателей. Никаких контрактов, бумаг и юристов. Веришь не веришь, здесь два туза, а на поверку - паршивые тройки. Когда я оказался на мели, мне довелось водить по Тибету группу за полсотни долларов в неделю, при этом обеспечение также оставляло желать лучшего. Едва ли не подножный корм, никаких крепких напитков, только вода во флягах, с ее помощью - отвар из корешков и местных «энергетических», как они говорили, трав, и постоянные сны об отбивных с картошкой. Эти чудики желали приобщиться к божественному и обрести бессмертие. Думаю, так они протянут максимум лет до сорока, превратившись в странствующих очарованных бомжей. Что толку в голодном цитировании Блаватской? Через три недели я сплавил их другому сталкеру, который тоже искал чего-то великого и неземного, он не видел во сне отбивные… Сплавил, потому что доверяю мудрости Соломона. Все пройдет. И все - суета сует. Предложение Большого Во - манна небесная вместе со всеми отбивными мира для такого бродяги, как я. Спасибо интернету.
- Вик, я очень рассчитываю на твою помощь. Пятьсот фунтов - мелочь, будем считать это небольшими подъемными, но зато какие перспективы! Ты будешь сладко есть, мягко спать, через три месяца, едва вы окажетесь на плато, на твой счет начнет капать по девять тысяч долларов! Если рейтинг программы превысит расчетную величину, заработает система премий. Ты станешь известней, чем Кортасар с Боливаром! Станешь знаменитостью для всего мира. Где бы ты ни оказался, тебя встретят, как героя. В Греции и Самоа, Стамбуле и Мемфисе!
Большой Во умел правильно выговаривать имена городов, для него не было проблемой произнести без запинки название столицы древнего государства даков Сармиседжетуса или венгерских городов Секеш-фехервар и Кишкунфеледьхаза, не говоря уже о китайских Шицзячжу-ан, Чжанзякоу, Цзинидэчжень (он не путал с Цзиньшацзяном, другим названием реки Янцзы!) и прочих Макурадзаки - Макурагаме в Японии. Странно, что сейчас он ограничился только Стамбулом. Мог бы и чего позаковыристей завернуть.
- Вик! Первоначально планируется вести проект десять месяцев, включая три месяца подготовки. Но если рейтинг превысит… если пойдет реклама… шампунь, майки и кепки с логотипом «Большого галактического шоу», то время будет продлено. На год, еще на месяц, на восемь лет, - кто знает?
Мое шестое чувство - а я привык ему доверять - встрепенулось, оцарапало мозг, толкнуло в сердце и в правую руку, которой я чуть было не лишился четыре года назад во время перехода через Анды.
- Во… - я умышленно опустил приставку Большой, - ты же не собираешься сделать нас гребцами на галере? В контракте говорится, что на это нужно согласие…
- Конечно, Вик! Ты же лучший! - он смеялся мне в лицо, обнажая здоровые жемчужные зубы. Тридцать две штуки.
А я? Что мог сделать я? Со своими четырьмя оставшимися, остальные - чудо современного протезирования. Каньон в Колорадо. Спасал туриста.
- Ты прав, Вик! Но мы же говорим о доверии! Если кто-то окажется против, хотя бы один участник, мы представим дело так, будто происходит замена экипажей! Перелет на Марс, - теперь это занимает четыре месяца, - значит, пустим шоу в два русла. Ваш мнимый возврат, а перед этим - корабль со сменным экипажем! Максимум восемь месяцев, разве что уведомить о таком решении нужно чуть раньше, чтобы мы успели набрать добровольцев, найти другого сталкера и заново провести подготовительный курс. Эти дополнительные восемь месяцев для тебя - сорок восемь тысяч фунтов! Столько не зарабатывает даже член британского парламента. Если он, конечно, не наследный принц рода Мальборо или Честерфильдов.
- Понял, Большой Во. Считай, что я в игре.
- Ты лучший, Вик! Когда вернешься, я подарю тебе бриллиантовые шпоры сэра Уильяма VIII, и мы напьемся вдвоем, за счет телекомпании, в захудалой портовой таверне, где нас никто не узнает.
- Погоди, что-то я не слышал такого… Разве ваш король носил бриллиантовые шпоры?
- Господи, конечно же, нет! Но кто об этом знает?
Он снова смеялся. Я, кажется, тоже, уже не стесняясь матовых зубных протезов. Еще через неделю меня представили семидесяти пяти соискателям.
- Всем встать! - скомандовал Большой Во, хотя для них он тогда еще был просто Во Марлингом. - Прошу приветствовать, ваш цезарь и Бог, пастух и матадор, человек-легенда в мире путешественников, Виктор Авдеев…
А про бриллиантовые шпоры он верно сказал. Король их не носил. Но кто об этом знает? Кроме меня и, разумеется, Большого Во. Еще одна перевернутая чашка. Еще один паритет: вы хотите, чтобы верили мы, а нам нужна ваша вера. Тет-беш, как говорят филателисты про марки в сцепках, где они развернуты друг к другу основаниями. Зеркальная правда. Перефразируя Ницше: когда вы вглядываетесь в зеркало, зеркало смотрит на вас. Пятьсот фунтов аванса. Как же я напился, зная, что ближайшие десять месяцев (максимум восемнадцать) предстоит довольствоваться безалкогольным пивом.
Хотя сколько там до зимовщиков? Пятьсот? Для бешенной собаки семь верст не крюк. Это если без вездехода. У нас их будет четыре. Двухместные, шестиколесные, с какими-то хитрыми движками, армированная кабина… В общем, маленькие такие антарктидоходы.
Так вот, снова о шпорах Уильяма VIII. Фокус в том, что для всех мы отправляемся на Марс. Идея колонизации красной планеты все еще вызывает сомнения в некоторых умах. И все бы ничего, только от этих некоторых зависит финансирование подобной программы. Сама станция на Марсе, аппарат - модуль, настоящий перелет… Уму непостижимо, сколько это может стоить!
Японские инженеры обещают станцию на пятьдесят человек всего за двести миллионов. Не йен, конечно, зеленых Франклинов. Очень оптимистичный расчет, которому никто не верит. Не без оснований, скорее всего, но судить не берусь. США называют другую цифру. Полтора миллиарда. Чуть меньше, чем требуется затратить на появление очередного президента, гаранта мировой демократии. Эх, Моника, Моника, симпатичная ты моя… Какие там Ивонны Бурже с Клеопатрами? Вот самая дорогая гетера! Только Югов жалко…
Прочь! Завтра стану как стеклышко, и все уйдет. Но мысли продолжали кружить вокруг идеи Большого Во. Черт с ними, с миллиардами, это неизбежные траты. Но как убедить налогоплательщиков, что людям на Марсе ничего не грозит? Одновременно уверив, что колония не рухнет из-за вмешательства человеческого фактора? Не смуглые и зла-тоглазые, а наши, натасканные и подготовленные ко всему, переселенцы могут таких дров наломать, что ты!
Белокурая девчонка, которую я подцепил вчера, кивала в такт моим словам, ни бельмеса не понимая. Только поглядывала на часы. И еще думала, наверное, - не исчезну ли? Зачем? Меньшинству говорить только правду! Сколько тебе обычно предлагают? Сто фунтов? Не обманывай: Большой Во сообщил мне местный прейскурант. Хотя это неважно, держи пятьсот, только не забудь расплатиться за выпивку, все отдаю, гол как сокол. Встретимся, может быть, через полтора года, тогда и сходим к тебе в меблирашку. Чаю попить. А пока…
- Вик! Я понимаю, тебе захочется расслабиться, но нельзя. Гуляй сейчас и будешь гулять после. Но с началом шоу - это табу! Мы набираем шесть пар, а ты - тринадцатый.
- Я не суеверный, Большой Во. И мне не впервой.
- Ты лучший, Вик! - Как он мне надоел своими вечными признаниями в любви! - Хочешь, к алмазным шпорам еще и платиновую шпагу в придачу? С дарственной надписью от Иисуса Христа и ленточкой от Девы Марии?
Большой Во отличался особым цинизмом во всем, что касалось веры. Зажечь свечу в храме? Пожалуйста! Только проследите, чтобы в кадр не попали мои тренировочные штаны, через восемь минут у меня пробежка. И дайте кто-нибудь рубашку, галстук и пиджак! Или: Господи, помоги мне, Господи, устроить все так, как хочу! Построю еще один Нотр-Дам, а рядом на всякий случай синагогу, мечеть и буддистскую кумирню.
И ведь построит! Правда, за чужие деньги, и будет следить, чтобы все это попадало в кадр по отдельности. Тоже на всякий случай… Во Марлинг объяснил нам, чего же он хочет.
- Что нужно, чтобы кто-то раскошелился и не переживал, что вложения сгорят? Правильно, загнать на Марс отряд дилетантов, пусть все увидят, что даже у никчемного простофили появился шанс. Ни единого профессионального космонавта, ни единого ученого - специалиста по Марсу, ни физика, ни врача, только опытный путешественник, человек без постоянного места жительства - Вик Авдеев, который водил группу даже за полсотни в неделю. Закинуть их, а там - пусть крутятся, как знают! Теперь второе. А что нужно, чтобы эта афера не рассыпалась, словно карточный домик? Ежу понятно, - вещал, заглядывая мне в глаза, Во Марлинг, папа и мама «Большого галактического шоу». - На Марсе вы сдохнете при первой попытке выйти наружу, если вообще долетите… Поэтому нужно отправить вас в Антарктиду, где шансы немного возрастают. Конфиденциальность - моя проблема. Объявим, что старт происходит с новейшего российского космодрома, куда КГБ никого не пускает.
- В России больше нет КГБ.
1 2 3 4


А-П

П-Я