https://wodolei.ru/catalog/kryshki-bide/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 





Роберт Ладлэм: «Патрульные апокалипсиса»

Роберт Ладлэм
Патрульные апокалипсиса



OCR Денис
«Роберт Ладлэм. Патрульные Апокалипсиса»: Центрполиграф; Москва; 2000

ISBN 5-227-00571-0Оригинал: Robert Ludlum,
“The Apocalypse Watch”

Перевод: К. Ананичев, Е. Егорова
Аннотация Заправилы строго законспирированного Братства Дозорных — зародыша германского `четвертого рейха`, — одержимые безудержной жаждой власти, готовят не знающую равных по жестокости и масштабам террористическую акцию. Тысячам западных европейцев они уготовилииспытания сродни мрачным пророчествам Апокалипсиса. В противоборство с опасными маньяками, чьи головы затуманены нацистскими догмами, вступают сотрудники спецслужб США и Франции. Роберт ЛадлэмПатрульные апокалипсиса Я редко пишу посвящение длиннее двух-трех строк. На этот раз все обстоит иначе, и причина понятна.Моей прелестной и чуткой супруге Мэри, с которой мы прожили сорок с лишним лет, а также нашим детям — Майклу, Джонатану и Глинис, которые всегда оставались сильными и решительными и с неизменным юмором (отличительной чертой нашей семьи) относились ко всему, что бы ни происходило. Они просто не могли бы быть лучше, и мне никогда сполна не выразить им мою любовь и благодарность.«Вашего отца сняли с операционного стола и переводят на реабилитационный этаж».«Кто его понесет?»Блестящему кардиологу доктору медицины Джеффри Бендеру и великолепному кардиологу доктору Джону Элефтериадесу, а также всей хирургической команде и всем сотрудникам Йельской больницы в Нью-Хэйвене, чьи знания и забота выше всяких похвал. (Хотя весьма спорно, чтобы меня можно было назвать замечательным пациентом, — убедительных доказательств тому, к сожалению, нет.)Нашему племяннику доктору Кеннету М.Кернсу, тоже необыкновенному хирургу, который относится к своему отнюдь не святому дядюшке с терпением, присущим лишь мученикам. Кстати, Кен, спасибо за листерин. А также его брату Дональду Кернсу, доктору физики, специалисту по ядерной медицине. (И как это мне пофартило жениться на девушке из такой интеллигентной семьи?) Спасибо, Дон, за то, что ты каждый день звонил и посещал меня. А также вашим коллегам докторам Уильяму Прескенису и Дэвиду (Герцогу) Гризэ из пульмонологической команды. Я слышал, вы потрясные ребята, и изо всех сил стараюсь вести себя пристойно.Нашему кузену А.С. (Иззи) Ридуча и его жене Дженет, которые всегда были рядом в нужный момент.Докторам Чарльзу Огенброну и Роберту Грину из клиники Скорой помощи при Норуокской больнице в штате Коннектикут и всем замечательным людям, которые сделали все, чтобы очень больной незнакомец обрел надежду еще раз увидеть восход солнца.Наконец, невзирая на все усилия удержать случившееся от огласки, — всем знакомым, друзьям и тем, кого я никогда не видел, но безусловно считаю своими друзьями, в знак признательности за открытки и письма с выражением наилучших пожеланий. Они были с благодарностью получены и жадно прочитаны.И последнее: давайте отбросим мрак — даже в худшие времена всегда случается что-то забавное. Через день или два после операции во время обычной ванны сердобольная няня мыла меня губкой, затем перевернула на спину и с большим достоинством, но с чертиком в глазу, сказала: «Не волнуйтесь, мистер Л., я по-прежнему буду с уважением относиться к вам утром».Аминь. И снова всем моя глубокая благодарность. Теперь я готов бежать марафон.Роберт Ладлэм Для любого здравомыслящего человека всегда было необъяснимой загадкой то, как нацистский режим систематически творил зло. Словно этакая моральная черная дыра, он не подчинялся законам природы, будучи сам частью этой природы. Дэвид Энсен, «Ньюсуик» от 20 декабря 1993 г. Пролог Высоко в австрийских горах Хаусрюк, на альпийской тропе мел снег и дул холодный северный ветер. Между тем далеко внизу долину покрывали крокусы и нарциссы — цветы ранней весны. На этой тропе не было ни пограничного поста, ни перевалочного пункта между горными хребтами. В сущности, это место не значилось ни на одной карте для общего пользования.По крепкому мосту, сколоченному из толстых перекладин, с трудом могла проехать одна машина, он был переброшен над пропастью в семьдесят футов шириной. В нескольких сотнях футов под ним с грохотом несся стремительный поток, вытекавший из реки Зальцах. Перейдя через мост и пробравшись сквозь лабиринт меченых деревьев, можно было попасть на тайную тропу, вырубленную в горном лесу, крутую и извилистую, длиной более семи тысяч футов. Она приводила в укромную долину, поросшую крокусами и нарциссами. На равнине было значительно теплее, — зеленели поля и деревья... Здесь располагался комплекс небольших строений; их крыши были закамуфлированы диагональными полосами под цвет земли. Неразличимые с высоты, они казались частью горного пейзажа. Здесь находилась штаб-квартира Bruderschaft der Wacht — Братства дозорных, зародыш германского «четвертого рейха».Двое мужчин в плотных куртках, меховых шапках и альпийских ботинках на толстой подошве пересекали мост, отворачиваясь от колющего снега. Когда они, пошатываясь, добрались до конца, заговорил американец, который шел впереди.— Хотелось бы никогда больше не ходить по этому мосту. — Он стряхнул снег с куртки и, стянув перчатки, стал растирать лицо.— Однако придется вернуться, герр Лесситер, — заметил, широко улыбаясь, пожилой немец и остановился под деревом, чтобы стряхнуть снег. — Не огорчайтесь, майн герр: не успеете опомниться, как на вас повеет теплом и ароматом цветов. Здесь, на такой высоте, еще зима, а внизу уже весна... Следуйте за мной, наш транспорт прибыл.Издали донеслись выхлопы, и мужчины быстро зашагали, огибая деревья; немец шел впереди. Вскоре они оказались на небольшой поляне, где стояла машина, похожая на джип, но гораздо больше и тяжелее; толстые шины были в глубоких вмятинах.— Вот это машина! — воскликнул американец.— Можете гордиться ею — она amerikanisch Американская (нем.).

. Построена по нашим спецификациям в штате Мичиган.— А что с заводами «Мерседес»?— Чем ближе, тем опаснее, — ответил немец. — Если хочешь строить на своей территории, не надо пользоваться собственными ресурсами. Вскоре вы увидите объединенные усилия многих стран — уверяю вас, их наиболее алчные бизнесмены, коммерсанты будут скрывать своих клиентов и поставки для получения сверхприбылей. Конечно, когда товар поставлен, прибыли становятся пороховой бочкой, а поставки должны идти своим чередом, пожалуй, более засекреченным способом. Так уж принято в мире, ja Да (нем.); здесь: не так ли?

?— Несомненно. — Лесситер с улыбкой снял меховую шапку и вытер пот со лба.Лесситер был человеком среднего возраста, чуть ниже шести футов, с резкими чертами узкого лица, легкой сединой на висках и морщинками в углах глубоко посаженных глаз. Идя к машине, он нарочно отставал на несколько шагов от своего спутника, но ни спутник, ни шофер не видели, как Лесситер то и дело вытаскивал из кармана дробинки и бросал в прибитую снегом траву. Он проделывал это уже целый час — с тех пор, как они сошли с грузовика на альпийской дороге, проходившей между двух горных деревень. Дробинки излучали радиацию, легко уловимую ручным сканером. Там, где остановился грузовик, Лесситер отстегнул от пояса электронный передатчик и, сделав вид, будто поскользнулся и упал, спрятал его между двух больших камней. Теперь весь путь легко проследить: у тех, кто по нему пойдет, стрелка здесь резко подскочит вверх и раздастся пронзительный звук.Лесситер, агент глубокого залегания, занимался крайне рискованным делом — работал на американскую разведку. Он владел несколькими языками, и настоящее имя его было Гарри Лэтем. В тайных архивах ЦРУ он значился под кодовой кличкой Шмель.Спуск в долину заворожил Лэтема. Раза два-три он совершал восхождения с отцом и младшим братом, но то были горы Новой Англии, не столь высокие и величественные. Здесь же, по мере того как они круто спускались вниз, разительно менялись краски и запахи; ветер стал более теплым. Выбросив из карманов все дробинки, Лэтем сидел один в большой открытой машине, вполне подготовившись к тщательному обыску, которому, как он полагал, его непременно подвергнут. Он был взволнован. Многолетний опыт научил его скрывать эмоции, но внутри все горело. Наконец-то! Он все-таки нашел это место! Однако когда они спустились в долину, даже Гарри Лэтем был потрясен увиденным.На трех квадратных милях плоскогорья разместилась настоящая, искусно закамуфлированная, военная база. Крыши многочисленных одноэтажных построек были выкрашены так, что сливались с окружающей местностью. Над всеми участками полей на высоте пятнадцати футов протянулись веревочные сетки, покрытые прозрачной зеленой маскировочной тканью, — они скрывали проходы из комплекса в комплекс. По этим скрытым «переулкам» ездили серые мотоциклы с колясками — и водители и пассажиры были в униформе; мужчины и женщины проходили подготовку — как физическую, так и академическую. Мужчины, обучавшиеся гимнастике и рукопашному бою, были в трусах, женщины — в трусах и бюстгальтерах. Те, что слушали лекции, носили зеленые маскировочные костюмы. Гарри Лэтема поразило здесь непрестанное движение. В долине ощущалась пугающая напряженность, но ведь таков и сам Брюдершафт, а это его чрево.— Грандиозное зрелище, nicht wahr Не так ли? (нем.)

, герр Лесситер? — крикнул сидевший рядом с шофером пожилой немец, когда они добрались до дороги, проложенной по долине под веревочной сеткой.— Unglaublich! Невероятное (нем.).

— согласился американец. — Uber phantastische! Просто фантастическое (нем.).

— Я и забыл, что вы свободно владеете немецким.— Душа моя здесь. Так было всегда.— Das ist gut. Naturuch, wir sei recht Это хорошо. Конечно же, мы правы (нем.).

.— Uber recht. Ich bin der Wahrheit Более чем правы. Я — сама правда (нем.).

. Гитлер высказал величайшие истины.— Да, да, разумеется, — улыбнулся немец, бесстрастно глядя на Александра Лесситера, родившегося в Стокбридже, штат Массачусетс, и нареченного Гарри Лэтемом. — Мы едем сейчас в штаб-квартиру. Комендант с нетерпением ждет вас.«Тридцать два месяца упорного труда по прокладке тернистого извилистого пути вот-вот должны принести свои плоды», — подумал Лэтем. Почти три года, прожитые под чужим именем, похоже, завершились: непрерывные, одуряющие и изматывающие разъезды по всей Европе и Среднему Востоку, рассчитанные не только по часам, но и по минутам, так, чтобы поспеть в нужное место в точное время, где люди могли поклясться, что видели его. А с какими подонками ему приходилось иметь дело: с бессовестными торговцами оружием, чьи сверхприбыли измерялись супертанкерами крови; с королями наркотиков, повсеместно убивающими и уродующими целые поколения молодежи; с прогнившими политиками и даже государственными деятелями, которые к выгоде биржевиков искажали и обходили законы, — теперь все это в прошлом. Позади лихорадочная переправка баснословных сумм на отмывку в швейцарские банки по секретным вкладам с подделанными подписями — все эти неотъемлемые части смертельных игр международного терроризма. Пережитым Гарри Лэтемом кошмарам наяву пришел конец.— Мы приехали, герр Лесситер, — сказал Лэтему его спутник-немец, когда машина-вездеход остановилась у барака под высоко натянутым зеленым камуфляжем. — Теперь стало гораздо теплее и приятнее, nein?— Безусловно, — ответил разведчик, вылезая с заднего сиденья машины. — Я даже взмок и этой одежде.— В помещении вы разденетесь, и к вашему отъезду одежда просохнет.— Буду весьма признателен. К вечеру я должен вернуться в Мюнхен.— Да, понятно. Пойдемте к коменданту...Когда они подошли к массивной черной деревянной двери с алой свастикой, в воздухе послышался гул. Сквозь прозрачное зеленое покрытие видны были большие белые крылья планера, кругами спускавшегося в долину.— Еще одно чудо, ja, герр Лесситер? Он отрывается от несущего его самолета примерно на высоте тысячи трехсот футов. Naturuch Естественно (нем.).

, пилот должен быть очень хорошо подготовлен, так как опасны ветры, совершенно непредсказуемые. Планером пользуются лишь в крайнем случае.— Как он спускается, я вижу. А как поднимается?— С помощью того же ветра, майн герр, а также ракет. Мы, немцы, создали в тридцатые годы самые совершенные модели планеров.— Но почему вы не пользуетесь обычными маленькими самолетами?— С планерами легче. Их можно поднять в воздух с поля, с Weideland Пустошь (нем.).

, с пастбища. Самолет же надо заправлять, обслуживать и держать с ним связь.— Phantastische! — повторил американец. — И naturuch, у планера почти или совсем нет металлических частей — пластик и непромокаемая ткань. Его трудно уловить радаром.— Трудно, — согласился нацист нового поколения. — Возможно, но крайне трудно.— Поразительно, — произнес Лесситер, когда его спутник открыл дверь в штаб-квартиру. — Вас можно поздравить. Ваши меры безопасности не уступают вашей секретности. Великолепно!Лэтем нарочито небрежно оглядел комнату. Она была просторной. Вдоль стен стояли консоли со сложным компьютерным оборудованием. Перед ними сидели операторы в безупречных униформах — похоже, мужчины и женщины... Что-то в них было странное, не вполне обычное. Что же? И вдруг до Лэтема дошло: все операторы молоды, лет двадцать с небольшим, в основном блондины или светловолосые, с чистой загорелой кожей. Вместе они выглядели необычайно привлекательно — будто рекламное агентство посадило свои модели за компьютеры, желая внушить потенциальным покупателям, что и они будут вот так же смотреться, если приобретут эти компьютеры.— Все они — специалисты в своей области, герр Лесситер, — произнес незнакомый голос позади Лэтема.Американец быстро обернулся. Из двери слева вышел мужчина примерно его возраста, в маскировочном костюме и фуражке офицера вермахта.— Генерал Ульрих фон Шнабе счастлив приветствовать вас, майн герр, — произнес он, протягивая руку.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14


А-П

П-Я