Оригинальные цвета, всячески советую 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 




Александр Николаевич Островский
Лес



Александр Николаевич Островский

Лес
(Комедия в пяти действиях)

Действие первое

Лица

Раиса Павловна Гурмыжская , вдова, лет 50-ти с небольшим, очень богатая помещица, одевается скромно, почти в трауре, постоянно с рабочим ящиком на руке.
Аксинья Даниловна (Аксюша) , ее дальняя родственница, бедная девушка лет 20-ти, одета чисто, но бедно, немного лучше горничной.
Евгений Аполлоныч Милонов , лет 45-ти, гладко причесан, одет изысканно, в розовом галстуке. Богатый сосед Гурмыжской.
Уар Кирилыч Бодаев , лет 60-ти, отставной кавалерист, седой, гладко стриженный, с большими усами и бакенбардами, в черном сюртуке, наглухо застегнутом, с крестами и медалями по-солдатски, с костылем в руке, немного глух. Богатый сосед Гурмыжской.
Иван Петров Восмибратов , купец, торгующий лесом.
Петр , его сын.
Алексей Сергеевич Буланов , молодой человек, недоучившийся в гимназии.
Карп , лакей Гурмыжской.
Улита , ключница.

Усадьба Гурмыжской, верстах в пяти от уездного города. Большая зала. Прямо две двери: одна выходная, другая в столовую; направо от зрителей окно и дверь в сад; налево две двери: одна во внутренние комнаты, другая в коридор. Богатая старинная мебель, трельяжи, цветы, у окна рабочий столик, налево круглый стол и несколько кресел.

Явление первое

Карп стоит у двери в сад, входит Аксюша .

Аксюша . Раиса Павловна звали меня?
Карп . Так точное; только теперь гости приехали, так они в саду.
Аксюша (вынув из кармана письмо) . Послушай, Карп Савельич, не можешь ли ты?..
Карп . Что вам угодно-с?
Аксюша . Передать. Ты уж знаешь кому.
Карп . Да как же, барышня? Теперь ведь уж словно как неловко. Правда ль, нет ли, у тетеньки такое есть желание, чтоб вам за барчонком быть.
Аксюша . Ну, не надо; как хочешь. (Отворачивается к окну.)
Карп . Да уж пожалуйте. Для вас отчего же… (Берет письмо.)
Аксюша (глядя в окно) . Продала Раиса Павловна лес?
Карп . Продали Ивану Петрову. Все продаем-с, а чего ради?
Аксюша . Не хочет, чтоб наследникам осталось; а деньги можно и чужим отдать.
Карп . Надо полагать-с. Мудрено сотворено.
Аксюша . Говорят, она эти деньги хочет за мной в приданое дать.
Карп . Дай-то бог!
Аксюша (очень серьезно) . Не дай бог, Карп Савельич!
Карп . Ну, как угодно-с. Я к тому, что все же лучше, пусть в приданое пойдут, чем туда же, куда и прочие.
Аксюша . Куда прочие… а куда же прочие?
Карп . Ну, это вам, барышня, и понимать-то невозможно, да и язык-то не поворотится сказать вам. Алексей Сергеич идут. (Отходит от двери.)

Аксюша смотрит в окно, Буланов входит.

Явление второе

Аксюша , Буланов , Карп , потом Улита .

Буланов (Карпу) . Что ж, ты набил мне папиросы?
Карп . Никак нет-с.
Буланов . Отчего же нет? Ведь я тебе велел.
Карп . Мало что велели! А когда мне?
Буланов . Нет, уж вы здесь зазнались очень. Вот что. Я вот Раисе Павловне скажу.
Карп . Не скажете; вы при них и курить-то боитесь.
Буланов . Боитесь… Чтоб были набиты! Не десять раз тебе говорить! (Увидав Аксюшу, подходит к ней и очень развязно кладет ей на плечо руку.)
Аксюша (быстро обернувшись) . Что вы! С ума сошли?
Буланов (обидясь) . Ах!! Извините! Что вы такой герцогиней смотрите, красавица вы моя?
Аксюша (почти сквозь слезы) . За что вы меня обижаете? Я вам ничего не сделала. Что я здесь за игрушка для всех? Я такой же человек, как и вы.
Буланов (равнодушно) . Нет, послушайте; вы в самом деле мне нравитесь.
Аксюша . Ах, да мне-то что до этого за дело! Какое вы имеете право трогать меня?
Буланов . Что вы все сердитесь неизвестно за что? Эка важность! Уж и тронуть нельзя! Свое, да не трогать! Кто ж мне запретит?
Аксюша (строго) . А если не ваше, если чужое? Тогда что?
Буланов . Что за капризы! Надоело. Этак вы все дело испортите.
Аксюша . Какое дело?
Буланов . Какое… Будто не знаете? Вот какое: Раисе Павловне угодно, чтоб я женился на вас. А что Раисе Павловне угодно…
Аксюша . Тому и быть?
Буланов . Разумеется. Мы с вами люди бедные… Дожидаться, покуда прогонят? Нет, уж покорно благодарю. Куда мне? Опять к маменьке? Бить сорок-ворон за чужим двором?
Карп . Потише, сударь! Улита идет.

Входит Улита и чего-то ищет.

Вам чего здесь?
Улита . Я, кажется, забыла…
Карп . Ничего вы не забыли, это вы напрасно. У вас есть свой департамент, мы к вам не ходим.

Улита уходит.

Вот так-то лучше!.. Самая проклятая женщина!
Буланов . Расчет прямой; кажется, можно понять.
Аксюша . Да, я понимаю.
Буланов . Так и упрямиться нечего. Перед кем здесь неприступность-то разыгрывать? Ведь Раиса Павловна обещает много денег дать; чего ж еще? Креститься надо обеими руками.
Аксюша . Иное можно купить за деньги, а другого нельзя.
Буланов (презрительно улыбаясь) . Философия! (Серьезно.) Вы толку в деньгах не знаете, оттого так и разговариваете. Видно, нужды-то не видали? А тут впереди жизнь приятная… За деньги-то люди черту душу закладывают, а не то чтоб отказываться.

Показывается Улита .

Карп . Что вы шмыгаете взад и вперед? Не видали вас тут? Здесь комнаты чистые.
Улита . Уж и войти нельзя!
Карп . Как это вы себе покою не найдете? Мечетесь вы, как угорелая кошка. Позовут вас, тогда другое дело.

Улита уходит.

Аксюша . Насильно мил не будешь, Алексей Сергеич.
Буланов . Ну, да уж я добьюсь своего; у меня не отвертитесь. Ведь вам лучше меня здесь не найти.
Аксюша (тихо) . Ошибаетесь. Захочу поискать, так найду; а может, уж и нашла. (Карпу.) Если Раиса Павловна спросит, я буду в своей комнате. (Уходит.)

Явление третье

Буланов , Карп .

Карп (подходя) . Ах, барин, барин!
Буланов . А что, Карп?
Карп . Молоды вы очень.
Буланов . Знаю, что молод.
Карп . А это нехорошо.
Буланов . Что ж мне делать-то?
Карп . Это не к пользе вашей… А вы старайтесь…
Буланов . Уж как ни старайся, а вдруг лет не прибавится: я только из гимназии.
Карп . Да что гимназия! Другие и в гимназии не были, да какие ловкие.
Буланов . Да на что ловкие-то?
Карп . Да на все, а уж особливо что мимо рук-то плывет.

Улита показывается из коридора.

Опять? Тьфу! Брысь ты, окаянная!
Улита (скрываясь) . Обидчик!
Буланов (задумчиво) . Да?.. Ну, что ж?
Карп . То-то: «да». Вы что барышню-то тревожите? Какой тут авантаж?
Буланов . Все-таки…
Карп . Осторожнее надо, сударь; недаром Улита тут ползает, перенесет сейчас. А понравится ли барыне? Еще неизвестно, куда вас Раиса Павловна определят. Они хоть и барыня, а ведь их дело женское: никак даже невозможно этого знать, что у них на уме. Вдруг одно, и сейчас другое; у них в мыслях не то что на неделе, на дню до семи перемен бывает. Вот вы говорите: жениться; а может, что другое заставят делать! Вы своей воли не имеете; привезли вас на пропитание, так как маменька у вас в бедности… А вы хотите… Уж вы и смотрите все в глаза.
Буланов . В глаза?
Карп . Беспременно. Так все ходите и смотрите, потому от них зависимы… А там по времени, из разговора или из чего и можете понять… Барыня идут. (Уходит.)

Буланов поправляет волосы и покручивает усики. Входят Гурмыжская , Милонов и Бодаев .

Явление четвертое

Гурмыжская , Милонов , Бодаев , Буланов .

Гурмыжская . Я вам говорила, господа, и опять повторяю: меня никто не понимает, решительно никто. Понимает меня только наш губернатор да отец Григорий…
Милонов . И я, Раиса Павловна.
Гурмыжская . Может быть.
Милонов . Раиса Павловна, поверьте мне, все высокое и все прекрасное…
Гурмыжская . Верю, охотно верю. Садитесь, господа!
Бодаев (откашливаясь) . Надоели.
Гурмыжская . Что вы?
Бодаев (грубо) . Ничего. (Садится поодаль.)
Гурмыжская (заметив Буланова) . Алексис, Алексис! Вы мечтаете? Господа, представляю вам молодого дворянина, Алексея Сергеича Буланова.

Буланов раскланивается.

Судьба его очень интересна, я вам сейчас расскажу. Алексис, погуляйте в саду, мой друг.

Буланов уходит, Гурмыжская и Милонов садятся у стола.

Милонов . Ваш родственник, вероятно?
Гурмыжская . Нет, не родственник. Но разве одни родственники имеют право на наше сострадание? Все люди нам ближние. Господа, разве я для себя живу? Все, что я имею, все мои деньги принадлежат бедным;

Бодаев прислушивается.

я только конторщица у своих денег, а хозяин им всякий бедный, всякий несчастный.
Бодаев . Я не заплачу ни одной копейки, пока жив; пускай описывают имение.
Гурмыжская . Кому не заплатите?
Бодаев . На земство, я говорю.
Милонов . Ах, Уар Кирилыч, не о земстве речь.
Бодаев . Никакой пользы, один грабеж.
Гурмыжская (громко) . Подвиньтесь поближе, вы нас не слышите.
Бодаев . Да, не слышу. (Садится к столу.)
Гурмыжская . Этот молодой человек, господа, сын одной моей приятельницы. Я встретилась с ней в прошлом году в Петербурге. Прежде, давно уж, мы жили с ней совершенно как сестры; но потом разошлись: я овдовела, а она вышла замуж. Я ей не советовала; испытавши сама, я получила отвращение к супружеству.
Бодаев . К супружеству, но не к мужчинам?
Гурмыжская . Уар Кирилыч!
Бодаев . Да я почем же знаю; я только спрашиваю. Ведь разные бывают характеры.
Гурмыжская (шутя) . И к мужчинам, особенно таким, как вы.
Бодаев (привстает, опираясь на костыль, и кланяется) . Премного вам за это благодарен.
Милонов . Раиса Павловна строгостью своей жизни украшает всю нашу губернию; наша нравственная атмосфера, если можно так сказать, благоухает ее добродетелями.
Бодаев . Лет шесть тому назад, когда слух прошел, что вы приедете жить в усадьбу, все мы здесь перепугались вашей добродетели: жены стали мириться с мужьями, дети с родителями; во многих домах даже стали тише разговаривать.
Гурмыжская . Шутите, шутите. А вы думаете, мне без борьбы досталось это уважение? Но мы удаляемся от нашего разговора. Когда мы встретились в Петербурге, моя подруга уж давно овдовела и, разумеется, глубоко раскаивалась, что не послушалась моих советов. Она со слезами представила мне своего единственного сына. Мальчик, как вы видите, на возрасте.
Бодаев . В солдаты годится.
Гурмыжская . Вы не судите по наружности. Он, бедный, слаб здоровьем, и, представьте себе, какое несчастие! Он поэтому отстал от своих товарищей, так что все еще был в гимназии и, кажется, даже еще в средних классах. У него уж и усики, и мысли совсем другие, и дамы стали им интересоваться; а он должен с мальчиками, шалунами, ходить в школу. Это унижало его, он скучал, удалялся от людей, бродил один по глухим улицам.
Бодаев . Не по Невскому ли?
Гурмыжская . Он страдал, страдала и мать; но средств помочь горю у ней не было. Имение совершенно разорено, сын должен учиться, чтоб кормить мать; а учиться прошло и время и охота. Ну, теперь, господа, судите меня как хотите. Я решилась сделать три добрых дела разом.
Бодаев . Три? Любопытно.
Гурмыжская . Успокоить мать, дать средства сыну и пристроить свою племянницу.
Бодаев . Действительно, три.
Гурмыжская . Я выписала сюда на лето молодого человека; пусть они познакомятся; потом женю их и дам за племянницей хорошее приданое. Ну, теперь господа, я покойна, вы знаете мои намерения. Хоть я и выше подозрений, но, если б нашлись злые языки, вы можете объяснить, в чем дело.
Милонов . Все высокое и все прекрасное найдет себе оценку, Раиса Павловна. Кто же смеет…
Бодаев . Ну, отчего же не сметь? Никому не закажешь; на это цензуры нет.
Гурмыжская . Впрочем, я мало забочусь об общественном мнении; я делаю добро и буду делать, а там пусть говорят что хотят. В последнее время, господа, меня томит какое-то страшное предчувствие, мысль о близкой смерти ни на минуту не покидает меня. Господа, я умру скоро, я даже желаю, желаю умереть.
Милонов . Что вы! Что вы! Живите! Живите!
Гурмыжская . Нет, нет, и не просите.
Милонов . Ведь это будут слезы, горькие слезы.
Гурмыжская . Нет, господа, если я не нынче умру, не завтра, во всяком случае скоро. Я должна исполнить долг свой относительно наследников. Господа, помогите мне советом.
Милонов . Прекрасно, прекрасно!
Гурмыжская . У меня близких родных только племянник моего мужа. Племянницу я надеюсь пристроить еще при жизни. Племянника я не видала пятнадцать лет и не имею о нем никаких известий; но он жив, я знаю. Я надеюсь, что ничто не препятствует мне назначить его своим единственным наследником.
Милонов . Полагаю.
Бодаев . Да о чем и толковать?
Гурмыжская . Благодарю вас. Я так и сама думала. Он меня не забывает, каждый год присылает мне подарки, но писем не пишет. Где он – неизвестно, и я не могу писать к нему; а я еще ему должна. Один должник его отца принес мне старый долг; сумма хотя небольшая, но она тяготит меня. Он точно скрывается от меня; все подарки я получила из разных концов России: то из Архангельска, то из Астрахани, то из Кишинева, то из Иркутска.
Милонов . Какое же его занятие?
Гурмыжская . Не знаю. Я его готовила в военную службу. После смерти отца он остался мальчиком пятнадцати лет, почти без всякого состояния. Хотя я сама была молода, но имела твердые понятия о жизни и воспитывала его по своей методе. Я предпочитаю воспитание суровое, простое, что называется, на медные деньги; не по скупости – нет, а по принципу. Я уверена, что простые люди, неученые, живут счастливее.
Бодаев . Напрасно! На медные деньги ничего хорошего не купишь, а тем! более счастия.
Гурмыжская . Но ведь он не жалуется на свое воспитание, он даже благодарит меня. Я, господа, не против образования, но и не за него. Развращение нравов на двух концах: в невежестве и в излишестве образования; добрые нравы посередине.
Милонов . Прекрасно, прекрасно!
Гурмыжская . Я хотела, чтоб этот мальчик сам прошел суровую школу жизни; я приготовила его в юнкера и предоставила его собственным средствам.
Бодаев . Оно покойнее.
Гурмыжская . Я иногда посылала ему денег, но, признаюсь вам, мало, очень мало.
Бодаев . И он стал воровать, разумеется,
Гурмыжская . Ошибаетесь. Вот посмотрите, что он писал мне. Я это письмо всегда ношу с собою. (Вынимает письмо из коробки и подает Милонову.

Это ознакомительный отрывок книги. Данная книга защищена авторским правом. Для получения полной версии книги обратитесь к нашему партнеру - распространителю легального контента "ЛитРес":


1 2


А-П

П-Я