гигиенический душ купить 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

– Я… мне тут лучше, чем там, вот и все. Там для меня ничего нет. Ничего.Его отец не сразу нашелся, что сказать на это.– Маркус, ну что это за ответ? – Теперь в его голосе слышалось легкое раздражение. – Это совершенно ни в какие ворота не лезет. Твоя мать всегда говорила, что ты умный мальчик. Как ты думаешь, что бы она сказала, если бы услышала, что ты мелешь?Это снова взбесило Маркуса.– Да тебе-то откуда знать, что бы она сказала? – завопил он. – Убирайся к черту!Его отец возмущенно ахнул.– Ну все, хватит с меня этой чуши! Мы все устали. Я пойду и сниму тебя оттуда!Эмили услышала шаги и отчаянный вопль Маркуса:– Нет! Назад! Если ты подойдешь хоть на шаг, я спрыгну!Отца принялись уговаривать вполголоса, и шаги остановились. Наступила тишина; отец Маркуса умолк.Эмили рискнула оглянуться через плечо. Маркус привстал на своем камне. Его лицо, освещенное резким светом, было искажено отчаянием. Когда Эмили это увидела, все гневные мысли о том, чтобы слезть и предоставить Маркуса его судьбе, исчезли, уступив место спокойной решимости.Врун он или нет, а она все-таки знает, что надо ему сказать. Никто больше этого не понимает. Надо лезть дальше.Она медленно, с трудом поползла наверх по острым камням и через несколько секунд выбралась на свет. Мучительно медленно она развернулась и села, привалившись спиной к каменной кладке, так, чтобы видеть лицо Маркуса.Она теперь находилась на одном уровне с полом зубчатой стены – все еще ниже Маркуса, но достаточно высоко, чтобы видеть, что происходит на крыше башни. Там стояли три человека. Свет прожекторов мешал разглядеть их как следует, но один точно был отец Маркуса, второй – главный полицейский. Они только что ее заметили. Кто-то что-то крикнул. Эмили не обратила на это внимания, но Маркус услышал и медленно перевел взгляд в ее сторону.– Все нормально, Маркус, – негромко сказала она.На виске у него запеклась кровь, лицо было бледное и опухшее. Теперь, когда он повернулся, его глаза оказались в тени и их стало не видно.– Эм! – Голос у Маркуса был хриплый, но он, похоже, обрадовался. – А я думал, тебя давно поймали!– Не-а. – Она не знала, как это понимать, каким тоном с ним следует разговаривать. – Не-а, меня так и не нашли.– Молодец! А ты где пряталась?– В печке.Она услышала, как он тихо рассмеялся.– Круто! Это лучше, чем в каминной трубе! А вот Саймона схватили, – добавил он упавшим голосом. – Я слышал.– Ага.– Они почуяли дым, Эм. Я так замерз, что решил закурить. Они действительно почуяли запах, как ты и говорила. И пришли меня искать.Тут до него дошло.– А зачем же ты сюда-то залезла, Эм? Ты ведь, наверно, могла сбежать!– Я тебя увидела. И пришла помочь.– Спасибо, конечно, но мы теперь уже ничего сделать не сможем. Цитадель пала. Все кончено.Он опустил голову на колено, и его голос звучал так глухо и безжизненно, что Эмили его было еле слышно.– Надо спуститься вниз, Маркус, – сказала она. – Надо выйти отсюда вместе.– А на фига? Они мне все время твердят про то, про другое, но я просто не могу себе это представить. Это все какое-то ненастоящее, не такое настоящее, как было здесь. Знаешь, папа тоже здесь. Он говорит, что хочет, чтобы я вернулся. Мне тут наобещали кучу всего, но знаешь, что странно: я просто не представляю, зачем мне все это. Не знаю. Не хочу я со всем этим связываться, Эм. Я устал. Все так ужасно…– Может, все не так ужасно? Может, стоит просто поверить этим людям?Его голос тут же сделался пронзительным:– С чего это вдруг? И, если уж на то пошло, почему это я должен верить тебе, а?Он вскинул голову, его скрытые в тени глаза впились в нее.– Это они тебя подослали, да? Они научили тебя, что говорить?– Дурак ты, Маркус! Ты что, думаешь, я предам тебя теперь, после всего, через что мы прошли?Эмили сдерживала свой гнев – сейчас она позволила ему чуть-чуть прорваться наружу, но тут же осознала, что именно такой язык Маркус и понимает лучше всего.Мальчик пожал плечами и слегка смягчился.– Наверное, нет, – нехотя признал он. – Ну да, это справедливо. Тебе я доверяю. Но все рассыпается, Эм. Перед тем, как ты пришла, я пытался объяснить это папе, про замок, про то, что он для меня значит. Они все меня спрашивали, что мы делаем, чего мы хотим. А самая глупость-то в том, что я и объяснить не могу… Я не могу сформулировать это так, чтобы они поняли. Может, это из-за прожекторов или из-за того, что папа здесь, не знаю, но я не могу сосредоточиться. Несу какую-то чушь, и все. Вот…Он уставился в даль, во тьму – быть может, он смотрел на далекие огни неведомых домов.– Тут для нас все кончено, – сказал он, – а там для меня ничего нет, ты же знаешь. И я решил… Но тут так высоко… короче, я все никак не решусь.Внизу, в тени коридора, что-то шевельнулось. Один из тех, кто наблюдал за ними с башни, спустился туда, чтобы не дать ей сбежать. Однако человек держался в глубине коридора, возможно, опасаясь, что она тоже пригрозит спрыгнуть вниз. Эмили не обратила на него внимания – она не сводила глаз с Маркуса.– Ну, если ты это сделаешь, – громко сказала она, – то пропустишь самое интересное!Ссутулившаяся фигурка на стене снова уставилась на нее.– Это в смысле?– А ты как думаешь? – уверенно ответила Эмили – теперь она точно знала, что надо говорить. – Неужели они смогут утаить от людей такую историю? После того как они собрали сюда половину графства, чтобы нас поймать? Нас было трое, Маркус, – всего трое, не забывай! – и мы целый день выдерживали эту осаду. Они явились утром, и мы до темноты противостояли всему, что они могли придумать. Неужели ты думаешь, что они сумеют это замолчать? Я вот так не думаю. Завтра это будет во всех газетах – и не только в местных, заметь себе! Во всех! Почему? Потому что еще никто и никогда не слышал подобной истории!– Ну да, здесь такого не случалось уже сотни лет, – согласился он, задумчиво водя пальцем по камню.– Да нигде такого не случалось, Маркус, не только здесь! Нигде! Это куда лучше историй, которые рассказывают во всяких старых путеводителях, и ты сам это прекрасно знаешь. Подумай, к примеру, про вас с Саймоном. Сколько времени он отстреливался, сдерживая наступление основных сил противника? Полчаса, не меньше – вы были вдвоем, плечом к плечу, против нескольких десятков человек! И они так и не сумели прорваться, пока на вас не напали сзади! Они так и не прорвали вашу оборону – подумай об этом, Маркус!Эмили пристально наблюдала за ним – и увидела, как он кивнул.– И мало того, – продолжала она, не переводя дыхания, торопясь закрепить свой успех, – мало того, ты ведь еще не знаешь всего, что было! Например, как насчет меня? Ты ведь не слышал, что во время осады делала я! Пока вы с Саймоном сражались у пролома, я отражала другую атаку. Я шапками скидывала снег им на головы и сбросила с лестницы сразу шестерых – они так и полетели кубарем! Это надо было видеть! Они все попадали в сугробы вверх тормашками, и наружу торчали только шесть пар дрыгающихся ног в синих штанах! Разве ты не хочешь прочитать об этом завтра в газетах? По-моему, тебе будет интересно!Эмили завелась, и ее воображение работало теперь на полную катушку.– А видел ты тех двоих мужиков, которые навернулись на твоей ледяной западне? Нет? А я видела! Это было круто! Они едва не слетели вниз! Это были полисмен и пожарник, они повисли бок о бок, держась на кончиках пальцев. А еще одного я заманила в ловушку у колодца – надо сказать, он пожалел, что погнался за мной… И неужели ты сдашься, не узнав обо всем этом поподробнее?Она наконец выдохлась и замолчала.– Ты заманила его в колодец? Правда-правда? – спросил Маркус.– Я что хочу сказать, – продолжала Эмили, – после такой битвы не стыдно и сдаться, тем более что нас осталось всего двое. Наоборот, стыдно было бы сбежать от врага – потому-то я и не стала удирать, хотя возможность была. А если ты сейчас сиганешь со стены, получится, что ты именно сбежал.Она закончила свою речь. Маркус сидел на прежнем месте, лицо его было в тени. Эмили мельком взглянула на людей на башне, но оттуда бил слишком яркий свет, и она не могла разглядеть их как следует.– Да, Эм, ты права.Маркус спустил вниз сперва одну ногу, потом другую и встал на снег на краю стены.– Знаешь, это было так странно! Я вдруг как-то потерял смысл, забыл, чего мы хотели, – это все из-за прожекторов, это точно. Но ты права. То, что мы совершили, – это круче всего, что было до сих пор, по крайней мере с тех пор, как здесь жил барон Хью. Теперь мы можем сказать, что…За спиной у Маркуса выросла темная фигура, его накрыло тенью. Фигура, блеснув нашивками, метнулась вперед, чтобы схватить и удержать мальчика. Эмили вскрикнула. Маркус обернулся, отшатнулся от фигуры и потерял равновесие. Его нога на миг зависла над краем стены, потом он опрокинулся вниз. Полисмен взмахнул руками в пустоте. Маркус беззвучно исчез в черном провале, следом за ним посыпались комья снега.Снизу, из коридора, раздался глухой удар.Несколько людей вскрикнули. Эмили завизжала. Она немного сползла по стене и спрыгнула в коридор, тяжело приземлившись на ноги.Маркус лежал на спине, глаза у него были закрыты, одна рука неловко подвернута. Из коридора выбежала женщина, которая склонилась над ним, но Эмили отпихнула ее и присела на корточки рядом с головой мальчика.– Маркус!Он открыл глаза.– Меня всегда перебивают, никогда не дают договорить, Эм. Тебе пора было бы к этому привыкнуть.Голос его звучал слабо, но Маркус улыбнулся своей прежней улыбкой.– Ты, главное, не двигайся! – сказала она.– А я и не знал, что ты так здорово сочиняешь байки. Я тебе точно поверил!Эмили не смогла удержаться. Этот вопрос буквально рвался у нее с языка.– Вот эта вся история про твоего отца… Зачем ты это говорил, Маркус? Зачем было сочинять такое?По его лицу скользнула тень неуверенности.– Даже не знаю, Эм! – Он нахмурился. – Просто так почему-то история выглядела лучше. Более правдоподобной, более впечатляющей. Это дало мне предлог…Эмили ждала продолжения, но его мысли переметнулись на другое.– Эм… А что, действительно кто-то свалился в колодец?– Нет. Это я наврала.– А-а. Я так и думал. Это слишком хорошо, чтобы быть правдой.Глаза у него закрылись, потом открылись снова.– А как ты думаешь, в газетах опубликуют рассказ из первых рук?Он немного подвинулся.– Ой, рука!.. Ну, в смысле… в смысле мы же не хотим, чтобы журналисты все переврали?– Об этом мы позаботимся позже. Лежи спокойно. И не двигай рукой.Маркус, похоже, остался доволен. Он закрыл глаза. Эмили осталась сидеть на снегу рядом с ним. Она слышала, как где-то разговаривают по рации, как гремят шаги в пустынных залах замка.– Кейти, с тобой все в порядке? – спросил кто-то рядом.– Я – Эмили, – ответила она.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24


А-П

П-Я