https://wodolei.ru/catalog/dushevie_ugly/s_poddonom/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Или просто не повезло стрелку. Или сильно повезло его противникам,
– Шурик, ты в современном получше разбираешься – это что за штука?
– «Тигр», Николай Иванович, охотничий карабин. У Юрь Натаныча такой же… – Александр запнулся, посмотрев на приклад. – Разрешите?
– Да бери, не мое. Что ты там увидел? Знакомый какой приклад. И зарубки на том же месте, и выжженный гвоздем узор. Всё собирался Натаныча расспросить, что же это за монограмма. Теперь кого спросить?!
– Николай Иваныч… Это его карабин и есть.
– Чей?
– Натаныча. Вот, посмотрите сюда. – Александр повернул рисунок на прикладе к свету пожара. Старик сначала не разглядел – или не поверил самому себе. Провел пальцем по лакированному дереву, нащупал шероховатость.
– Едрить!.. Олег! Олежка! Сюда давай, кончай играться! – Иваныч заорал так, что звук отразился от соседних домов и заборов. Эхо было хорошо слышно сквозь треск и свист огня.
Через минуту Олег выскочил из-за угла. Ружье наперевес, глаза бешеные:
– Что тут у вас?! Ранили?!
– Хуже. – Ведун перехватил приклад «Тигра» и показал знак. – Узнаешь?
– Ну и что ? – Олег все еще не понимал, в чем же дело. Повернулся к Александру. – У тебя в машине, что ли?..
– Что несешь? Какая машина?! – рассердился Иваныч. – Только что подобрали. Смекнул, чем дело пахнет? Юрка что, добром оружие отдал? Не одним тобой занялись сегодня. Вот так-то, парень. Хорошо еще, если не всех подряд, а только нас, кто повыше.
– Что пнем, что о пень. – Олег смотрел на соседние дома. Черный туман поднимался все выше, огибая пламя и стоявших неподалеку Древних. – После сегодняшнего нам только и остается, что уходить.
– Не рано ли сдаешься? – Из-под седых бровей блеснул сердитый взгляд ведуна.
– Я не сдаюсь, – ответил Олег устало. – Просто никому здесь теперь не удастся нормально жить. Нашему народу тем более. Мирных уводить надо, Иваныч. Да и вообще перебазироваться. Хоть в леса, хоть к тебе в деревню. Видишь, что от моего хозяйства осталось? А там ведь и книги были, и много чего еще. Хорошо еще, если Илью не тронули, тогда у нас хоть какой-то резерв останется.
С улицы донеслись знакомые голоса. Ребята возвращаются. Со щитом или на щите?
С пленными. Двоих тащили без особой вежливости – под руки. Локти им связали за спиной, да так, что лопатки через одежду просматривались. Лица в крови – перепало под горячую руку.
– Кто это там? Гости пришли? Ну проходите, проходите. – Лицо у Олега сразу же изменилось. Только что Глава Круга мрачно обдумывал свалившиеся ему на голову беды. Теперь радушный, веселый хозяин приглашал на вечеринку. Правда, волчья улыбка обещала гостям не совсем приятное угощение. – Погрейтесь у огонька. Посидим, поговорим. Как у них с подарками, ребята?
Долговязый Михаил шагнул вперед, что-то взял у стоявших за ним воинов. Положил два длинных предмета у ног Олега. Что-то еще вытащил из карманов, потянулся за пазуху.
Лежавшее на земле Александр не видел. Зато лица пленных… Не иначе, сегодня ночь встреч со старыми знакомыми. Впрочем, ничего удивительного: компания одна и та же. Лесная, дикая. Только Юрика для комплекта не хватает. И его рыжей подруги.
Да, и еще того белобрысого, который не стрелял. Ну, этого на подобные дела и не взяли бы. А Юра с подружкой Наташей сейчас чем-то поважнее налетов на дома занят. Отдельные дома ему теперь – мелочь, пусть подчиненные занимаются. Псы, быдло. Юрику теперь целые города подавай. И на этом ведь не остановится.
Бритый, который в лесу тянулся за оружием, за зиму малость оброс. Но стрижка всё равно короткая. Куртка из кожаных лоскутьев, штаны «Адидас» – все в грязи, копоти, брызгах крови из разбитого носа. Головой вертит, смотрит по сторонам ошалело. Не рассчитывал, что попадется. Так всё хорошо и весело начиналось, такие перспективы были впереди.
Второй знакомый, знаток и любитель законов, выглядит и держится получше. Оскорбленное достоинство: шел, никого не трогал, налетели какие-то хамы, губу разбили… Может быть, даже зуб выбили, пока не видно. Но это явно под горячую руку. Вряд ли этот мальчик с золотой цепочкой на шее оказывал сопротивление здоровенным мужикам. У него другое оружие. Хотя и стрелять он, помнится, умеет. Не так чтобы очень хорошо, но неплохо, неплохо, надо отдать должное. Особенно если кто-то страхует и прикрывает, а мишень не отстреливается.
– Ну, молодые люди, присаживайтесь. Присаживайтесь, говорю! Сидеть! Миша, научи их вежливости! – Сразу несколько рук придавили пленников, бросили на колени. – Теперь рассказывайте, что вам надо было в моем доме. И вообще, зашли, погрелись, взяли, что приглянулось, но жечь-то зачем. Да еще и по хозяевам стрелять. Пусть даже подожгли – так уйдите по-тихому!
Стриженый молчал. Сказать нечего или предоставлял слово старшему? Зато законник оправдал ожидания Александра:
– Простите, а вы вообще кто такие? ОМОН, милиция? Спецназ? Документы ваши можно посмотреть?
– Нельзя, молодой человек, никак нельзя. – Олег говорил добродушно, даже виновато. Через серый колпак его маскировки иногда проскакивали красноватые искорки – добродушие давалось ему с большим трудом. – Сгорели документы вместе с домом. Такая вот беда. Может, вы видели, как это всё произошло? Тогда помогите разобраться.
– Ничего я не видел! Засиделись с ребятами, пошли по домам. Транспорт не ходит, пришлось пешком через весь город идти. Пошли через эти места, тут ваши бойцы, – парень попытался кивнуть через плечо, но связанные руки не позволили, – налетели, избили, связали.
– Ай-яй-яй! А остальные где? Успели убежать? Все, кроме вас двоих?
– Этого… гражданина я вообще не знаю. Может, он здесь как-то и замешан, но я при чем?
– Ну, ты, сука… – попытался что-то сказать стриженый и вдруг захрипел. Попытался вдохнуть, еще раз. Скорчился, начал заваливаться на бок. Михаил схватил парня за плечи, тот повис мешком, задергался. Лицо перекосилось – и вдруг он сделал один вдох, второй, задышал глубоко и часто. Выпрямил спину.
– Не балуй, парнишка. – Николай Иваныч погрозил пальцем законнику. – Не в той компании. Тут твои фокусы не пройдут.
– Это вы о чем ? – удивился тот.
– О том, как дружку своему кислород перекрывал.
– Ничего не понимаю.
– Знаешь, парень, ты сейчас не среди девочек и не на сцене. – Олегу, похоже, надоели попытки отвертеться и воззвать к закону. Да и трудно всё-таки сдерживаться, сидя рядом с догорающим домом. – Поиграли – и хватит. Тем более что ты сдуру себя только что показал. Мы не милиция, у которой статьи на такие дела не найдется.
– А у вас найдется ?
Или парню терять нечего и пытается напоследок получше выглядеть, или привык к безнаказанности. До сих пор всё с рук сходило – даже та история в лесу. Попугали и отпустили. Еще и в дураках остались, сверху плюнули – внизу умылись. Сейчас тоже могло бы обойтись. Если бы не две вещи – карабин Натаныча и черная мгла в городе.
– Иваныч, нам статья нужна? Или мы в милицию заявлять будем? – Олег устало обернулся к старому учителю.
– Не будем, Олежка. Давай по нашим законам разберемся. Только быстрее работай, дел еще много сегодня.
Вот теперь любитель законов начал бледнеть, выцветать. Как тогда, под дулом собственного карабина. Глаза забегали, даже попробовал обернуться, словно высматривая, куда бы сбежать. Сзади темнели фигуры с оружием в руках. Далеко не убежишь.
– Ну и что с вами делать, ребята? – Повернулся Олег к пленным. – Допрашивать – или сразу? Саша, подвинься, пусть на своего дружка посмотрят.
Александр отошел в сторону. По знаку Олега связанных подняли, подвели к висящему телу. Затрясло обоих, но по разным причинам. Стриженый пацан смотрел на то, что осталось от его приятеля. Не исключено, что стрелок был авторитетом и образцом для таких вот боевиков при черной братии. Теперь этот образец представлял собой наглядное пособие для будущих врачей и криминалистов. Хотя смотреть на такое действительно страшно – это тебе не поросенок, это твой товарищ… Так что стриженого Александр хорошо понимал.
Чего не скажешь о расширившихся глазах второго пленника. На труп он не смотрел. Он с ужасом уставился на Александра – словно на выходца из могилы:
– Это ты?! Ты – здесь?!
– Опять твои знакомые? – Олег криво усмехнулся. – Скоро откроем магический салон: «Александр Шатунов и компания». Саш, возьмешь дежурным чародеем? Ладно, шутить позже будем. Из той телесной компании?
– Точно. Насчет магии – не знаю, а пострелять он любит. Он, по-моему, Юрику обеспечивал основную работу. Не скажу, какая именно он рука, правая или левая, но точно не последний в компании. Должен что-то знать обо всем этом. – Александр кивнул через плечо в сторону клубящейся мглы.
– А второй?
– Мелочь. Обеспечение, пацан на подхвате и для подстраховки. Похоже, приятель вот этого… был. – Висящий на сарае стрелок теперь в друзьях явно не нуждался. В живых, по крайней мере.
– Так, Миша, стриженого в расход и в огонь, будет пострадавшим. Только чтобы потом пулю не нашли, аккуратненько сработай. – Олег искоса посмотрел на открывающийся рот приговоренного, отвернулся и продолжил спокойно: – Этому… юристу… кляп в пасть – и в машину. Приедем – разрешу допросить, а до тех пор, чтобы был в целости и сохранности.
Паренек всё-таки заорал. Сначала это был бессловесный, животный вопль человека, сорвавшегося в пропасть. Потом в подвывании стали различаться отдельные слова, всё еще без связи и смысла. Одно повторялось чаще других, на все лады: «Не надо! Не надо! Не надо!!!» Олег кивнул, кричавшего подхватили под мышки, поволокли к горящему дому. Тот попытался вырваться – бесполезно.
– Не убивайте! Я тоже много знаю! Я расскажу, всё расскажу, только не надо! – Наконец стриженый смог выдавить из перехваченного ужасом горла что-то связное. – У меня мама! Ну пожалуйста, не надо!
– Ты бы о маме подумал, когда всё это заваривали, – устало откликнулся Олег. – Сейчас много мам с ума сходит. И от ваших дел, и от того, что с их помощью вами творится. Ты о них думал? Или о том, что у наших ребят тоже мамы-папы есть. Не думал об этом, когда стрелял? Теперь поздно, земляк. Не мы это начали, так что на войне как на войне.
– Не на-адо!!! – Паренька приподняли на руках, пару раз качнули. Язык пламени дотянулся до головы, пригладил короткие волосы. – Я ска-жу-у-у!!!
– Хорош, ребята. Кляп, и в машину. Но учти, земеля, не скажешь ничего интересного, сам в огонь попросишься. Усек?
Стриженый замычал радостно, попробовал кивнуть головой.
Помешали руки, втискивавшие в рот тряпку. «Запасливые у нас ребята, – подумал Александр. – Впрочем, ведь за тем и ехали, пленных брать. Вот и приехали. Даже приплыли…»
Над соседними домами черный туман сгустился, потек через крышу. Неожиданно перед глазами всё поплыло, закачалось, в горле возник шершавый комок. Потемнело – и для обычного зрения, и для верхнего. Это в глазах или на самом деле?
Вроде бы даже пламя потускнело, прижалось к углям, втянулось в черную коробку стен.
Рядом коротко выругался Иваныч. Тут же мир покачнулся в последний раз и встал на место.
– Стар я для таких вещей, Олег, совсем стар. Ну зачем они это выпустили?
– Специально, чтобы тебя позлить, не иначе. – Олег странно шевелил пальцами, словно свинчивал из двух половинок что-то круглое. Невидимый футбольный мяч, судя по размерам. Впрочем, не такой уж невидимый. Вернувшееся верхнее зрение показало сначала тусклую зеленую искорку, постепенно разросшуюся в шарик. Тонкие красные паутинки тянулись от него к пожарищу.
– Ты лучше не шаром, тут резать надо будет. – Ведун внимательно смотрел за манипуляциями Главы Круга. Начальство начальством, а учитель всегда должен посоветовать, что и как получше сделать.
А толковый ученик, пусть даже бывший и кое в чем обогнавший учителя, должен прислушиваться к советам. Шарик в руках Олега сплюснулся, превратился в зеленый диск. По ободу побежали красные искры – сначала медленно и беспорядочно, потом всё быстрее и быстрее.
– Давай! – азартно выдохнул Иваныч.
Рука Олега коротко дернулась. Зелено-алая спираль мелькнула в воздухе, пронеслась над участком.
– Промазал, неуч! Засиделся, руки опустил! – Действительно, огненный диск прошел над крышей с колышущимся черным сгустком. Встал в воздухе на ребро – и отвесно рухнул вниз. Сгусток задергался, побледнел, начал рассеиваться клочьями тумана.
– И нечего ругаться, Иваныч. Мне не щупальце нужно было, мне что посущественнее подавай. – Олег был явно доволен результатом.
– Ты где такому выучился? – Ворчание старого ведуна было ревнивым. Как у профессора, поставившего любимому студенту «отлично» и вдруг обнаружившего, что к экзамену тот готовился по учению коллеги-соперника. – Это не наша школа, это ты уже понахватался человеческого!
– Не понахватался, а творчески использовал. И, кстати, у наших южан подобное тоже встречается, хотя и с другим материалом.
– Грамотные все стали… Ладно, потом я у тебя поучусь. Как сделал – видел, а вот как в полете развернул?
– Само развернулось, как бумеранг. Потом покажу, сейчас времени нет. Можно и через дом было, да соседям могло повредить, поэтому так и кинул. Ладно, поехали к Илье.
– Здесь ничего подбирать не будешь? Или не осталось?
– Есть одна захоронка, есть. Только всё равно не докопаться, пока не прогорит и не остынет. Обойдемся тем, что имеем. Плюс трофеи. – Олег присел на корточки и стал собирать то, что положил перед ним Михаил. Первым появился и облокотился на плечо ствол винтовки. Вторым…
– Смотри, Саш, опять фирменный посох. – В руках Олега оказалась длинная деревяшка с блестящей двойной спиралью на конце. – А ты говорил, этот парень в магии не очень силен. Знакомый инструмент, а?
– Не опять, а снова-здорово, – Иваныч нагнулся, рассматривая конец посоха. Провел рукой над палкой, потряс кистью, словно обжегся. – Это не трофей, Олежка. Точнее, трофей, но старый. Это тот самый посох, который у тебя в доме был. Так что они не просто спалили, они еще и похозяйничали перед этим. Ну, посох-то вернулся. А вот что утащили те, кому уйти удалось, – это вопрос самый интересный.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42


А-П

П-Я