https://wodolei.ru/catalog/sushiteli/elektricheskiye/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Вагнер подскочил у ближайшему прохожему, выхватил из кобуры револьвер и хотел было сделать выстрел в воздух, но подумал, что это может не принести желаемого результата. Вдруг они не боятся огнестрельного оружия? А Зорг уже действовал. Остановив какого-то пожилого мужчину в странном пальто, он оперся передними лапами ему на плечи и допрашивал:
– Какой сегодня день?
– Д… д… двенадцатого ноября. – проблеял мужчина.
– Какого года?
– Две тысячи второго, – прошептал мужчина, шатаясь под тяжестью Зорга. – Это какой-то цирк? Вас задержит полиция, поскольку у зверя должен быть намордник.
– Двадцать первый век! – крикнул Вагнер. – Самое начало.
– Идеально попали, – пробормотал Барила. – План «Б», План «Б».
Сбоку подошла голая чешка-сигнальщица и одним своим видом привела прохожего в состояние невменяемости. В руке у нее уже был частично заряженный парализатор. Тщательно прицелившись, сигнальщица нажала спуск, и у мужчины закатились глаза. Вдвоем с Вагнером они опустили его на заиндевевший газон. К этому времени девушка так замерзла, что покрылась гусиной кожей и щелкала зубами.
– Что это? – оглядываясь, удивленно спросила она.
– Снег! – крикнул Вагнер.– Ноябрь.
Наклонившись, он посмотрел на часы парализованного прохожего. Они, к счастью, были классического образца, механические. Как обращаться с электронными, Вагнер не знал.
Итак, сейчас шестой час утра. Небольшое дорожное движение.
Послышался писк тормозов. В транспортер Барилы врезался огромный красный автобус. Его водитель открыл дверцу и вывалился наружу.
– Идиоты! Кто вам позволил стоять здесь без огней! – вопил он. – Полиция! Полиция!
Хейнц парализовал его, потратив чуть-чуть энергии аппарата, проектировщики которого еще не родились. А вокруг уже собирались люди и пялились на машины, словно появившиеся из кошмара, на солдат, одетых в бурнусы и тюрбаны, в то время когда с неба сыпались дождь и снег. Где-то сбоку очень громко завыла сирена. Это была полицейская машина. Такая точно, как на картинках в старых книжках. На счастье, прежде чем стражи порядка успели вылезти, подскочил Хайнц с парализатором. Американские игрушки неплохо действовали, несмотря на столетний возраст и на то, что их заряжали не использовавшимся столько же лет войсковым индукционным поясом. После путешествия во времени… Технология, которая могла появиться только в будущем, действовала прекрасно и сейчас. Поскольку здесь еще никто не применил бомбу Чен.
Марта вытащила из контейнера импульсную пушку и по слогам читала инструкцию. Голая чешка парализовала какого-то прохожего, сняла с него куртку и надела на себя. Ей все же приходилось все время притопывать ногами. К счастью, иммунитет на большую часть местных болезней действовал. А прохожие показывали на них пальцами. Многие вытащили из карманов нечто, очень похожее на переносные телефоны. Догадаться, куда они звонят, было нетрудно.
– Всем рассыпаться, – приказал Вагнер.– Рассыпаться. Действовать парализаторами
Наемники приступили к исполнению. Некоторые зеваки, все еще продолжая что-то кричать в телефоны, бросились наутек. Что будет? Приедет полиция? Армия?
Барила оценил ситуацию примерно так же.
– Рассыпаться! – скомандовал он. – Раздать радиостанции из контейнера. Офицеры ведут свои группы в пункты концентрации.
Иван, Хайни и какой-то блондин из благородных стали ломать сургучные печати на конвертах с приказами, касающимися плана «Б». Приехали две новые, оснащенных немилосердно завывающими сиренами машины и санитарный фургон, однако Марта успокоила вновь прибывших с помощью импульсной пушки. Хорошее оружие для путешествующих во времени. Не наносит ни малейшего вреда людям и не уничтожает машины.
Вагнер дрожал от холода. Он проведал свою жену в транспортере. Она вместе со служанкой натягивала на себя все, что было в рюкзаках, и кутали ребенка. Пробковых шлемов на дороге становилось все больше. Люди резали штыками одеяла, делая своеобразные пончо. Бурнусы и мундиры, (тропическая форма 31), помогали от холода слабо.
Зорг подскочил в Вагнеру и сказал, что неплохо было бы раздобыть план города. К счастью, майор догадался, как это сделать и, подбежав к ближайшему киоску, очень вежливо, с трудом извлекая из памяти нужные слова, сказал:
– Я прошу дать план города.
– План? Четыре пятьдесят.
Промолвив это, девушка зевнула.
Он подал ей золотую монету с изображением польского орла.
– Сдачи не нужно.
– Что это такое? – девушка с удивлением пялилась на номинал: сто тысяч польских злотых. – Что за шутки?
Вагнер вытащил из кошелька горсть золотых монет и кинул на доску, покрытую разноцветными надписями.
– Это твое. Дай мне план.
– Забери свои дурацкие жетоны. Четыре пятьдесят.
К счастью, майор был готов к любым неожиданностям и вынул из сумки нечто очень ценное. Настоящую свежую морковку. У нее даже был зеленый хвостик.
– Я отдам тебе это за план города, – предложил он. – Она настоящая. Потрогай…
Девушка взглянула на морковку.
– Психопат! Психопат! – закричала она и захлопнула окошко.
Вот тут нервы у Вагнера сдали, и он выхватил из кобуры револьвер. Разбив стволом стекло, он взял несколько находящихся на витрине карт. Тут девушка чем-то прыснула ему в лицо, и он, чуть не взвыв от боли, схватился за лицо руками.
– Зорг! Я потерял зрение. Принимай командование!
– Спокойно… – к ним подошел Барила. – Наверняка это слезоточивый газ. Может, иприт? Не помню, какие именно боевые газы использовали в это время.
Он помог майору подняться и, плеснув ему на лицо воды из фляжки, пробормотал:
– Идиотка!
– Ну что? – Девушка выскочила из-за прилавка с маленьким баллончиком в руке. – Он мне стекло разбил. Полиция!
Барила кинул ей золотой слиток.
– Полиция… полиция… – передразнил он испуганную девушку. – А может, сразу вызвать на помощь весь Варшавский Договор?
– Его уже нет, – девушка взглянула на слиток. – Но вообще-то… – она провела по нему ногтем, – в НАТО я обращаться не буду.
На ходу разворачивая добытую с таким трудом карту города, Барила потащил майора в сторону транспортеров
– Прекрасно… Все сходится… – заглянув в карту, заявил он. – Вагнер? Зрение вернулось?
– Нет, – у майора по пылающим щекам бежали теплые слезы. – Эта шлюха меня прикончила.
– Прекрати истерику, – генерал осветил карту гильзой с химическим светом.
Потом он вернулся к киоску и еще за один слиток купил электрический фонарик. Вошедшая во вкус девушка даже приложила к нему две новые батарейки и показала, как им пользоваться. Впрочем, лицо ее все еще выражало крайнюю степень удивления.
– Хорошо, – Барила, похоже, нашел на плане то, что искал. – Теперь хватай своих людей и выполняй приказ.
– Зорг! – Глаза у Вагнера все еще слезились, их жгло огнем. – Рассыпаться! Быстрее! Если кто-то замешкается, расстреливать на месте.
Группа мгновенно разделилась на четыре взвода, и каждый бросился в свою сторону. Вагнер, почти теряя сознание, на бронетранспортере с женой, ребенком и служанкой, с семьей Барилы и парадными «штурмовиками», протирал слезящиеся глаза.
Боже, как вокруг было пусто.
– Поехали!
Водитель, ослепленный фарами едущих навстречу машин, запаниковал и тотчас же получил удар в бок. Чудовищный звук сминаемого металла… Кто-то закричал. Еще две полицейские машины и одна скорая помощь… Марта стреляла из импульсной пушки, спрятавшись за броневыми плитами на крыше транспортера. Вот только противники, что удивительно, огнем не отвечали.
Бронетранспортер фар зажечь не мог, поскольку их у него не было, и, конечно, вскоре они еще раз столкнулись какой-то машиной. Визг шин, вопль водителя, звонок чего-то совершенно неправдоподобного, что ехало по рельсам в центре города… Что это? Освещенный электрическим светом трамвай? Что это было? О, мамочка!
Вагнер пересчитал машины своей группы. Двадцать бронетранспортеров и пятнадцать грузовых машин окончательно перемешались. Ни о каком порядке не могло быть и речи. Никто не учил их ездить ночью. Один из паровых грузовиков даже врезался в фонарный столб. Прохожие звонили в городские службы, сообщая о безумцах, в странных машинах, резвящихся в самом центре города.
– Пан генерал, – Вагнер спрыгнул из люка внутрь кабины. – Не отобьемся!
– Не паникуй!
– Мы попали во время, когда уже существует электроника. Мы должны сдаться. Это наш единственный шанс. Будем торговать нашими знаниями и химией, о которых они не имеют понятия.
– Анджей, не бойся!
– Они сейчас пришлют геликоптеры. Маленькие, бензиновые танки с огромными пушками! Они могут бросить нам на голову атомную бомбу!
Барила слегка ухмыльнулся.
– Исполняй приказы, Анджей! Иди наверх!
Вагнер взобрался по лесенке и снова высунул голову из люка. Он посмотрел на чешку-сигнальщицу в чужой куртке, однако та ничего ему сообщить не могла. Использовать семафор не имело смысла, и девушка, высунув от усердия кончик языка, изучала инструкцию своей новой, американской радиостанции. Пока она еще не разобралась, как связаться с остальными группами.
Особый план «Б».
Они выехали на Грюнвальдский Мост.
Господи, как вокруг было пусто! Пусто и одновременно тесно. Меньше домов, однако больше машин. На этом мосту не нашлось бы места для ресторанов. Теперь он, похоже, был даже слишком узким. Колонны слепящих фарами автомобилей занимали все полосы. Прохожие на тротуарах показывали на их машины пальцами. Опять многие из них куда-то звонили. Похоже, никто из жителей никогда не видел парового локомотива на гусеницах, вооруженного пушкой и парой пулеметов. Никто из них не видел в ноябре полуголых людей. Никто не видел гепардов, тигров и котов, высовывающих головы из люков и щурящих глаза от снега.
Вагнер не имел ни малейшего понятия, на что рассчитывает Барила. За мостом Марте пришлось остановить еще четыре полицейские машины. Когда же у них лопнет терпение? Когда вместо полиции появятся геликоптеры, и те маленькие убийцы, бензиновые танки, доказывающие своим существованием, что броневая смерть может быть в двадцать раз меньше огромных, монстрообразных бронетранспортеров? Когда они пришлют самолеты, вооруженные бомбами с лазерным наведением? Через час? Два? У них есть электричество, проклятые компьютеры, хорошо отработанная истема оповещения. И последствий маленьких ченов тоже еще нет. Боже… На что рассчитывает Барила?
Сью Кристи-Андерсон, облаченная в ночную рубашку, мундир, противохимический комбинезон и одеяло с дыркой для головы, высунулась из люка.
– Туда! – показала она рукой.
Они свернули к Министерству Контрабанды. О дьявол! Ну конечно, это была еще Управа Воеводства, и конечно, существовало даже само воеводство. Никаких конюшен возле него не наблюдалось. Зато имелся огромный, в данный момент пустой паркинг, позволивший им сделать поворот вправо даже с некоторым шиком. Вот смешно: Барилу, который здесь работал, сейчас наверняка не пустили бы в свой кабинет.
Вагнер не обратил внимания на красный свет, в каком-то чудном столбе сбоку дороги, поскольку не представлял, что он может означать, а в результате они раздавили маленький «Фиат». Проехали по нему, слыша удары других машин о бронированный борта. Боже, настоящая мясная лавка! Гусеницы давили покрытую лаком жесть. И эти проклятые клаксоны! Очередные полицейские машины! Марта показывала чудеса владения импульсной пушкой. А потом всадила себе в голое бедро дозу. Через некоторое время крыша у нее поехала, и девушка стала стрелять по всему, что попадало в поле ее зрения.
Воже! Боже! Боже! У них нет никаких шансов, а Барила идиот!
Они проехали народный музей. Миновали Воеводскую горку и конечно, на ней еще не было никаких лифтов под землю… Потом Вагнер приказал свернуть влево. Остановились они на пустом паркинге, рядом с каким-то странным строением, похожим на стог с отрезанной верхушкой, перевернутый вверх ногами и воткнутый в землю.
– Куда вы лезете со своими громадинами? – драл горло работник «Панорамы Вроцлава», как сообщала плакатик на его крутке. – Здесь нельзя ставить тяжелые машины!
Марта, находившаяся все еще под воздействием амфетаминов, выстрелила в него из своей пушки. Сам электрический шок ничем плохим для него закончиться не мог, однако от выстрела рабочий пролетел несколько метров и ударился спиной о бетонную стену. Вагнер спустился по лестнице в кабину, однако Барилы там уже не было. Тогда майор выскочил через эвакуационный люк, свистнул двум тиграм из взвода умиротворения, чтобы они сопровождали его, и отправился искать генерала. За ним бежала чешка-сигнальщица, шлепая по мокрой мостовой босыми ногами и докладывая, что связалась в Хейни и Долгоруковым. Только исчезла куда-то рота почетного караула, однако их машины, похоже, стоят на Поморском Мосту. Она слышала, как полицейские сообщили по радио о стоявших там пятнадцати огромных неосвещенных машинах…
Вагнер на бегу развернул одну из добытых с таким трудом карт и сквозь слезы, которые все еще бежали из глаз, попытался сориентироваться в ситуации. Бесполезно. Надписи на карте были сделаны на каком-то странном польском языке. Вот что такое «Партизанская гора»? Как могли партизаны захватить в городе гору? И что они там делают? Почему местные не послали к ней свои танки и артиллерию? Надо было не давать этой горе такое название, а сравнять ее с землей.
А может местные какие-нибудь пацифисты?
К частью, Барила сидел на своем раскладном деревянно-матерчатом стуле рядом с одной из больших грузовых машин. Его голые волосатые ноги слегка дрожали, (тропический мундир, образца 31 предусматривал только шорты, а холодно было – страсть), однако на генерале кроме шортов было еще одеяло, переделанное в пончо, и удивительная желтая пуховая куртка, наверняка с какого-нибудь прохожего.
– Ну что, Анджей, – предложил несокрушимый командир. – Прикончим? – Он указал на бутылку, стоявшую на серебряном подносе в руках у адъютанта.
– Мы должны сдаться, пан генерал, – сказал Вагнер.
1 2 3 4 5 6 7 8 9


А-П

П-Я