https://wodolei.ru/catalog/smesiteli/dlya-rakoviny/vodopad/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


А заставил ее подумать об этом в первую очередь намек МИРа на «гала-представление».
Ни на какую вечеринку он меня не посылает.
Днем в библиотеке ей вспомнилась строчка из стихотворения: «Подумать только, это гала-представление». И потом фраза весь день крутилась в голове. Невозможно было от нее избавиться.
Первая строка стихотворения «Червь-победитель» Эдгара По.
Оно было ей хорошо знакомо. Еще в выпускном классе школы она заучила его наизусть на самодеятельный концерт по случаю кануна Дня всех святых. Даже сейчас она могла прочитать его на память – что частенько и делала: обычно поздно ночью, как правило, подвыпивши, и всегда к возмущению своих друзей. О Боже, как слова сползали и скатывались с ее языка! «Он извиииваееется! Извииивааается в предсмертной агонии! Лицедеи становятся его пищей!»
Какой таинственный мрачно-натуралистический стих.
Но это было совсем не то, о чем хотелось думать, когда собираешься посетить поздно ночью незнакомый дом.
Хищные зубы впились в холодную плоть.
Прелестная вещица.
Все это пришло в голову и прочно засело там благодаря упоминанию о «гала-представлении». И, как следствие, мысли о дополнительных мерах предосторожности.
Может, прихватить еще несколько пуль?
К тому же, если учесть, что обитатель дома 901 по Мэйр-Хэйтс был некто по имени Эзверг.
Изменить одну букву, и получится Изверг. «Наверное, к старости стану настоящей шизофреничкой», – подумала она.
Береженого Бог бережет.
"Если я действительно убеждена, что там понадобится пистолет – да еще и полный карман запасных патронов, – туда вообще не следует ходить.
Старая песня, – подумала она. – Которая, впрочем, малоубедительна, тем более что на кону пятьдесят тысяч баксов. Точнее, около пятидесяти одной", – поправилась она.
И Джейн медленно поплелась вверх по аллее. Дороги почти не было видно: серая полоска в редких пятнах лунного света, со всех сторон окруженная непроглядной тьмой. И хотя в руке был фонарь, Джейн его не зажигала. Лучше споткнуться в темноте, чем выдать свое присутствие светом.
Поначалу идти было тяжело: болели все еще плохо гнущиеся и перенапряженные мышцы ног. Но постепенно боль утихла.
Несмотря на то, что дорога тянулась серпантином, подъем был крутой и изнурительный.
Запыхавшись и вспотев, Джейн сделала остановку.
А дороге, казалось, не было ни конца ни краю.
А что, если она тянется на многие мили?
Не может быть, успокаивала она себя.
Она оттянула рубашку на груди и потрясла, пытаясь остудить пылающую кожу. Сзади рубашка прилипла к телу.
Хоть бы в доме были кондиционеры, подумала она. А еще лучше было бы сейчас прыгнуть в прохладный бассейн!
Джейн глубоко вздохнула и возобновила подъем.
И сама не заметила, как неожиданно оказалась почти в самом конце аллеи.
Бледная полоска залитой лунным светом мостовой тянулась через открытое поле к гаражу дома 901 на Мэйр-Хэйтс. На этом участке были установлены фонарные столбы, напоминавшие старинные газовые светильники. Впрочем, ни один из них не горел.
Крыльцо старинного двухэтажного дома тоже было погружено во мрак.
Такими же темными были и окна.
Что ж, подумала Джейн, вечеринкой здесь явно не пахнет.
Какое облегчение. Не придется бежать вниз за вечерним платьем. Никому не доведется увидеть ее в нем. Не придется ни вести глупые светские беседы, ни терпеть общество незнакомцев, ни парировать приставания наглых и несносных ловеласов.
«Странно, однако. Нигде не горит свет. Неужели МИР прислал меня в еще один заброшенный дом?»
Глава 31
Вместо того чтобы пойти прямо по аллее на виду у тех, кто мог наблюдать из одного из темных окон, Джейн стала пробираться в обход через кусты.
Всего несколько ярдов открытого пространства отделяли ее от гаража.
Это расстояние Джейн преодолела одним махом.
Приставив руки козырьком, она прильнула к окну. Тьма кромешная. И тогда Джейн рискнула воспользоваться фонариком. Его луч ударил в грязное стекло, прошел насквозь и образовал яркий диск не крупнее крышки банки из-под горчицы.
Джейн помрачнела.
После краткого изучения этого странного явления Джейн поняла, что путь лучу преграждала плотная черная ткань.
Задрапировано все окно.
Хороший признак, подумала она. Кому-то понадобилось сделать так, чтобы никто не мог заглянуть внутрь.
Или, быть может, это просто против солнечного света.
Потрясающе. В гараже живет вампир.
Джейн залилась тихим нервным смешком.
«К хренам собачьим вампиров, мне надо знать, есть ли там машина. Разбить окно? Глупо. Особенно если в доме (или гараже) кто-то есть. Тем более, – напомнила она себе, – по наличию или отсутствию в гараже автомобиля нельзя абсолютно точно определить, дома ли хозяева».
Оставив в покое окно, Джейн скользнула вдоль боковой стенки гаража и выглянула из-за угла. Задний двор был темен, как и следовало ожидать. Лишь после нескольких размашистых шагов в направлении дома удалось разглядеть его тыльную сторону.
Темно. Везде темно.
Она чуть было не поддалась искушению исследовать парк за домом: уж больно роскошно и экстравагантно тот выглядел: деревья, скамейки, дорожки, статуи, бельведер вдалеке. Ее ничуть не удивило бы, если бы там обнаружились декоративные мостики и водопады и, быть может, даже сказочный бассейн.
"Если все будет нормально, – пообещала она себе, – сделаю себе экскурсию. Потом. Сейчас же лучше сосредоточиться на том, как проникнуть в дом и добраться до конверта.
Где бы, черт возьми, он ни оказался".
И она поспешила к фасаду дома, перелезла через ограду террасы, и стала как можно тише подкрадываться к входной двери. Огромное окно сбоку было чернее ночи. Джейн так и подмывало посветить в него фонариком, но это было крайне рискованно, и она не отважилась.
Из дома не доносилось ни единого звука.
Пробираясь по террасе, она сама старалась ступать как можно тише, но старые половицы иногда предательски скрипели под ее весом, и вдруг она случайно наткнулась на что-то сначала животом, а через мгновение коленом. И хотя удалось сдержать возглас испуга, это гадкое что-то – чем бы оно ни было – с шумом отскочило в сторону и грохнуло на пол.
Через несколько секунд Джейн нащупала этот предмет рукой.
Стул – она чувствовала его плетеную спинку пальцами.
После этого случая Джейн стала идти еще осторожнее и больше на мебель не натыкалась.
Повернувшись, она увидела перед собой входные двери.
Сделав несколько глубоких вдохов, Джейн подняла подол рубашки и вытерла им пот с лица. Затем открыла решетчатую дверь и попробовала повернуть ручку основной двери.
Массивная дубовая дверь не поддавалась.
То, чего она больше всего боялась.
Ну и что теперь? – мелькнуло у нее в голове.
Не оставив себе времени на размышления, она ткнула пальцем в кнопку звонка и стала прислушиваться, в надежде услышать, как он зазвонит в доме. Но ничего не услышала.
«Здорово, – подумала она, – и как мне узнать, работает эта чертова штуковина или нет?»
И стала ждать, чутко прислушиваясь. Но не услышала, чтобы кто-нибудь приближался.
Тогда Джейн нажала на кнопку еще несколько раз.
Безрезультатно.
«Первое, – подумала она, – никого нет дома. Второе – звонок неисправен. Третье – если кто и есть в доме, он, она или они спят или не слышат звонка по какой-то иной причине. Или четвертое – кто-нибудь все нормально слышит, но не желает подходить к двери по каким-либо соображениям».
– Чудесно, – прошептала она.
Давай, по крайней мере, устраним второй фактор.
И принялась колотить в дверь кулаком до боли в костяшках. Затем немного подождала.
Ладно, подумала она, пятясь от двери, и что теперь?
Два варианта: либо проникнуть в дом со взломом, либо отправляться домой несолоно хлебавши.
Где-то на полпути между входной дверью и дальним концом террасы Джейн нашла окно, которое, как ей показалось, само просилось, чтобы его разбили: двустворчатое с сеткой на нижней половине и достаточно низкое, чтобы в него можно было влезть.
Джейн остановилась перед ним в нерешительности.
В животе неприятно ныло.
«Не следует этого делать, – твердил внутренний голос. – Ступай домой. Потому что после этого будешь ничем не лучше уголовницы».
Внутри моя пятьдесят одна тысяча долларов!
– Будет моя, – поправила она себя, – если хватит храбрости войти и отыскать.
Но это не покинутые старые руины рядом с кладбищем – это дом, в котором живут люди. Хотя сейчас они временно и отсутствуют, но это их собственность их семейный очаг.
"Если я войду, то превращусь во взломщицу. Посягательство на частную собственность. У них даже будет право меня застрелить на месте.
Никто не будет в меня стрелять. Никого там нет.
А что, если дом на сигнализации, а? Что, если заявятся копы? Они-то уж могут меня застрелить. Или в лучшем случае я могу попасть за решетку.
Если поймают".
Зажмурившись, Джейн забормотала:
– О Боже мой, МИР, что ты со мной делаешь?
И ударила торцом фонаря по верхнему окну. Звон разбивающегося стекла заставил ее вздрогнуть и сцепить зубы. Осколки перестали сыпаться, а она все ждала – готовая в любую минуту пуститься наутек.
Но ничего не случилось.
Просунув руку в зияющее отверстие, Джейн открыла шпингалеты, после чего ножом вырезала сетку и подняла раму вверх.
Взгляд ее уткнулся в кромешную темноту.
Что за чертовщина...
Джейн включила фонарь, и его луч уперся в плотный черный полог.
О Боже!
Она потушила свет и протянула вперед правую руку, в которой держала нож. Костяшки пальцев мягко ткнулись в материю, на ощупь напоминавшую колючее шерстяное одеяло. Попытка сдвинуть его ни к чему не привела. Похоже, оно не свисало подобно шторе, а было туго натянуто на окно.
Кто-то очень любит уединение. Или темноту. Или что-то другое.
В любом случае довольно странно.
Проткнув материю кончиком ножа, Джейн просунула лезвие чуть глубже и повела его вниз. В образовавшийся четырехдюймовый разрез стал сочиться мягкий свет.
Погасив фонарь и сунув его в левый передний карман джинсов, Джейн развела руками щель и заглянула внутрь.
На вид помещение напоминало не то комнату отдыха, не то рабочий кабинет: из-за плохого освещения – свет проникал только в открытую дверь из коридора – невозможно было ничего разобрать.
Расширив отверстие, Джейн просунула в него голову и огляделась. Никого. Прислушалась. Ни голосов, ни музыки, ни каких-либо иных звуков, выдававших чье-либо присутствие.
Замечательно, подумала она. И что теперь?
"Дави кишку или слезай с горшка, вот что.
Но я же не хочу вламываться в чужой дом! Это противозаконно! Это нехорошо! И совсем другая статья, чем то, что было раньше. Если я пойду на это, то действительно перейду все границы.
Но я иду туда за своими деньгами и ничего чужого воровать не собираюсь.
Да и окно уже высажено, черт побери. Половина дела сделана: взлом уже совершен, дело теперь за проникновением.
Когда найду деньги от МИРа, оставлю им пару сотен на покрытие ущерба".
Мысль очень понравилась. Компенсировать ущерб. Можно было даже оставить им более приличную сумму. Если деньги будут довольно крупные, они, возможно, даже обрадуются ее визиту.
Что, если дать им тысячу баксов?
Однако, прежде чем это можно будет сделать, необходимо найти конверт МИРа.
Приглушив таким образом угрызения совести и почти не чувствуя себя больше преступницей, Джейн распорола материю до подоконника и влезла в комнату.
И замерла, едва дыша. Непривычно было находиться в чужом доме без разрешения. Она чувствовала себя могущественной и вместе с тем как бы у всех на виду и беззащитной.
"Как было бы здорово, – подумала она, – делать это, не испытывая страха быть пойманным. Интересно, а что ощущает при этом МИР? – мелькнуло у нее в голове. – Ведь каким-то образом ему удается приходить и уходить куда и когда вздумается, оставаясь при этом незамеченным...
Хватит рассусоливать, – решила она. – В доме – никого. Но они могут в любую секунду показаться на подъездной аллее, так что лучше поторапливаться. Делай свои дела и сматывайся к чертовой матери".
Подскочив к лампе, Джейн включила свет.
– Следовало прихватить перчатки, – пожалела она.
Боже! Кто мог подумать, что придется волноваться об отпечатках пальцев.
«Тогда следи за тем, за что берешься».
Джейн пробежала взглядом по комнате: книжные полки, лампы, письменный стол, пара столиков, кресло, знакомая картина на стене – офорт Гойи, на котором великан собирается откусить кому-то голову.
И-зверг оправдывает свою фамилию.
Но она искала конверт, а не разгадку характера С. Эзверга.
Но конверта здесь не было.
На это может уйти вечность, подумала она.
Сунув нож в зубы, она вытащила записку МИРа из кармана, развернула ее и стала медленно читать, решив, что, возможно, читая ранее, пропустила какую-то подсказку.
"Моя красавица!
Завтра вечером, Мэйр-Хэйтс, 901, гала-представление.
Тем временем не чувствуй себя одиноко. У тебя есть я. Сегодня я тебя навещу.
Но не дожидайся".
Похоже, только первая часть имела отношение к сегодняшнему вечеру. «Завтра вечером, Мэйр-Хэйтс, 901» – это чтобы указать место и время. Может, разгадка в словах «моя красавица»?
Это навело на воспоминания о «Красавице и Чудовище». Может, МИР намекает, что он – чудовище. Но какое это может иметь отношение к местонахождению конверта?
– Возможно, самое непосредственное, – решила она. – Надо будет хорошенько подумать.
Еще обращение «моя красавица» заставило ее подумать о «Спящей красавице».
Интересно. Две сказки. Обе братьев Гримм? Но она не была уверена. Хотя известно, что за все это время было опубликовано множество различный версий этих старых сказок, к тому же Дисней сделал полнометражные мультфильмы на оба сюжета.
Может, конверт в книжке сказок. Или в альбоме Диснея. Или спрятан среди кассет с мультфильмами Диснея в видеотеке Эзверга, если она существует.
Не проглядеть бы, решила она.
Теперь, как насчет «гала-представления»? Может, у хозяев есть книга По? Эй, а может, в этом огромном старинном доме есть танцевальный зал?
Еще что-нибудь такое в записке?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48


А-П

П-Я