https://wodolei.ru/catalog/unitazy/bezobodkovye/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Отто, поколебавшись, сказал:
- Его жена покончила жизнь самоубийством. Он винит себя в этом...
Дженифер была шокирована.
- Какой ужас! Но почему она сделала это?
- Она застала Кена в постели с молодым блондином.
- О, Боже!
- Она выстрелила в Кена, потом в себя. Он выжил, она - нет.
- Это ужасно! Я не имела ни малейшего представления, что... что...
- Я знаю. Он постоянно улыбается, но этот ад постоянно с ним.
- Спасибо, что вы мне сказали об этом.
Когда Дженифер вернулась в контору, Кен сказал ей:
- Итак, Отто покидает нас.
- Да.
Бейли усмехнулся.
- Похоже, что мы остаемся с тобой вдвоем против всего остального
мира.
- Похоже...
И в какой-то мере он прав, подумала она.
Она теперь смотрела на Кена другими глазами. Они были вместе за
ленчем и обедом, и она не могла заметить никаких следов гомосексуализма в
нем, но она знала, что Отто сказал ей правду. Кен Бейли носил в себе свой
собственный ад.
Иногда в контору заходили клиенты. Они, как правило, были бедно
одеты, смущены, а зачастую просто пьяны.
Проститутки приходили, чтобы просить Дженифер о поручительстве под
залог. И она удивлялась, насколько молоды и симпатичны были некоторые из
них. Они стали хоть и небольшим, но постоянным источником дохода. Она не
могла понять, кто посылал их к ней. Когда спрашивала об этом Кена, тот
недоуменно пожимал плечами и отходил в сторону.
Когда к ней приходил клиент, Кен сразу же уходил. Он был похож на
гордого отца, желающего ей успеха.
Она получила несколько предложений вести дело о разводе, но отвергла
их. Она не могла забыть слова одного из своих профессоров: "Развод в
юридической практике - это тоже самое, что практология в практике
медицинской". Говорили, что когда супруги краснеют, адвокаты зеленеют...
Высоко оплачиваемых адвокатов по разводам называли "бомбардировщиками",
потому что они часто прибегали к самым последним средствам, часто
уничтожая при этом и мужа, и жену.
Несколько клиентов, посетивших контору Дженифер, настолько отличались
от остальных, что просто озадачивали ее. Они были хорошо одеты, уверены в
себе и предлагали дела, отличавшиеся от грошовых дел, к которым она
привыкла. Это были дела, касающиеся крупных сумм, и судебные процессы,
которыми, не задумываясь, занялась бы любая крупная фирма.
- От кого вы узнали обо мне? - интересовалась она.
Ответы были весьма уклончивы.
- От друга...
- Я читал о вас...
- О вас упоминали на какой-то встрече.
Это продолжалось до тех пор, пока один из клиентов, рассказывая о
своих делах, не упомянул имя Адама Уорнера,
- Это мистер Уорнер послал вас ко мне, не так ли?
Клиент смутился.
- Да, но он сказал, что будет лучше, если его имя не будет упомянуто.
Она решила позвонить Адаму. В конце концов, она ему многим обязана.
Она будет вежлива, но официальна. Естественно, она не даст ему повода
подумать, что она звонит ему только из чувства благодарности... Она
мысленно репетировала свою беседу с ним снова и снова. Когда она, наконец,
собралась с силами и позвонила, секретарша сообщила ей, что мистер Уорнер
сейчас в Европе и возвратится через несколько недель. У нее упало
сердце...
Она поймала себя на том, что думает о нем все чаще и чаще. Она часто
вспоминала тот вечер, когда он пришел к ней, и как плохо она тогда себя
вела. Он практически перенес все ее выходки, когда она изливала свой гнев
на него. И теперь он посылает к ней клиентов.
Она вытерпела три недели и позвонила снова. На этот раз он был в
Южной Америке.
- Что-нибудь передать? - спросила секретарша.
Она, поколебавшись, ответила:
- Нет, ничего.
Она попыталась выбросить его из головы, но это было невозможно. Ей
очень хотелось знать, женат ли он. Она спрашивала себя, хочется ли ей
стать миссис Уорнер... А может быть, я сошла с ума, думала она иногда.
Время от времени Дженифер встречала в газетах имя Майкла Моретти. В
журнале "Нью-Йоркер" напечатали историю об Антониле Гранелли и восточных
семьях мафии. Сообщалось, что его здоровье ухудшается и что Майкл Моретти
готовится занять место правителя империи. "Лайф" поместил статью о
Моретти, в конце которой упоминалось о судебном процессе против него.
Камилло Стела отбывал срок в тюрьме, в то время как Моретти был на
свободе. Журнал напоминал своим читателям, как Дженифер Паркер разрушила
процесс, который послал бы его в тюрьму или на электрический стул. Читая
статью, она судорожно сжимала кулаки. Электрический стул? Она бы с
удовольствием включила ток.

Большинство ее клиентов были незначительны, но приобретенный опыт был
бесценным. В течение этих месяцев она побывала в каждой из комнат
уголовного суда и знала всех его обитателей.
Когда одного из ее клиентов арестовали за воровство, грабеж,
проституцию, она направилась в суд, чтобы его отпустили под залог. Залог
был установлен в сумме пятьсот долларов.
- Ваша честь, у обвиняемого нет таких денег. Если суд уменьшит залог
до двухсот долларов, он возвратится на работу и сможет поддержать семью.
- Очень хорошо, двести.
- Благодарю, Ваша честь.
Дженифер познакомилась с начальником бюро жалоб, куда поступали копии
всех протоколов.
- Это опять вы, Паркер? Ради бога, вы когда-нибудь спите?
- Пустяки, лейтенант! Одна из моих клиенток задержана за
бродяжничество. Могу я видеть протокол ареста? Ее зовут Коннера. Кларенс
Коннера.
- Скажите мне, дорогая, почему вы приходите сюда в три часа ночи,
чтобы защищать бродягу?
Она улыбнулась.
- Просто сейчас меньше людей на улицах.
Ночью суд представлял собой особый мир со своим тайным жаргоном,
который поначалу ставил ее в тупик.
- Паркер, твой клиент задержан при ловле клопов.
- При ловле клопов?
- Ограбление со взломом, совершенное вооруженным лицом, ночью, с
попыткой убийства. Дошло?
- Дошло. Я здесь от имени Луны Тернер.
- Иисус Христос!
- В чем ее обвиняют?
- Подождите, я найду ее карточку. Луна Тернер... Да, хорошенькая
штучка! "Прост. Задержана с АС, в нижнем ряду."
- Как?
- Ты здесь новенькая? Просто она шлюха, а нижний ряд - это юг улицы.
Усекла?
- Усекла.
Ночной суд действовал на нее угнетающе. Через него протекал
непрекращающийся людской поток, омывающий берега земли, именуемой
правосудием. Каждую ночь разбиралось не менее сотни дел. Здесь попадались
проститутки и гомосексуалисты, потерявшие человеческий облик пьяницы и
наркоманы. Это были пуэрториканцы и мексиканцы, евреи и ирландцы, греки и
итальянцы. Они обвинялись в изнасиловании и воровстве, незаконном ношении
оружия и торговле наркотиками, бандитизме и проституции. Это были люди,
потерпевшие в жизни крушение и потерявшие надежду на лучший исход. Они не
были приспособлены к окружающим условиям, а обществу изобилия не было до
них никакого дела. Многие из них были выпущены из центральной Гарлемской
тюрьмы, в которой не хватало места для наиболее серьезных преступников.
Большинство обратившихся к ней клиентов уже давно капитулировали
перед жизнью, прижатые к земле самой системой. Она чувствовала, что их
страхи питают ее уверенность в себе. Конечно, она была далека от того,
чтобы воображать себя блестящим образчиком жизненного успеха, но она
знала, что между ними и ей есть одно существенное отличие - она никогда не
спасует.
Кен Бейли познакомил Дженифер с преподобным отцом Френсисом Джозефом
Райаном. Ему было далеко за пятьдесят, но это был жизнерадостный,
общительный человек, на висках у него кучерявились черные с проседью
волосы, всегда нуждающиеся в стрижке. Она сразу же полюбила его.
Время от времени, когда один из его прихожан исчезал, он обращался за
помощью к Кену, и тот безошибочно находил заблудших отца, жену, дочь,
сына. Кен решительно отказывался от платы.
- Мне воздастся на небесах, - объяснял он.
Однажды, когда Дженифер была одна, в контору зашел отец Райан.
- Кен ушел, отец Райан, его сегодня не будет.
- А я сегодня к вам, Дженифер, - ответил он, усаживаясь на неудобный
деревянный стул напротив нее. - У моего друга есть определенные трудности.
Подобным образом он всегда начинал разговор с Кеном.
- Слушаю вас.
- У одной из моих прихожанок возникли неприятности со службой
социального обеспечения. Она переехала в этот район несколько месяцев тому
назад, и проклятый компьютер потерял ее данные, в результате чего она
оказалась без средств к существованию.
- Понимаю.
- Я знал, что вы поймете, но боюсь, что она ничего не сможет
заплатить.
Дженифер улыбнулась.
- Не беспокойтесь об этом. Я постараюсь уладить ваше дело.
Она думала, что это не займет у нее много времени, но пришлось
потратить почти три дня, чтобы добиться перепрограммирования компьютера.
Однажды утром, месяц спустя, отец Райан снова пришел к ней.
- Я не хотел беспокоить вас, моя дорогая, но у моего друга
определенные затруднения. Но я боюсь, что у него нет...
- Денег, - подсказала она.
- Ах, вы правы, но бедняга очень нуждается в помощи.
- Хорошо, расскажите мне о нем.
- Его зовут Абрахам Уилсон. Это сын одной из моих прихожанок. Он
отбывает пожизненное заключение в Синг-Синге за убийство владельца винной
лавки, совершенное во время ограбления.
- Но если он осужден и отбывает срок, я не вижу, чем я могу быть ему
полезна?
Тот взглянул на нее и вздохнул.
- Проблема не в этом...
- Не в этом?
- Да. Пару недель тому назад он убил другого человека, тоже
заключенного, по имени Раймонд Торп. Он обвиняется в убийстве и ему грозит
смертный приговор.
Дженифер что-то читала об этом.
- Если мне не изменяет память, он забил этого человека до смерти...
- Так говорят.
Она достала блокнот и ручку.
- Вы не знаете, были ли там свидетели?
- Боюсь, что были.
- Сколько?
- О, сотня или больше... Это произошло во дворе тюрьмы.
- Ужасно! Что вы хотите, чтобы я сделала?
Он ответил просто.
- Помогите Абрахаму.
Дженифер отложила ручку.
- Отец, похоже, что здесь не обойтись без помощи вашего бога... Все
против него. Он - негр, он - осужденный убийца, и он убил еще одного на
глазах у сотни свидетелей. Допустим, он сделал это в целях самозащиты...
Но если этот заключенный угрожал ему, то ведь там находились охранники, к
которым он мог обратиться за помощью... Вместо этого он сам стал вершить
правосудие. Во всем мире вы не найдете присяжных, которые оправдали бы
его!
- Но он все-таки человек... Может, вы поговорите с ним?
Она вздохнула.
- Я поговорю с ним, если вы этого хотите, но я не могу ничего
обещать.
- Понимаю. Вероятно, не обойдется без шума?
Они оба думали об одном и том же... Абрахам Уилсон был не
единственным обладателем дурной славы в этом деле.

Тюрьма Синг-Синг находилась в тридцати милях от Манхэттена, на берегу
реки Гудзон. Дженифер приехала туда автобусом. Она предварительно
созвонилась с помощником коменданта, который устроил ей встречу с
Абрахамом Уилсоном, содержавшимся в одиночной камере.
Во время поездки ее не покидало раннее незнакомое ей чувство
целеустремленности. Она ехала в тюрьму, чтобы встретиться с предполагаемым
клиентом, обвиняемым в убийстве. Именно ради такого дела она училась и к
такому делу она готовилась. Впервые за прошлый год она чувствовала себя
адвокатом, хотя и понимала всю нереальность своих ожиданий. Она
направлялась не к своему клиенту, а к человеку, которому обязана будет
сказать, что не сможет представлять его интересы. Она не может себе
позволить быть вовлеченной в дело, которое, несомненно, наделает много
шума, не имея шансов выиграть его. Ему придется выбрать кого-нибудь
другого для своей защиты.
Она позвонила у бокового входа, и охранник, открывший дверь, проводил
ее в кабинет коменданта. Это был широкоплечий крупный мужчина со
старомодной короткой стрижкой и следами оспы на лице. Его звали Говард
Паттерсон.
- Я буду вам благодарна за все, что вы мне расскажите об Абрахаме
Уилсоне, - начала она.
- Если вы привыкли к удобствам, вам не стоило приходить сюда.
Он взглянул на лежащее перед ним досье.
- Уилсон всю жизнь только и делал, что путешествовал в тюрьму и
обратно. Он был уличен в краже машин, когда ему было всего одиннадцать
лет, а в тринадцать его арестовали за вымогательство, посадили за
изнасилование в шестнадцать, а в восемнадцать он стал сутенером и получил
срок за избиение одной из своих девочек.
Он пролистал досье.
- Ну, а дальше - вооруженный грабеж и, наконец, убийство.
Это был обескураживающий перечень.
Дженифер спросила:
- Есть ли какой-нибудь шанс, что Абрахам Уилсон не убивал Раймонда
Торпа?
- Забудьте об этом! Уилсон признался во всем, но если бы даже он и
отрицал свою причастность, это не имело бы значения. У нас есть сто
двадцать свидетелей.
- Могу я его повидать?
- Да, но это будет зря потраченным временем.
Абрахам Уилсон был самым безобразным существом, которое она
когда-либо видела. Его кожа была угольно-черной, нос переломлен в
нескольких местах, во рту не хватало нескольких передних зубов, а
маленькие бегающие глазки едва выделялись на испещренном ножевыми шрамами
лице. Если бы его нужно было описать одним словом, то она выбрала бы слово
"угрожающий". Она могла себе представить, какое он впечатление произведет
на присяжных...
Они встретились в комнате для свиданий под усиленной охраной. Их
разделяла толстая проволочная сетка, а у входной двери стоял охранник.

Это ознакомительный отрывок книги. Данная книга защищена авторским правом. Для получения полной версии книги обратитесь к нашему партнеру - распространителю легального контента "ЛитРес":


1 2 3 4 5 6 7 8


А-П

П-Я