https://wodolei.ru/catalog/dushevie_ugly/90x90cm/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Вероятно, вы подумали, что я сошла с ума, когда спросила вас о Ловкаче? — неожиданно спросила она. — Надеюсь, что вы не рассказали об этом Питеру.
— Я мельком увидела Питера после нашего разговора, — ответила Джейн, стараясь говорить спокойно. — А у вас есть какие-нибудь догадки насчет Ловкача?
Марджори пожала плечами и ответила совершенно равнодушным тоном:
— Меня он просто интересует, потому что все только о нем и говорят. Во всяком случае, — добавила она, метнув быстрый взгляд на Джейн, — скоро его упрячут в тюрьму, и все тогда вздохнут свободно.
Джейн заметила, что молодая женщина произнесла последние слова с какой-то особенной ненавистью, как будто она лично была заинтересована в поимке преступника.
Марджори, со свойственной ей болтливостью, уже перешла на другую тему.
— Какой, однако, болтун этот Базиль! — воскликнула она.
— А вы давно его знаете? — спросила Джейн, скорее просто для того, чтобы поддержать разговор.
— О да, уже много лет, — ответила Марджори. — Ведь мы не всегда жили на Харлей-стрит. Вероятно, вы и не знаете, что когда-то у Дональда была лишь грошовая практика в южной части Лондона.
Джейн с удивлением слушала свою собеседницу, а та как будто находила удовольствие в разоблачении тайн прошлой жизни своего мужа.
— Дональд был замешан в каком-то темном деле, которое грозило окончательно погубить его карьеру, — продолжала она. — И тут вдруг ему улыбнулось счастье, и он нашел своего первого богатого пациента. О, не думайте, что это был Питер. Нет, это был некий таинственный господин Лукер, который страдал ипохондрией и всецело доверился Дональду. Отсюда и пошло наше благополучие. Я, конечно, не отрицаю достоинств Дональда как врача, но считаю, что он, главным образом, действует путем убеждения на психологию пациента. А это именно то, что требуется в богатом Уэст-Энде. Старые дамы теперь не могут обходиться без его медицинских советов, которые действительно замечательны. Он посылает всех пациентов в известные ему курорты. Раньше отправлял некоторых из них в Висбаден, но там они попали, к несчастью, на местного доктора, который вылечил их, и мы, таким образом, лишились части нашей практики. С тех пор Дональд никогда не посылает своих пациентов за границу.
Джейн все с большим и большим недоумением слушала болтовню своей гостьи. Казалось, Марджори разрушала один из столпов, на котором покоилось ее благополучие.
— Ведь Дональд — специалист по нервным болезням, не правда ли? — спросила, наконец, Джейн.
— Как я вам только что уже говорила, Дональд умеет говорить и убеждать, а это то, что требуется при нервных заболеваниях. Я подрываю вашу веру в Дональда, не правда ли? — усмехнулась она. — Однако…
Резкий пронзительный крик прервал ее. Обе женщины в ужасе переглянулись. Марджори вскочила на ноги. На лице ее был написан испуг.
— Что это за крик? — прошептала она.
Джейн бросилась к окну. Вечером прошел сильный дождь, но теперь небо было совершенно чистым и звездным. Кроме шелеста листьев, не было слышно ни звука. Вдали просвистел локомотив.
— Что это был за крик? — повторила Марджори, хватая Джейн за руку.
— Вероятно, это просто сова, — спокойно ответила Джейн.
Она снова сдвинула занавески и, поддерживая плачущую женщину, повела ее к кровати. Марджори забилась в истерике, и Джейн пришлось провозиться с ней около получаса, прежде чем та пришла в себя.
Внезапно Джейн показалось, что она услышала треск половицы на площадке лестницы. Тихонько подойдя к двери, она прислушалась; скрип не повторился.
— Как мне стыдно, что я напугала вас! — прошептала Марджори, придя в себя. — Я сама не понимаю, почему мне вдруг сделалось так жутко. Однако, как вы думаете, что это был за крик?
И, прежде чем Джейн смогла что-либо ответить, сказала:
— Несомненно, это был крик не совы, а сумасшедшего. Я припоминаю посещение дома умалишенных. Меня как-то повез туда Дональд.
В глазах молодой женщины засветился ужас.
Джейн подошла к окну и выглянула в сад. Уже начинал брезжить рассвет.
Казалось, постепенно ночные страхи Марджори исчезли.
— Я ужасно виновата перед вами. Из-за меня вы провели бессонную ночь. Однако я не согласилась бы еще раз ночевать в этом доме, даже если бы мне за это предложили все сокровища мира. Когда вы возвращаетесь в Лондон?
Джейн ответила в нерешительности:
— Кажется, сегодня Питер нанял комнаты в Рице.
Марджори взволнованно заговорила, не глядя на нее:
— Мне нужно будет обо многом переговорить с вами. Однако Дональд не должен знать о нашей встрече. Он не хочет почему-то, чтобы я дружила с вами. Иначе мы встречались бы с вами гораздо чаше. А теперь мне пора идти. Не можете ли вы проводить меня до двери моей комнаты?
— Неужели вы все еще боитесь? — с невольной улыбкой спросила Джейн.
— Вы не можете даже себе представить, как я испугалась, — промолвила Марджори.
Проводив ночную гостью, Джейн вернулась в свою комнату. Невеселые думы тревожили ее. Марджори показала ей Дональда совершенно в другом свете: исчезло все его обаяние как врача-специалиста, казалось, что речь шла о каком-то шарлатане. Ей страшно было думать, что здоровье Питера находилось в таких руках. Джейн уже не хотелось спать, и она села перед разгоревшимся ярким пламенем камином.
Неужели тот страшный крик, который они услышали среди ночи, был действительно криком умалишенного, как утверждала Марджори? А это значит, что…
Под влиянием мучившей ее мысли Джейн встала, неслышными шагами подошла к двери маленькой гостиной и тихо открыла ее. Пройдя через комнату, она вошла в спальню мужа: окно было открыто настежь, тяжелые портьеры, обычно закрывавшие его на ночь, раздвинуты; виднелась прислоненная садовая лестница.
Взглянув на кровать, Джейн увидела, что Питер лежал совершенно одетый — на нем был еще смокинг, в который он обычно переодевался к обеду. Осторожно, на цыпочках, она подошла вплотную к кровати и замерла от ужаса: его белая рубашка на груди была испачкана кровью. Рука, свисавшая с кровати, тоже была окровавлена. Такие же зловещие пятна виднелись и на его лице, крахмальный воротник весь был смят, а развязанный черный галстук висел на боку. Легкие лакированные туфли, которые Питер обычно одевал вечером, покрывал толстый слой еще не успевшей высохнуть грязи.
Джейн пришлось схватиться за кровать, чтобы не упасть при виде этой ужасной картины. И тут она заметила, что рядом, на ковре, валялся большой молоток. Машинально нагнувшись, Джейн подняла его. Он был весь в крови, вплоть до рукоятки. Джейн едва не выронила его, но сдержалась и машинально положила его на ночной столик.
— Питер! — в ужасе прошептала она. — Питер!
И стала с силой трясти его, но муж не просыпался. Он напоминал человека, усыпленного снотворным. Джейн решилась было, позвать кого-нибудь на помощь. Однако какая-то инстинктивная сила удержала ее: ведь человек, лежавший перед ней в таком ужасном виде, был ее муж, и их жизни были соединены неразрывными узами.
Теперь ей становился ясен смысл ужасного крика, который они слышали посреди ночи. Итак, в доме было совершено убийство. В этот страшный момент она увидела Питера в совершенно новом свете: она поняла его одиночество и беспомощность. Ведь у него не было ни одного настоящего друга, а женщина, которая только что говорила о своей безумной любви к нему, конечно, первая предала бы его. У нее перехватило дыхание при одной лишь мысли, что Питер был преступником. Теперь ничто не могло уже спасти его от законной кары.
Джейн закрыла дверь на задвижку. Затем снова попыталась разбудить спящего. Питер что-то пробормотал, но так и не открыл глаза.
Джейн боялась, что скоро уже вся прислуга будет на ногах. Тогда невозможно будет скрыть всего происшедшего. Чувство долга придало ей сил: дрожащими руками она сняла воротник и галстук. Убедившись в том, что кровавые пятна были только на смокинге и на рубашке, Джейн с невероятными усилиями удалось стянуть с него запачканную одежду. Затем она сняла с него туфли и унесла все это к себе в комнату.
Вскипятив воду в чайнике, всегда стоявшем у нее в комнате, и прихватив губку, она вернулась в спальню мужа. Дрожащими руками Джейн вымыла в тазу его испачканные кровью руки. Питер все это время лежал неподвижно и лишь один раз что-то пробормотал. Она нагнулась и услышала:
— Базиль! Свинья!
После этого он снова впал в беспамятство. Джейн, осторожно завернув молоток в бумагу, понесла его в свою комнату и бросила в камин. Она простояла около него до тех пор, пока деревянная ручка не сгорела дотла.
Теперь нужно было спрятать в надежное место испачканную одежду. Джейн поймала себя на мысли, что она действует так, как будто сама совершила преступление и хочет уничтожить его следы. Смокинг и рубашку она не смогла сжечь и потому, свернув их в узел, положила на дно своего чемодана.
Вернувшись в спальню мужа, Джейн вынула из шкафа другой смокинг и повесила его на спинке стула. Затем взяла из комода чистую фрачную рубашку и вдела в манжеты запонки, которые сняла с окровавленного белья. И тут Джейн вспомнила о лестнице, прислоненной к окну. Она с силой оттолкнула ее, и та упала на лужайку. Затем, задернув занавески и закрыв окно, она возвратилась в свою комнату и машинально опустилась на кресло возле камина.
Через полчаса вошла Анна и принесла ей чашку горячего чая.
— Как, миссис!.. Вы уже встали? — с удивлением сказала горничная.
Джейн заставила себя улыбнуться.
— Было бы грешно долго спать в такое чудесное утро, — заметила она.
Анна уже собралась уйти, но у двери обернулась и спросила:
— Простите меня, миссис… Вы ничего не слышали ночью?
Джейн готова была вскрикнуть. Сердце ее учащенно забилось. Однако она сделала над собой усилие и спокойным голосом сказала:
— Нет, ничего… А что случилось?
— Я слышала крик. Он напоминал вой большой дворовой собаки. Персон тоже слышал.
При этом сравнении дрожь пробежала по телу Джейн.
— И садовник тоже слышал, — продолжала Анна.
— Вероятно, это и был вой собаки, — заметила Джейн.
Она поспешно приняла ванну, оделась и спустилась вниз.
Делая вид, что прогуливается, Джейн дошла до лужайки, на которую выходили окна спален, и, увидев лестницу, оттащила ее подальше, на довольно большое расстояние. Это была нелегкая работа: лестница была большой и тяжелой. Она уже хотела возвратиться, как вдруг увидела садовника, который торопливо шел к ней. Вид у него был совершенно растерянный.
— Миссис!.. Миссис!.. — Закричал он прерывающимся от волнения голосом. — Там… лежит…
Джейн, хотя и догадывалась, что он скажет, но все же в ужасе отшатнулась.
— Рыжий господин, который был здесь вчера… Убит… — продолжал садовник.
Чтобы не упасть, Джейн прислонилась к дереву. Теперь ей все было ясно: Питер убил Базиля Хеля. Она вошла в дом и в передней встретила Дональда.
— Что случилось? — спросил он, увидев бледную Джейн.
Она не в силах была произнести ни слова, а только указала на садовника, стоявшего с растерянным видом в дверях.
Дональд позвал жену. Через несколько секунд Марджори спустилась вниз, кутаясь в халат.
— Побудьте с Джейн, — сказал Дональд и принялся расспрашивать садовника.
Но тот смог лишь рассказать, что по дороге к будке, расположенной около садовой стены, в которой хранились его инструменты, он натолкнулся на человеческую ногу, видневшуюся из-за куста, и что затем сделал ужасное открытие.
— Погодите! — вдруг воскликнул Дональд и бросился к Джейн. — Питер все еще у себя наверху?
Джейн покачала головой.
— Не знаю… Я не видела его…
— Пойдемте со мной, — сказал он и потащил ее наверх. — Вы идите в свою комнату, Марджори, — добавил он, обращаясь к жене.
— Я не желаю возвращаться в свою комнату, — упрямо ответила Марджори, — Я хочу знать, что произошло.
— Кто-то убит… в саду.
— Боже… Значит, тот крик… — начала Марджори.
— Какой крик? — перебил ее Дональд. — Разве вы тоже его слышали? Я думал, что вы спали. Этот крик разбудил меня. Право, вам лучше было бы вернуться в свою комнату.
Дональд произнес эти слова более мягким тоном. Это уже не было похоже на приказ.
— А я не хочу, — спокойным, но твердым голосом возразила она. — Почему я должна идти в свою комнату?
Дональд постучался в спальню Питера и, не получив ответа, хотел открыть ее. Однако дверь была заперта изнутри.
— Есть другой вход в его комнату? — спросил он Джейн.
Тут только она вспомнила, что сама заперла его дверь на задвижку. Джейн хотела было рассказать ему всю правду, но вовремя опомнилась.
— Да, можно войти через маленькую гостиную, — сказала она.
— Вчера вечером я дал Питеру успокоительное лекарство — он был в таком возбужденном состоянии… Но почему же он до сих пор спит? Вы не слышали, просыпался он ночью или нет?
Джейн покачала головой и последовала за доктором в спальню. Питер лежал все в том же положении, в котором ока оставила его. Одеяло закрывало его всего, до головы.
— Откройте занавески, — сказал Дональд и нагнулся над спящим.
Джейн услышала, как доктор вскрикнул.
— В чем дело? — спросила стоя в дверях Марджори.
— Ничего, — пробормотал Дональд.
А затем спросил, обращаясь к Джейн.
— Что с вашим мужем? Почему он так крепко спит?
Глава 12
Дональд тщетно старался разбудить спящего. И вдруг Питер пробормотал во сне:
— Какая страшная головная боль…
Дональд смотрел вокруг, казалось, обшаривая глазами всю комнату:
— Но ведь Питер полуодет, — прошептал он. — Где же его остальная одежда?
Джейн указала на спинку стула.
— Вот — здесь.
— Одежда… Почему вы говорите о моей одежде? — пробормотал Питер и сел на кровати, закрыв лицо руками.
— Однако от вашего успокоительного лекарства я чуть не умер, Дональд, — сказал он.
Дональд попросил свою жену, которая все еще стояла в дверях:
— Принесите мне ящичек с лекарствами и стакан воды.
Марджори кинулась выполнять его указание, а он подошел к окну и выглянул в сад. Джейн заметила, что у Дональда был очень расстроенный вид. Ее поразило, что он не спешил расспрашивать садовника, не интересовался подробностями убийства и даже не осмотрел труп убитого.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23


А-П

П-Я