https://wodolei.ru/catalog/dushevie_kabini/Appollo/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Комиссар Мегрэ –


Оригинал: Georges Simenon, “La premiere enquete de Maigret”, 1949
Жорж Сименон
«Первое дело Мегрэ»
Глава 1
Показания флейтиста
Низкий черный барьер разделял комнату пополам. В той половине, которая предназначалась для публики, у выбеленной стены, сплошь оклеенной служебными объявлениями и плакатами, стояла только черная скамья без спинки. Другую половину комнаты занимали столы с чернильницами, полки, забитые толстенными справочниками, тоже черными, так что все здесь было черное и белое. Но главной достопримечательностью комнаты была печка, красовавшаяся на листе железа, – чугунная печка из тех, что в наши дни можно встретить разве только на вокзале какого-нибудь захолустного городка. Труба печки сначала круто поднималась вверх, к самому потолку, а потом, изогнувшись, тянулась через всю комнату и исчезала в стене.
Лекер, полицейский агент с детским лицом, чуть розовым и припухлым, сидел в расстегнутом мундире и пытался вздремнуть, положив голову на согнутую в локте руку. Стенные часы в черном футляре показывали двадцать пять минут первого. Время от времени единственный газовый рожок, освещавший комнату, тихо покашливал. Сухо потрескивали дрова в печке.
Тишину ночи все реже и реже нарушали возгласы подгулявших прохожих, разухабистая песня какого-нибудь пьянчуги или стук колес фиакра, с грохотом катившегося по крутой улице.
Секретарь комиссариата квартала Сен-Жорж сидел в левом углу комнаты и, низко склонившись над столом и шевеля губами, словно школьник, читал только что вышедшую брошюру: «Курс описательных признаков (словесный портрет) для офицеров и инспекторов полиции».
На форзаце книги чья-то рука аккуратно вывела лиловыми чернилами: «Ж. Мегрэ».
Трижды за ночь молодой секретарь комиссариата Жюль Мегрэ поднимался со своего места, чтобы помешать дрова в печке. Воспоминания об этой печке он пронесет через всю свою жизнь: почти такая же будет стоять у него на Набережной Орфевр, а позднее, когда центральное отопление будет проведено во все помещения Сыскной полиции, Мегрэ – уже дивизионный комиссар и начальник оперативной группы – добьется разрешения сохранить такую печку в своем кабинете.
Итак, наступило 15 апреля 1913 года. Сыскная полиция называлась тогда еще Сюртэ. В то утро некий коронованный иностранец прибыл на вокзал Лонгшан, где был встречен торжественно президентом Республики. Кортеж, эскортируемый частями национальной гвардии в парадной форме, медленно двигался по авеню Дю Буа и по Елисейским Полям.
В тот же день в Онере состоялся торжественный вечер, и только к ночи стих гул народных гуляний и погасли огни фейерверков.
Полиция просто с ног сбилась. Несмотря на меры предосторожности, несмотря на заранее произведенные аресты и на договоренность с некоторыми лицами сомнительной репутации, можно было в любой момент опасаться какой-нибудь выходки со стороны анархистов: того и гляди, по маршруту следования высокого гостя могла взорваться бомба.
Мегрэ и полицейский агент Лекер коротали ночь в комиссариате полиции квартала Сен-Жорж, на тихой и спокойной улице Ля Рошфуко.
Ровно в час двадцать пять минут оба одновременно подняли головы, заслышав торопливые шаги на тротуаре. Дверь распахнулась. Запыхавшийся молодой человек, щурясь, осмотрелся, ослепленный светом газового рожка.
– Господин комиссар? – спросил он, с трудом переведя дыхание.
– Я его секретарь, – ответил Мегрэ, не поднимаясь с места.
Он и не подозревал, что в этот момент началось его первое самостоятельное дело.
Молодой человек оказался хилым блондином с голубыми глазами и нездоровым румянцем на щеках. Поверх черного костюма на нем был прорезиненный плащ, в одной руке он держал котелок, другую то и дело прикладывал к распухшему носу.
– На вас напали бандиты?
– Нет. Я пытался помочь женщине, которая звала на помощь.
– На улице?
– В особняке на улице Шапталь. Вы должны немедленно отправиться туда!.. Они выставили меня за дверь.
– Кто?
– Какой-то верзила… Не то дворецкий, не то консьерж.
– А не лучше ли рассказать все сначала? Что вы делали на улице Шапталь?
– Я возвращался с работы. Меня зовут Жюстец Минар. Я второй флейтист в оркестре Лямурэ, а по вечерам играю в ресторанчике «Клиши». Живу на улице Ангиен, как раз напротив «Пти Паризьен». Я шел, как обычно, сначала по улице Баллю, а потом по Шапталь.
Мегрэ добросовестно и подробно записывал все показания тщедушного блондина.
– Когда я был уже на середине улицы, почти всегда безлюдной в этот час, я заметил автомобиль. Это был «дион-бутон», мотор его работал, хотя он стоял на месте. В нем сидел мужчина в сером кожаном пальто, большие темные очки скрывали часть его лица. Когда я поравнялся с ним, на третьем этаже особняка распахнулось окно.
– Вы запомнили номер дома?
– Да. Семнадцать-бис. Это, как я уже сказал, особняк с большим подъездом. Нигде не было света. Только второе окно, если считать слева, было освещено – то самое, которое открылось. Я поднял голову и увидел силуэт женщины, которая выглянула в окно и закричала: «На помощь!..»
– Вы что-нибудь предприняли?
– Погодите… Кто-то, по-видимому, оттащил ее назад. И в тот же миг раздался выстрел. Я обернулся к автомобилю, мимо которого только что прошел, но он резко взял с места и умчался.
– Вы уверены, что это был выстрел, а не треск мотора?
– Уверен… Тогда я подошел к двери и позвонил.
– Вы были один?
– Да.
– У вас было оружие?
– Нет.
– Что же вы собирались делать?
– Но… Вопрос сбил флейтиста с толка: он растерялся и не знал, что ответить. Если бы не усики и редкая бородка, ему можно было бы дать не более шестнадцати лет.
– Соседи ничего не слышали?
– Мне кажется, нет.
– Вам открыли?
– Не сразу. Я звонил по меньшей мере три раза. Потом стал стучать ногами в дверь. В конце концов я услышал шаги, потом кто-то снял цепочку, отодвинул засов.
В подъезде света не было, но как раз перед самым домом горел газовый фонарь.
Час сорок семь минут… Флейтист то и дело бросал испуганный взгляд на часы.
– Верзила в черном костюме – должно быть, дворецкий – спросил меня, что мне угодно.
– Вы говорите, он был одет?
– Ну да!
– В брюках и при галстуке?
– Да.
– А между тем в доме было темно?
– Кроме освещенного окна на третьем этаже.
– Что вы ему сказали?
– Точно не помню. Я хотел войти в дом.
– Зачем?
– Посмотреть, что там происходит. Он заслонил собой дверь. Тогда я сказал ему о женщине, которая звала на помощь.
– Он казался смущенным?
– Он смотрел на меня угрожающе и, не говоря ни слова, старался оттолкнуть от дверей.
– А потом?
– Он пробурчал несколько слов. Точно я не разобрал. В общем, нечто вроде того, что мне все приснилось, что я просто пьян. Потом в темноте вдруг раздался голос – мне показалось, что крикнули на площадке второго этажа.
– Что именно?
– «Живее, Луи!»
– А дальше?
– Тогда он меня толкнул. А так как я сопротивлялся, ударил меня прямо в лицо, и я очутился на тротуаре перед закрытой дверью.
– На третьем этаже по-прежнему горел свет?
– Нет.
– Автомобиль вернулся?
– Нет… Может быть, нам следовало бы пойти туда сейчас?
– Нам? Вы намерены сопровождать меня? Поразительный контраст между почти женственной хрупкостью флейтиста и его отчаянной решимостью одновременно и смешил, и трогал.
– Разве не мне съездили по физиономии? Так вот, я подаю жалобу.
– Ваше право.
– Мне думается, нам следовало бы тотчас же отправиться туда. Вы не находите?
– Номер дома вы уже назвали?
– Семнадцать-бис.
Мегрэ нахмурился – этот адрес о чем-то смутно ему напоминал. Он снял с полки толстый справочник, перелистал его, задержался на одной из фамилий и нахмурился еще больше.
В тот вечер он был в мундире. Это был, можно сказать, первый мундир в его жизни. За несколько дней до описываемых событий служебная записка рекомендовала всем служащим полиции по случаю визита коронованной особы быть в парадной форме – каждого могли в любую минуту вызвать.
Его прорезиненный плащ, купленный в магазине готового платья, был как две капли воды похож на плащ Жюстена Минара.
– Пошли! Если меня спросят, Лекер, скажите, что я еще вернусь.
Мегрэ волновался. Фамилия, которую он отыскал в справочнике, была столь громкой, что ему стало не по себе.
Ему было двадцать шесть лет, и он всего пять месяцев как женился. Все четыре года, что он прослужил в полиции, ему приходилось выполнять самые скромные обязанности, начав с дежурств на дорогах, вокзалах и в больших магазинах. Только год назад он был назначен на должность секретаря комиссариата квартала Сен-Жорж.
Самой уважаемой фамилией во всем квартале была, безусловно, фамилия обитателей дома номер 17-бис по улице Шапталь.
Жандро-Бальтазар. Кафе «Бальтазар». Это имя, выведенное огромными бурыми буквами, мелькало на всех станциях метро. Фургоны торгового дома «Бальтазар», запряженные четверкой великолепных лошадей в роскошной сбруе, являли собой как бы неотъемлемую часть парижского пейзажа.
Сам Мегрэ с удовольствием пил кофе «Бальтазар».
И когда он шел по авеню Дел'Опера, он никогда не пропускал случая вдохнуть прекрасный запах жареного кофе, доносившийся из магазинов фирмы «Бальтазар».
Ночь была светлой и холодной. На улице – ни души, ни одного фиакра. Мегрэ в ту пору был почти такой же худощавый, как и флейтист, так что, когда они шли вверх по улице, их можно было смело принять за двух подростков.
– Надеюсь, вы были трезвы?
– Я никогда не пью. Врач запретил.
– Вы уверены, что видели, как открылось окно?
– Абсолютно уверен.
Это была первая самостоятельная вылазка Мегрэ. До сих пор он только сопровождал в нескольких полицейских облавах своего начальника, господина Ле Бре, самого светского из всех полицейских комиссаров Парижа.
Улица Шапталь была так же безлюдна, как и улица Ла Рошфуко. В окнах особняка Жандро-Бальтазар, одного из самых красивых зданий квартала, света не было.
– Вы сказали, что у дома остановился автомобиль?
– Не совсем у дома. Чуть выше.
Мегрэ, голова которого была набита только что прочитанными теориями доказательств, зажег восковую спичку и склонился над брусчатой мостовой.
– Видите! – торжествующе воскликнул музыкант, указывая на большое маслянистое темное пятно.
– Пошли. Хотя не очень-то я уверен, что поступаю правильно, разрешая вам идти со мной.
– Но ведь меня же стукнули кулаком по физиономии.
И все-таки на душе у Мегрэ было тревожно. Поднимая руку к звонку, он почувствовал, как сжалось сердце. Он сам себе задавал вопрос, на какую статью закона он может сослаться. Ордера у него не было. Кроме того, сейчас ночь. Мог ли он объяснить мотивы своего вторжения, если единственным доказательством преступления являлся распухший нос флейтиста?
Как и флейтисту, ему пришлось позвонить три раза подряд. Потом голос за дверью спросил:
– В чем дело?
– Полиция! – неуверенно заявил Мегрэ.
– Минуточку. Только схожу за ключом.
Что-то щелкнуло. В особняке зажегся свет. Затем прошло еще несколько долгих минут ожидания.
– Это он, – подтвердил музыкант, тотчас же узнав голос говорившего.
Наконец загремела цепочка, заскрипел засов, показалась заспанная физиономия, и взгляд, мельком скользнувший по Мегрэ, остановился на Жюстене Минаре.
– Все-таки вы его задержали! – сказал мужчина. – Вероятно, он еще где-нибудь выкинул тот же фортель?
– Разрешите войти?
– Если вы считаете это необходимым. Попрошу вас не шуметь, чтобы не разбудить весь дом. Пройдемте сюда.
Слева над тремя мраморными ступеньками поблескивала двухстворчатая застекленная дверь, выходившая в холл с колоннами. Впервые в жизни Мегрэ попал в дом, роскошь и величавость которого напоминали резиденцию по меньшей мере министра.
– Вас зовут Луи?
– Откуда вы знаете?
Луи открыл дверь не в салон, а в комнату для слуг. Он был полуодет. Наспех натянутые брюки и белая ночная сорочка с красной вышивкой на воротнике создавали впечатление, будто он только что встал с постели.
– Мосье Жандро-Бальтазар дома?
– Который из них, простите? Отец или сын?
– Отец.
– Мосье Фелисьен еще не возвращался. А мосье Ришар, его сын, должно быть, давно спит. Прошло не более получаса, как этот пьяница… Луи был рослый, плечистый мужчина. Он выглядел лет на пятьдесят. Подбородок его был выбрит до синевы, над глазами с очень темными зрачками нависли невероятно густые пышные брови.
Мегрэ судорожно глотнул воздух. Испытывая чувство человека, которому предстоит броситься в ледяную воду, он произнес:
– Я хотел бы поговорить с мосье Ришаром.
– Прикажете разбудить его?
– Вот именно.
– Предъявите, пожалуйста, документы.
Мегрэ протянул свое удостоверение.
– Давно вы работаете в нашем квартале?
– Десять месяцев.
– Вы прикреплены к комиссариату Сен-Жорж?
– Совершенно верно.
– Значит, вы знаете мосье Ле Брэ?
– Это мой начальник.
Тогда Луи произнес с напускным безразличием, за которым слышалась плохо скрытая угроза:
– Я тоже его знаю. Я имею честь прислуживать ему, когда он приходит сюда завтракать или обедать. – Он выждал несколько секунд, глядя в сторону. – Вы все еще настаиваете на том, чтобы я разбудил мосье Ришара?
– Да.
– У вас имеется ордер?
– Нет.
– Прекрасно. Соблаговолите обождать. Прежде чем удалиться, дворецкий демонстративно достал из стенного шкафа крахмальную манишку, воротник, черный галстук. Потом надел висевший здесь же сюртук. В комнате стоял только один стул. Ни Жюстен Минар, ни Мегрэ не сели. Вокруг царила тишина. Дом был погружен во мрак. Все выглядело как-то необычайно торжественно и внушительно.
Дважды Мегрэ вынимал часы из жилетного кармана. Прошло двадцать минут, прежде чем Луи появился вновь, по-прежнему холодно официальный.
– Прошу вас следовать за мной… Минар хотел было идти вслед за Мегрэ, но дворецкий обернулся к нему:
– Не вас. Если только вы тоже не имеете отношения к полиции… Какое-то странное чувство овладело Мегрэ. Ему казалось предательством оставить здесь одного этого жалкого флейтиста. Комната для слуг, облицованная темным деревом, на какой-то миг представилась ему темницей, и он без труда вообразил, как верзила дворецкий с синим подбородком возвращается сюда, чтобы наброситься на свою жертву.
Следуя за Луи, он прошел через холл с колоннами и поднялся по лестнице, покрытой темно-красной ковровой дорожкой.
Вдоль лестницы горело несколько ламп, тускло освещая ступеньки и стену. Дверь, выходившая на площадку второго этажа, была открыта. В двери стоял человек в халате.
– Вы желаете говорить со мной? Входите, пожалуйста… Оставьте нас одних, Луи.
Комнага служила одновременно и гостиной и кабинетом. Стены были обтянуты кожей, пахло сигарами и духами, не знакомыми Мегрэ. Приоткрытая дверь вела в спальню, где виднелась разобранная кровать.
Ришар Жандро-Бальтазар запахнул халат, накинутый на пижаму. На ногах у него были сафьяновые туфли.
Ему было, вероятно, лет тридцать. Лицо его под шапкой черных волос казалось бы заурядным, если бы не кривой нос.
– Луи сказал мне, что вы из комиссариата нашего квартала. Не так ли?
Он открыл украшенную резьбой коробку с сигарета» ми и придвинул ее посетителю. Мегрэ поблагодарил и отказался.
– Вы не курите?
– Только трубку.
– Тогда я не предлагаю вам закурить, потому что не выношу запаха трубочного табака. Полагаю, что, прежде чем прийти сюда, вы позвонили моему другу Ле Брэ?
– Нет.
– Ах вот как! Прошу простить, если я недостаточно осведомлен относительно порядков в полиции. Ле Брэ часто бывает в этом доме, однако хочу вас сразу же предупредить, не в качестве комиссара полиции. Впрочем, он так мало походит на полицейского! Это действительно очень порядочный человек, и у него очаровательная жена. Но перейдем к делу. Который час?
Он сделал вид, что ищет часы, и Мегрэ вытащил из кармана свою серебряную луковицу.
– Двадцать пять минут второго.
– Светать в это время года начинает, кажется, часов в пять, не правда ли? Я прекрасно знаю это, ибо мне довольно часто случается выезжать верхом в Булонский лес как раз в это время… Мне казалось, что жилища граждан неприкосновенны с заката и до рассвета.
– Совершенно верно, но… Он оборвал Мегрэ на полуслове.
– Заметьте, я упомянул об этом только для того, чтобы и вы не забывали о существующих законах. Вы молоды и, по-видимому, еще малоопытны. Вам повезло, однако, что вы попали к другу вашего шефа. Смею думать, что вас сюда привели лишь самые добрые намерения. Луи успел мне вкратце рассказать о происшедшем. Очевидно, субъект, которого он вышвырнул за дверь, весьма опасный тип? Но даже в этом случае, друг мои, не считаете ли вы, что вам следовало подождать до утра? Присаживайтесь, прошу вас.
Сам же он ходил взад-вперед по комнате, дымя египетской сигаретой с позолоченным мундштуком.
– А теперь, после того как я преподал вам этот маленький урок, который вы заслужили, скажите мне, что вас интересует?
– Кто занимает комнату этажом выше?
– Простите?
– Знаю, вы не обязаны отвечать мне, во всяком случае в данный момент.
– Обязан? – повторил Ришар с изумлением.
У Мегрэ покраснели кончики ушей, но он продолжал:
– Этой ночью в комнате над вами кто-то стрелял.
– Простите… Простите… Вы, надеюсь, в своем уме?.. Хочу сказать, что народные гулянья – это, конечно, повод, но не слишком ли много вы выпили?
На лестнице послышались шаги. Дверь была открыта, и Мегрэ, обернувшись, увидел смутно вырисовавшийся силуэт, словно сошедший с обложки модного журнала. Человек был одет во фрак, пелерину и цилиндр. Он был худ и стар, и его тонкие усы с загнутыми вверх концами были нафабрены.
Не решаясь войти, удивленный, а может быть, испуганный, он остановился на пороге.
– Войдите, отец. Полагаю, что вы от души посмеетесь. Мосье, которого вы видите здесь, служит у нашего друга Ле Брэ… Удивительное дело, Фелисьен Жандро-Бальтазар-отец вроде бы и не был пьян, а между тем выглядел как-то странно и держался весьма неуверенно.
– Вы видели Луи? – продолжал сын.
– Он внизу с кем-то… – Совершенно верно. Какой-то пьяница – если только это не сумасшедший, вырвавшийся из Вильжуиф, – незадолго до вашего прихода чуть не выломал дверь. Луи стоило огромных трудов помешать этому пьянчуге вломиться в дом. А теперь мосье… Он подождал, вопросительно глядя на Мегрэ.
– Мегрэ.
– …мосье Мегрэ, секретарь нашего друга Ле Эрэ, здесь у нас для того, чтобы спросить меня… Так что же вас интересует.
– Кто живет в комнате над вами, второй от угла?
Мегрэ показалось, что отцу не по себе и что волнение его вызвано какими-то необычными обстоятельствами. Как только старик вошел в комнату, он бросил на сына взгляд, полный страха и покорности. Он не осмеливался и рта открыть. Казалось, он ждет разрешения Ришара.
– Моя сестра, – сказал наконец последний. – ето все?
– Она сейчас здесь?
Мегрэ обратился не к сыну, а к отцу. Но и на этот раз ответил сын.
– Нет. Она в Ансевале.
– Простите? Не понял.
– В нашем замке, замке Ансеваль, около Пуи-сюр-Луар, в департаменте Ньевр.
– Так что комната ее пуста?
– Имею все основания так полагать. – И иронически добавил:
– Быть может, вы хотите в этом удостовериться? Пожалуйста, я вас провожу. О, завтра я смогу поздравить нашего друга Ле Брэ с необычайным усердием его подчиненных. Прошу вас, следуйте за мной.
К величайшему удивлению Мегрэ, отец тоже робко поплелся за ними.
– Вот комната, о которой вы говорили. Как удачно, что она не заперта. Он повернул выключатель. Мебель в спальне была из белого лакированного дерева, стены обтянуты голубым шелком. Боковая дверь вела в будуар, где царил идеальнейший порядок – каждая вещица, казалось, лежит на своем месте.
Старый Жандро-Бальтазар-отец был одет во фрак, пелерину и цилиндр.
– Убедительно прошу все осмотреть. Сестра будет в восторге, когда узнает, что полиция рылась в ее вещах.
Не давая сбить себя с толку, Мегрэ направился к окну. Тяжелые шелковые шторы были темнее шелковых обоев. Раздвинув шторы, он обнаружил за ними тюлевые занавески для смягчения дневного света и заметил, что один край занавески прихвачен оконной рамой.
– Никто не входил сюда сегодня вечером?
– Может быть, одна из горничных… – У вас их несколько?
– Конечно! – саркастически ответил Ришар. – Их две, Жермен и Мари. Есть еще жена Луи, наша кухарка, есть еще прачка, но она замужем, приходит утром и уходит вечером.
Фелисьен Жандро-отец поочередно глядел то на одного, то на другого.
– В чем дело? – спросил он наконец.
– Право, не знаю. Спросите у мосье Мегрэ.
– Человек, проходивший мимо вашего дома примерно в половине второго, слышал, как вдруг распахнулось окно в этой комнате. Он поднял голову и увидел обезумевшую женщину, звавшую на помощь.
Мегрэ заметил, что рука отца сильнее сжала золотой набалдашник трости.
– А дальше что? – спросил Ришар.
– Женщину оттащили от окна, и в тот самый миг раздался выстрел.
– Ах вот как?
Жандро-младший, будто заинтересовавшись, посмотрел вокруг, делая вид, что ищет след пули в шелке, которым были обтянуты стены.
– Вы знаете, что меня особенно удивляет, мосье Мегрэ… Простите, я не перепутал вашу фамилию? Мегрэ, не так ли?.. Меня удивляет, что, подозревая нас в столь тяжком преступлении, вы не приняли элементарных мер предосторожности и не предупредили своего начальника. Думается, вы несколько легкомысленно поступили, примчавшись сразу сюда. Знаете ли вы хоть что-нибудь об этом прохожем, обладающем столь богатой фантазией?
– А он, между прочим, внизу.
– Мне необычайно приятно, что он находится под моей кровлей. Итак, не только вы сами вломились сюда среди ночи, пренебрегая законами, охраняющими свободу граждан, но еще и привели с собой подозрительного субъекта. Так, во всяком случае, кажется мне. Тем не менее, поскольку вы уже здесь и поскольку вам безусловно придется завтра доложить обо всем подробно нашему другу Ле Брэ, я прошу вас приступить к необходимым формальностям. Полагаю, вы хотели бы убедиться, что постелью моей сестры сегодня ночью никто не пользовался?
Он сорвал с кровати шелковое покрывало, под которым оказались простыни без единой складки и безупречно чистая подушка.
– Ищите же, прошу вас. Обшарьте все углы. У вас, конечно, есть лупа?
– В этом нет необходимости.
– Прошу прощения. За исключением Ле Брэ я имею честь быть знакомым с полицией только по романам… Вы говорите, стреляли? Как знать, может, где-нибудь здесь спрятан труп? Пойдемте. Поищем вместе! Посмотрим в стенном шкафу. Всякое бывает!
Он распахнул створки, и Мегрэ увидел множество платьев, аккуратно развешанных на вешалках.
– Теперь прошу вас сюда. Это обувь Лиз. Она, как видите, помешана на обуви. Перейдем к ней в будуар. Войдя в роль, он все больше и больше возбуждался.
– Эта дверь?.. Она забита со дня смерти нашей матери. Мы попадем туда через коридор. Идемте. Да нет же! Прошу вас… Целых полчаса длился этот кошмар. Мегрэ не оставалось ничего другого, как повиноваться – Ришар говорил тоном приказа. А присутствие следовавшего за ними по пятам старика Жандро-Бальтазара, с цилиндром на голове, с пелериной на плечах и с палкой с золотым набалдашником в руках, придавало их блужданию по особняку какой-то привкус комедии ужасов.
– Нет, нет. Еще не время уходить. Не забывайте, над нами есть еще мансарда, где спят слуги.
Лампочки без абажуров освещали покатый потолок. Ришар постучал в дверь.
– Откройте, Жермен. Вы в сорочке? Не имеет значения. Пустяки, открывайте. Это полиция.
Пышная девица с заспанными глазами появилась в дверях. Смятая постель, на туалетном столике гребень с приставшими к нему волосами.
– Вы слышали выстрел?
– Что?!
– В котором часу вы легли?
– Я поднялась к себе в десять.
– И вы ничего не слышали? Все вопросы задавал Ришар.
– Пошли дальше!.. Откройте, Мари… Ничего страшного, моя милая… Девчушка лет шестнадцати в накинутом поверх сорочки зеленом пальто дрожала всем телом.
– Вы слышали выстрел?
Она смотрела на Ришара и Мегрэ с нескрываемым ужасом.
– Давно вы легли?
– Точно не помню.
– Вы слышали что-нибудь?
– Нет! Почему вы спрашиваете? Что-нибудь случилось?
– У вас есть вопросы, мосье Мегрэ?
– Я хотел бы спросить, откуда она родом?
– Откуда вы, Мари?
– Из Ансеваля.
– А Жермен?
– Тоже из Ансеваля.
– А Луи?
– Из Ансеваля, мосье Мегрэ, – ответил Ришар, не скрывая издевки. – По-видимому, вам неизвестно, что владельцы замков обычно привозят слуг из своих поместий.
– А следующая дверь чья?
– Комната мадам Луи.
– Ее муж тоже там спит?
– Он спит внизу, в швейцарской.
Госпожа Луи довольно долго не открывала. Это была маленькая, чернявая, очень толстая женщина с недоверчивым взглядом.
– Скоро вы прекратите всю эту кутерьму? Где Луи?
– Внизу. Скажите, вы слышали выстрел?
Она почти выставила их за дверь, довольно громко выражая свое возмущение. А Ришар все продолжал открывать дверь за дверью – пустые комнаты, кладовки, чуланы.
Мегрэ заставили даже посетить чердак. Оттуда ему пришлось спуститься вниз и осмотреть апартаменты отца и сына.
– Теперь гостиные.

Это ознакомительный отрывок книги. Данная книга защищена авторским правом. Для получения полной версии книги обратитесь к нашему партнеру - распространителю легального контента "ЛитРес":


1 2
загрузка...


А-П

П-Я