https://wodolei.ru/catalog/rakoviny/kruglye/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Дейрдре почувствовала резкую боль, когда сталь вонзилась в ее плоть. Она закричала в агонии, видя идущую за ней по пятам смерть. Его сердце колотилось под ее пальцами как сумасшедшее, а рана на боку жгла ей ладонь как раскаленный уголь. Но теперь девушка видела его душу и боролась, пытаясь превозмочь боль. Она использовала то, что ей было даровано, и то, что она взяла сама, чтобы спасти его.
Его бледное как смерть лицо, широко открытые, остекленевшие от шока глаза…
— Кайлер из рода Мрайдонов! — Дейрдре говорила твердо, несмотря на то, что каждый вздох был для нее мукой. — Возьми то, что тебе нужно — огонь или исцеление. И живи.
Его тело расслабилось. Взгляд затуманился, и глаза медленно закрылись. Дейрдре почувствовала, как он глубоко вздохнул, погружаясь в сон.
Но свет продолжал гореть в ее душе.
— Что это такое? — пробормотала она, прижав к своему сердцу дрожащую руку. — Неважно. Теперь уже неважно. Я больше ничем не смогу тебе помочь. Живи, — еще раз повторила Дейрдре. Затем она наклонилась и коснулась губами его лба. — Или умри без мучений.
Дейрдре попыталась спуститься с кровати, но у нее потемнело в глазах. Теряя сознание, она уронила голову ему на грудь.
Глава 2
Он то возвращался к реальности, то вновь грезил. Временами Кайлеру казалось, что он снова на поле боя и отдает приказы своим людям, что его конь вертится на месте как сумасшедший, а меч вновь пронзает тех, кто осмелился вторгнуться в его земли.
Затем он снова оказался в том странном обледеневшем лесу. Было так холодно, и мороз пробирал, казалось, до самых костей. Потом холод сменился огнем, и та его часть, которая все еще сохраняла рассудок, молила о смерти.
Какая-то холодная сладковатая жидкость полилась в его пересохшее горло — и принц снова погрузился в спокойный сон. Ему снилось, что он дома и встречает рассвет в постели с желанной женщиной. Ее теплая мягкая кожа пахла розами. Ему казалось, что он слышит музыку: звуки арфы и низкий приятный голос, вплетающий слова в перезвон струн.
Иногда он видел женское лицо. Зеленые, как лесной мох, глаза. Прелестные пухлые губки. Волосы цвета темного густого меда, обрамлявшие лицо, ослепительно прекрасное и невыразимо печальное одновременно. И каждый раз, когда боль, жар или холод становились невыносимыми, это лицо и эти глаза всегда были рядом.
Однажды принцу приснилось, что она зовет его по имени и в голосе ее звенит приказ, а в потемневших от боли глазах светится сила. Ее похожие на шелк волосы рассыпались по груди принца, и, ощущая их аромат, он снова погрузился в глубокий и спокойный сон.
Когда Кайлер проснулся, запах все еще витал в воздухе, лаская его, как прохладная вода ручья в жаркий день. Над головой принц увидел балдахин из темного пурпурного бархата. Он смотрел на него, пытаясь привести в порядок мысли. Одно Кайлер знал точно: он не дома и он жив.
— Сейчас, скорее всего, полдень, — решил он. Проникающий в окно слабый свет был тусклым. Наверное, только-только рассвело. Принц попытался сесть — и в его боку зажегся огонь боли. Он заскрипел зубами. И вдруг понял, что она рядом.
— Осторожно, — Дейрдре приподняла его голову и поднесла к губам чашку. — Выпейте это.
Ему ничего не оставалось как повиноваться. Сил пока не хватало даже на то, чтобы поднять руку и отвести чашку в сторону.
— Что… — его голос был настолько хриплым, что принцу казалось, будто он царапает горло. — Что это за место?
— Пейте бульон, принц Кайлер. Вы еще слишком слабы.
Он хотел было возразить, но, к своей досаде, был вынужден признать, что девушка права. Он был слаб. В отличие от нее. У девушки были сильные, привычные к работе руки. Принц продолжал разглядывать ее, пока она помогала ему пить бульон.
Ее медового цвета прямые, как струи дождя, волосы спускались до пояса простого серого платья. На девушке не было ни драгоценностей, ни лент, но при этом она все равно была прекрасна и невероятно женственна.
«Служанка, — подумал принц. — Служанка, знающая толк во врачевании».
Он найдет способ оплатить свой долг ей и ее хозяину.
— Как тебя зовут, милая?
«Воистину мужчины — странные существа, — подумала Дейрдре, вскинув бровь. — Он еще толком не пришел в сознание, а уже пытается флиртовать».
— Дейрдре.
— Я благодарен тебе, Дейрдре. Пожалуйста, помоги мне встать.
— Не сегодня, милорд. Может быть, завтра, — она отставила в сторону опустевшую чашку. — Но вы можете посидеть, пока я обработаю вашу рану.
— Ты мне снилась.
«Да, я слаб, — думал принц, — но чувствую себя намного лучше. Достаточно хорошо, чтобы пофлиртовать с хорошенькой служанкой».
— Ты пела мне?
— Я пела, чтобы убить время. Вы здесь уже три дня.
— Три дня… — принц невольно стиснул зубы, когда она помогала ему сесть. — Я ничего не помню.
— Ничего удивительного. А теперь не двигайтесь.
Принц нахмурился, глядя, как она, склонившись над раной, снимает повязку. Кайлер был великодушен, но подчиняться чужим приказам не привык. И уж конечно, не привык, чтобы им командовала горничная.
— Я хотел бы поблагодарить твоего хозяина за гостеприимство.
— Здесь нет хозяина. Хорошо заживает, — пробормотала Дейрдре и легонько коснулась раны кончиком пальца. — И она больше не горит. А вы сможете добавить к своей коллекции отличный шрам.
Быстрыми и уверенными движениями девушка смазала рану бальзамом.
— Я знаю, это больно. Вы сможете потерпеть? Я предпочла бы больше не давать вам снотворного.
— Хорошо. Я и так спал слишком долго.
Дейрдре занялась раной. Пока она накладывала повязку, их тела то и дело соприкасались.
«Аппетитная малышка, — думал принц. — Приятно сознавать, что у меня уже достаточно сил, чтобы интересоваться девушками». Пока она работала, он погладил ее прекрасные волосы и намотал прядь на палец.
— У меня никогда еще не было более прелестного врача.
— Поберегите силы, милорд, — ответила она сухо. Ее холодный тон заставил принца нахмуриться. — Я не хочу, чтобы все мои труды пошли прахом только из-за того, что вам вдруг захотелось женской ласки.
Девушка отступила на шаг и спокойно взглянула на него.
— Но если у вас так много энергии, то вы, возможно, сможете выпить еще немного бульона и съесть кусок хлеба.
— Я бы с большей охотой съел мяса…
— Не сомневаюсь, но пока вы его не получите. Вы умеете читать, Кайлер из рода Мрайдонов?
— Конечно, я… Ты назвала меня по имени? — насторожился принц. — Откуда ты узнала, как меня зовут?
Она подумала о том, как глубоко ей удалось проникнуть в его душу. О том, что она там увидела, что почувствовала… Дейрдре была уверена, что ни он, ни она сама пока не были готовы говорить об этом.
— Вы много рассказали мне, когда лежали в горячке, — ответила она. И это не было ложью. — Я распоряжусь, чтобы вам принесли книги. Лежать в постели скучно, и чтение вам поможет.
Она взяла пустую чашку из-под бульона и направилась к двери.
— Подожди! Скажи мне, где я?
Дейрдре обернулась.
— В замке Розы, стоящем на Острове Зимы в Море Льда.
У принца похолодело внутри, но он не сводил с нее глаз.
— Это всего лишь сказка! История, которую выдумали люди.
— Она так же реальна, как жизнь или смерть. Вы, милорд Кайлер, здесь первый гость за двадцать с лишним лет. И когда вы отдохнете и будете чувствовать себя лучше, мы поговорим о том, как вы сюда попали.
— Подожди! — он протянул руку, пытаясь остановить девушку, которая успела открыть толстую, украшенную резьбой дверь. — Ты ведь не служанка!
Теперь он удивлялся тому, как вообще мог принять ее за прислугу. Ни простое платье, ни отсутствие драгоценностей и искусной прически не могли скрыть ее манеру держаться. Она говорила сама за себя.
— Но я служу, — возразила она. — И служила всю свою жизнь. Я Дейрдре, королева Моря Льда.
Принц все еще смотрел на закрывшуюся за девушкой дверь. В детстве он часто слышал легенду о замке Розы — замке, стоящем на острове посреди озера, когда-то тихого и прекрасного, которое окружали пышные леса и плодородные поля. Предательство, ревность, месть и колдовство обрекли его на вечную зиму. Говорилось в легенде и о розе, застывшей в глыбе льда, но подробностей принц вспомнить не мог. Конечно же, все это чепуха. Одна из увлекательных историй, которые детям рассказывают перед сном.
И все же… Все же он проехал по этому миру нестерпимой ' белизны и свирепого мороза. Он сражался и победил в битве в самый разгар лета, а потом каким-то образом очутился посреди зимы. Наверное, в беспамятстве он заехал далеко на север. Возможно, в Потерянные горы или еще дальше. Туда, где дикие племена охотились на гигантских белых медведей, а драконы все еще стерегли свои пещеры.
Он говорил с людьми, которые утверждали, что побывали там, и рассказывали о синем море, полном ледяных островов, и о воинах, высоких как деревья. Но никто из них ни разу не упомянул о замке.
Что же было правдой, а что он сам выдумал или увидел во сне? Твердо решив увидеть все своими глазами, принц отбросил одеяло. От усилия он весь взмок, мышцы дрожали — одна мысль о том, что простая попытка сесть на кровати почти исчерпала его силы, пугала принца и ранила его гордость. Он немного посидел, снова собираясь с силами.
Когда Кайлеру удалось встать, все поплыло у него перед глазами, как будто он смотрел на мир сквозь толщу воды. Колени внезапно подогнулись, но он успел схватиться за спинку кровати и удержался на ногах. Ожидая, пока пройдет приступ слабости, он осмотрел комнату, отметив, что она обставлена очень просто, но со вкусом. Даже со своеобразной элегантностью. Но если внимательно приглядеться к обивке мебели и шторам, то видно, что ткань кое-где уже успела обветшать. И в то же время деревянные сундуки и стулья были натерты до блеска. Хотя ковер кое-где начал протираться, до сих пор видно, что его изготовили искусные мастера. Подсвечники сияли серебром, огонь тихонько потрескивал в выложенном кусками лазурита камине.
Осторожно и медленно, как дряхлый дед, принц проковылял через комнату к окну. Вокруг, насколько хватало глаз, все было белым. Солнце казалось мутным пятном за белой завесой, закрывавшей небо, но нескольким лучам все же удалось сквозь нее пробиться, и лед, окружавший замок, слабо поблескивал в их золотистом свете. Вдалеке принц различил неясные очертания леса — пятна черного и серого цветов, размытые снегом. На севере, невероятно далеко, виднелись горные вершины. Белые на белом…
Земля вокруг замка была укутана толстым покрывалом снега. Ни движения, ни следов. Ни одного признака жизни.
«Может быть, мы здесь одни? — раздумывал он. — Я и женщина, назвавшая себя королевой?»
А потом он увидел ее — яркую вспышку красного на белом фоне. Она быстро шла длинными легкими шагами. Он подумал, что так женщина торопится на рынок в базарный день. Словно почувствовав его взгляд, она остановилась, обернулась, подняла глаза к окну его комнаты.
Принц не видел выражения ее лица, но вся поза девушки говорила, что она им недовольна. Потом она снова отвернулась. Яркий плащ взметнулся на ветру — Дейрдре шла по замерзшему морю в сторону леса.
Принцу хотелось броситься за ней, потребовать ответов и объяснений, но все его силы ушли на то, чтобы вернуться в постель. Дрожа от слабости, он забрался под одеяло и проспал до конца дня.
— Моя госпожа, он снова требует встречи с вами.
Дейрдре продолжала возиться в бесценной земле под широким куполом. У нее ныла спина, но девушка не обращала на это внимания. Здесь, в месте, которое она называла своим садом, в атмосфере искусственной весны, поддерживать которую помогали проходящие сквозь толстое стекло солнечные лучи, Дейрдре выращивала лекарственные травы, овощи и драгоценные цветы.
— У меня нет на это времени, Орна, — мотыгой Дейрдре сделала в земле бороздку. Этот цикл был бесконечным — замена старых растений новыми, уход, сбор урожая… Сад был душой ее мира, и одной из ее немногочисленных радостей. — Думаю, вы с Корделией обеспечиваете ему достойный уход.
Орна поджала губы. Она нянчила Дейрдре, когда та была ребенком, учила ее, заботилась о ней, а со дня смерти королевы Фионы как могла старалась заменить ей мать. В замке Розы она была одной из тех немногих, кто осмеливался задавать молодой королеве вопросы.
— Прошло уже три дня с тех пор, как принц пришел в себя. Он ведет себя очень беспокойно.
Дейрдре выпрямилась и оперлась на ручку мотыги.
— Его мучает боль?
На рано постаревшем из-за перенесенных невзгод лице Орны отразилось тщательно скрываемое раздражение.
— Он говорит, что нет, но, в конце концов, он считает, что мужчине не пристало жаловаться. Рана причиняет ему боль. Но, несмотря на это и на его слабость, вряд ли нам удастся и дальше удерживать его в комнате. Этот человек — принц, моя госпожа, и привык к тому, что люди повинуются его приказам.
— Здесь я отдаю распоряжения, — Дейрдре обвела взглядом свой сад. Саженцы, которые она недавно посадила, выглядели неплохо. Они, конечно, не могут обеспечить изобилие плодов, но самое необходимое у Дейрдре будет.
«И даже изредка смогу потакать своим слабостям», — думала королева, глядя на свои вытянувшиеся, изголодавшиеся по солнечному свету бледные маргаритки.
— Пусть один из поварят соберет капусту для обеда, — приказала она. — А повару скажи, чтобы приготовил двух кур. Нашему гостю нужно мясо.
— Почему вы отказываетесь встретиться с ним?
— Я не отказываюсь, — раздраженно встряхнув волосами, Дейрдре вернулась к работе. Она сама знала, что старательно избегает этой встречи. Странное чувство проникло в ее душу во время лечения, чувство, которому она не могла дать определения. Вот почему Дейрдре ощущала себя выбитой из колеи.
— Я просидела с ним три дня и три ночи, — напомнила она Орне. — И забросила все свои дела.
— Он очень красив.
— Как и его конь, — шутливо парировала Дейрдре. — Надо признать, конь интересует меня куда больше.
— И силен, — продолжала Орна, подходя поближе. — Принц из внешнего мира! Он может оказаться тем, кого мы ждем.
— Мы никого не ждем! — Дейрдре гордо вскинула голову.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12


А-П

П-Я