https://wodolei.ru/catalog/dushevie_poddony/100x100cm/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 




Михаил Петров
Гончаров попадает в притон


Петров Михаил
Гончаров попадает в притон

Михаил ПЕТРОВ
ГОНЧАРОВ ПОПАДАЕТ В ПРИТОН
Соседу Юрке я позвонил еще в июне. Тогда же он и сообщил мне, что страсти вокруг оганяновского дела утихли и я могу смело возвращаться домой. Но прервать наше затянувшееся турне по России и странам СНГ удалось только в середине августа.
В родимый город я вернулся один, оставив Ленку на попечение многочисленной ярославской ее родни. Она активно сопротивлялась, но я многозначительно поднял палец: "Еще опасно", втайне мечтая отдохнуть от нашего долгого и жесткого общения.
Прибыл я в воскресенье и прямо с вокзала зашел к Юрке, забрал кота, выплатил причитающийся другу гонорар и поднялся на свой этаж. Весь косяк, начиная от пола, был утыкан квитанциями, предупреждениями, угрозами от ЖЭУ и прочая и прочая. Подобрав ядовитые листочки, я аккуратно порвал их на четыре части и сбросил в унитаз. Воду, слава Богу, не отключили, свет тоже. Только телефон молчал этакой египетской мумией. Но это даже хорошо, думал я, матеря про себя Юрку, который обещал аккуратно и вовремя оплачивать все мои коммунальные услуги.
Неожиданно громко заорал кот. Обследовав все углы и потайные места, не найдя при этом даже мышиного хвоста, он был разгневан. Впрочем, жрать хотел и я Поэтому, тщательно спрятав остатки оганяновского вознаграждения, я отправился в близлежащее кафе.
В два часа дня, когда рычащий кот дожирал сардельку, а я скручивал голову "Столичной", в дверь позвонили условным кодом.
- Ты, свинья, почему не заплатил за телефон? - едва открыв дверь, пошел я в наступление.
- Понимаешь, с бабками напряг...
- Не с бабками, а с бабами у тебя напряг, и с мозгами тоже. Заходи уж...
Состроив виноватую рожу, он протопал на кухню и уселся на мое место.
- Зато, Кот, гляди, чистота-то какая, каждую неделю убирался.
- Так я тебе и поверил, небось своих шлюх заставлял. Небось все постельное белье мне перепачкали.
- Кот, все простыни, наволочки добросовестно выстираны, тщательно выглажены, аккуратно сложены. Посмотри в шифоньере. А вообще, не рычи, самое главное я сделал точно и в срок - написанную тобой и тебя же компрометирующую записку я уничтожил.
- Ну, тогда наливай!
- Это мы могем. - Юрка воспрянул духом и приволок из комнаты два хрустальных стопарика. - Будем?
- Будем!
- Кот, а у меня к тебе дело, - зачавкав сарделькой, сообщил сосед.
- Шел бы ты... - поперхнулся я водкой. - От твоих дел разит моргом, как сивухой от этой "Столичной".
- Да нет, на этот раз дело пустяковое.
- Все! Допивай и топай домой.
- Как знаешь.
Проснулся я под вечер, с похмелья, но в хорошем настроении.
- А что, Константин Иваныч, - спросил я себя сам, - не сходить ли нам к нашей знакомой, тридцатилетней вдовушке Аннушке? Отчего же не сходить? Можно и сходить. Путь не дальний. Вдова веселая, детьми не обременена. Напитки первоклассные. Тело приятственное. Сходи, раб Божий Константин.
В девять вечера, постриженный и отмытый, в наилучшем фраке, я нажимал кнопку звонка, которой не касался больше года.
"Дурак, - подумал я запоздало, - а вдруг она успела выскочить замуж? Ладно, скажу, ошибся квартирой", - в последний момент, когда дверь уже открывалась, решил я.
Мои опасения оказались напрасными, потому что за двойной дверью гремела музыка, булькал хохот вперемежку с пьяными выкриками.
- Ба! Кто к нам пришел! - Полупьяная Анна орденом повисла на шее. - Котик мой милый, совсем меня забыл, - размазывая по моей морде тушь и губную помаду, причитала она. - Заходи, мой ненаглядный, всегда тебе рада. Сейчас всех выгоню.
- А ты, кажется, курвишься?
- А что делать, Котик, тоска зеленая: "Посмотрите, я больная, жить осталось мне так мало..."
- На таких больных еще жеребцов огуливать можно. Пропадешь ведь.
- Гляди, какой моралист. Вот взял бы да и женился, а то все вы сначала оттрахаете, а потом мораль читаете. Скоты.
Гуляли давно, долго и качественно. Варварски разделанный поросенок одним боком щерил ребра. Аккуратными горками прямо на скатерти лежала черная и красная икра. Веселилось три пары. Одного из парней я узнал сразу. Местный авторитет - Длинный Вован собственной персоной пожаловал в гости к моей старой знакомой. Интересно, в качестве кого? Если учесть, что из всех находящихся здесь дам Анна является самой привлекательной, то догадаться нетрудно.
- Дамы и господа, - зарезвилась хозяйка, - разрешите представить вам моего эпизодичного любовника, умного и бесстрашного сыщика, грозу преступников, Константина Ивановича Гончарова. Прошу любить и жаловать.
Пьяно захлопав в ладоши, две девки представились в унисон:
- Анжелика.
- Ангелина.
- Очень приятно! - лукаво заверил я.
- Вован я! - сообщил авторитет. - А это мои пацаны: Тузик и Билл. Присаживайтесь!
Видит Бог, присаживаться мне не хотелось, но иногда я бываю очень мягкотел, особенно когда рядом особа типа Анны и водка "Абсолют".
- Ну как дела? Все путем? - осведомился Длинный Вован после первой.
- А почему должно быть по-другому?
- Да хорош ты, мужик, тюльку гнать. Я в курсах. Помощь нужна?
- Благодарю вас, все прекрасно.
- А мне надо подсобить.
- Ничем не могу помочь, с делами я завязал.
- А если я попрошу лично?
- Я больше не работаю.
Почти двухметровая нескладная фигура, выбравшись из кресла, подошла ко мне.
- Иваныч, ты не подумай, там никакого криминала нет, а новую "девятку" я на тебя оформлю хоть завтра.
- Благодарю вас, но - нет. Извините, мне пора!
- Котик, ты что? - расстроилась Анна.
- Голова разболелась, как-нибудь в другой раз.
- Тузик, проводи Константина Ивановича.
- Не стоит.
Все-таки они настояли на своем. К подъезду меня доставили в роскошном "мерседесе".
Сидящий на скамейке Юрка курил. Он внимательно и понимающе следил, как я выбираюсь из мафиозного автомобиля.
- Решил прокатиться?
- Ага, перед сном проветриться.
- А ты знаешь, чья это машина?
- Без понятия, попросил подвезти, они и подвезли меня как левака.
- Ага, а денег не взяли.
- Да иди ты...
- Ну-ну.
- Гну-гну!
- Так и должно быть, случайный пассажир.
Спать я лег в самом наигнуснейшем состоянии.
Утром вскочил от острой боли в плече и дикого вопля над ухом. Голодный кот требовал жратвы. И он получил, сначала по морде, а потом - замерзшей сарделькой по хребту. С грохотом он катал ее по всей кухне, а я стоял перед сложной дилеммой: либо сначала умыться, а потом выпить полстакана водки, либо наоборот. Получилось наоборот. Настроение улучшилось настолько, что в кипятке я разогрел кошачий харч.
Телефон зазвонил резко и неожиданно.
"Кто и когда успел его включить? Еще нет и десяти, обычно на эту процедуру уходит неделя. И кто заплатил?"
В недоумении я снял трубку.
- Константин Иванович?
- Да.
- Доброе утро, Семушкин беспокоит, помните такого?
- Конечно же, Владимир Яковлевич.
Перед глазами сразу всплыло одутловатое, бесформенное лицо не слишком чистоплотного адвоката.
- Надеюсь, не разбудил вас?
- Нет, меня разбудили до вас.
- Вы позволите мне подняться к вам?
- Зачем?
- Я защищаю одного гражданина и в некотором роде своего начальника. Есть несколько моментов, где ваша помощь была бы желательна, за хорошую оплату, разумеется
- Заходите. Откуда вы знаете мой адрес? - едва он вошел, спросил я.
- Помилуйте, Константин Иванович, вы становитесь нашей знаменитостью. Гончарова знает не только правоохранительный и криминальный мир, но и досужие кумушки, и дети дошкольного возраста. Вы позволите мне пройти?
Бегающие его глазки уже из передней прошарили всю квартиру, и он понял, что кабинетом мне служит кухня. Туда он и направился, бережно прижимая к груди старый кожаный портфель. Почему-то все входящие всегда садятся на мое личное, хозяйское место. Этот червяк тоже уселся на мой стул, обнюхал только что опорожненный стакан и укоризненно затряс бурлами.
- Ай-я-яй, Константин Иванович, негоже с утра-то, десяти еще нет, вы бы уж как-то после обеда, а то... С вашими-то мозгами да с вашей хваткой можно миллионером стать.
- Или получить пулю в лоб.
- Увы, такая наша работа.
- Моя, но не ваша.
- Согласен, согласен отчасти.
- Что вам нужно? Если вы пришли наставлять меня на путь истинный, то уходите, я буду завтракать.
- А вы завтракайте, не обращайте на меня внимания. Кушайте, а я тем временем сообщу вам некоторую информацию.
- Сообщайте, только покороче.
- Обязательно. Проживает в нашем городе некий гражданин Поляков Владимир Петрович...
- Местный авторитет по кличке Длинный Вован, крутой мафиози и миллионер, уточнил я.
- Ну зачем вы так сразу. Он мой клиент и просит защиты.
- Вот и защищайте его хоть собственным задом, а меня увольте. Аудиенция окончена. Всего доброго.
- Выслушайте меня, дело совершенно иного окраса, чем вы думаете, а потом, вот...
Короткими пухлыми пальчиками с плоскими ногтями он извлек из портфеля какую-то гербовую бумажку с печатями и подвинул ее мне.
- Это справка-счет на автомобиль 2109, который сейчас стоит под вашими окнами. Стоит только вписать ваши данные, и автомобиль ваш.
Невольно я взглянул в окно. Там стояло это чудо цвета "мокрый асфальт".
- Рассказывайте, - неуверенно выдавил я, - жадность фраера сгубила.
- Две с половиной недели назад, а точнее, первого августа, в пятницу, а еще точнее, в ночь на субботу, исчезает брат Владимира Петровича Геннадий Петрович. Последний раз его видели в ресторане "Будь как дома"...
- Господи, да это же просто как куриное яйцо. Либо Длинный Гена кому-то задолжал и теперь скрывается, либо его замочила враждующая группировка. Неужели вам-то непонятно?
Он согласно закивал и, не спрашивая, закурил сигарету.
- Это и есть самый вероятный вариант, если бы не несколько "но".
- Прокомментируйте.
- Длинный Гена никому не был должен.
- Значит, должны были ему. Он начал требовать долг, и от него избавились.
- Нет. Долги взимают совершенно другие люди. И вообще, Гена Длинный в конторе Владимира Петровича не имел никакого веса. Так, нечто вроде мальчика на побегушках.
- Значит, это предупреждение самому Вовану.
- Когда предупреждают, то расстреливают на виду, в нашем случае труп Геннадия отсутствует вообще. Это первое, а второе - сейчас между группировками достигнуто официальное, задокументированное перемирие. А это, как вы понимаете, уже серьезно.
- Значит, скрывается, возможно, по личным причинам.
- И мне так казалось, но в этом случае Владимир Петрович был бы в курсе, однако он совершенно ничего не знает.
- Что же вы полагаете? Я должен искать этого самого Длинного Гену?
- Погодите, я не рассказал самого главного, из-за чего, собственно, сыр-бор.
- Я весь внимание!
- В ночь с шестого на седьмое ограблена квартира зубного техника Юшкевича, при этом сам он убит, причем зверски.
- Как?
- Палкой, колотушкой какой-то он изувечен так, что его череп напоминал раздавленное куриное яйцо.
- Он жил один?
- В тот момент один. Жена с дочерью, когда его месили, отдыхали на Капри.
- Это имеет какое-то отношение к Геннадию Полякову?
- Увы. Вся комната, где произошло убийство, залита кровью и заляпана отпечатками пальцев. Так же явно видны следы протектора башмаков.
- И следы эти принадлежат?..
- Да! Геннадию Петровичу Полякову.
- Отлично. Вот вам и весь ответ.
- Послушайте, Гончаров, не держите меня за идиота. Может быть, я несимпатичен вам, я многим неприятен, но в отсутствии профессионализма меня обвинить невозможно.
И тут я был полностью с ним согласен. Преступника он видел насквозь, впрочем, как и следователя, как и прокурора. Острый мозг его на пять ходов опережал мысль обвинителя, а логика и хорошо подвешенный язык заставляли судей выносить аховые приговоры. Его побаивались, относились брезгливо и за глаза называли Блевако.
- Нет, Владимир Яковлевич, чего-чего, а профессионализма у вас не отнять, но...
- Никаких "но". Во-первых, поляковской группировке это гребаное грабленое зубное золото совершенно без надобности, своего хватает. Добытого, между прочим, относительно легальным путем. Во-вторых, разбой, грабеж и убийства посторонних граждан идут вразрез с их негласным уставом. И в-третьих, чего ради Гена Длинный отбивал зубника, как кореец пуделя перед съедением. У него довольно богатый арсенал оружия со всевозможными глушителями. Пук, и зубник тихонько ложится кверху копытами с минимальной потерей крови. Там же устроили целый мясокомбинат.
- Будем считать, что я с вами согласен, убил не Геннадий.
- Конечно. Если бы я в этом сомневался хоть на йоту, то, не обращаясь к вам, провел бы процесс сам и, возможно, его выиграл бы
- Не сомневаюсь. А виноватым оказался бы зубник, который по небрежности вместо гнилого зуба вытащил у убийцы всю челюсть.
- Возможно. Но пойдем дальше.
- Да, прощу вас. С вашего позволения? - Я опять нацедил себе полстакана.
- Не пейте по утрам, это одурманивает мозг.
- А по вечерам?
- Не в такой степени.
- Да вы, наверное, сами хотите, только лукавите.
- Упаси Бог, ни в коей мере.
- Никогда не бурчите под руку!
- Совсем себя не жалеете, Гончаров.
- Продолжайте, господин Плевако.
- Десять дней тому назад в нашем городе проживал гражданин Крутько, собиратель старинных и золотых монет, словом, нумизмат.
- А нынче он уехал?
- На тот свет, аналогично зубнику, при помощи уже известной дубины.
- Монеты исчезли?
- Естественно.
- И опять хозяин был один?
- Нет, на сей раз убийце пришлось поработать вдвойне. Он просчитался. Хотя жена и отдыхала на югах, это не означало, что свято место пусто. В кроватку нумизмата заплыла рыбка, которая вынырнула из нее в самый неподходящий момент. В тот самый, когда хозяйские мозги весело летали по комнате. Ее, рыбьи, он вышиб тоже.
- А соседи?
- Как всегда - "Ничего не вижу, ничего не слышу...", но тем не менее кто-то из них утром сообщил в милицию о ночном скандале в квартире нумизмата.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19


А-П

П-Я