Сервис на уровне сайт 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


ГЛАВА 51
Дженни вернулась домой в десять вечера. Алан заснул перед телевизором с зажженной газовой плитой и открытыми окнами. На столике рядом валялись три банки из-под пива и коробки с остатками китайской еды.
Он проснулся, когда она выключила телевизор.
– А, ты вернулась. – Он потер глаза и сел. – Оставь, я уберу через секунду, – сказал он Дженни, собиравшей пустые банки. – Как прошел вечер?
– Не очень весело. – Дженни знала, что в его представлении секунда, видимо, могла тянуться неделями, и молча унесла мусор на кухню. В мойке опять громоздилась башня грязной посуды, а по полу рассыпался сахар – перевернутая сахарница лежала на столе.
– Не волнуйся, я все уберу, – крикнул Алан из гостиной. – Как Tea, все в порядке?
– Да, в полном. – Дженни подумала, понимает ли он, насколько это глупый вопрос. – Она почти забыла, как он вообще выглядел.
Алан появился в дверях.
– Эй, не надо язвить. Ты знаешь, что я хотел сказать.
– Какие новости? – спросил он, когда Дженни вернулась в комнату. – Ты говорила, будут оглашать завещание. Tea получила что-нибудь?
– Что ты сказал?
– Милая, ты никогда меня не слушаешь. – Он покачал головой и открыл новую банку пива. – Я спрашивал, получила ли Tea что-нибудь по завещанию. Судя по твоим словам, он здорово ею увлекся – мог бы и подкинуть деньжат.
– Он так и сделал, – холодно сказала Дженни.
– И сколько?
– Около полутора.
– Тысяч? – Алан приуныл. – Это не много.
– Полутора миллионов, – сказала Дженни.
Принять решение оказалось неожиданно просто. Дженни, слушавшая Алана второй час, поняла, что больше так продолжаться не может. Пока он расписывал, как они потратят деньги, которые передаст им Tea, Дженни достигла точки невозвращения. Ей опостылела его жадность и наглость. А она еще говорила Гаю, что никогда не решится… У нее больше не было сомнений. Оставалось только сказать несколько слов.
– …и купим машину поприличнее. Пикап хорош, чтобы возить цветы, но стильным его не назовешь. Может, купим на следующее лето что-нибудь с откидывающимся верхом?
– Слушай. Оливер Кэссиди оставил деньги моей матери. Не мне и не тебе. Я не понимаю, с чего ты взял, что можешь поучаствовать в дележе.
– Дженни, я только говорил, что Tea захочет разделить с тобой свою удачу! – Алан выглядел оскорбленным. – Тебе нужен отпуск, нужна приличная машина. Я просто хочу помочь советом. И конечно, кого-то ты возьмешь с собой на Барбадос – втирать лосьон в плечи.
– Алан, я не хочу брать у мамы деньги. И я не еду в отпуск, а если бы и нашла на улице два билета на Барбадос, взяла бы с собой Максин, а не тебя.
– Ты расстроена. Пойдем, тебе нужно полежать.
– Я не расстроена. – Дженни затрясло. – Я не хочу, чтобы это продолжалось. Ничего не выходит, Алан. Ты сказал, что нам нужно время, чтобы привыкнуть друг к другу. Так вот, этого не произойдет.
– Милая, о чем ты?
– О нас. Об этом браке. Я больше не хочу быть твоей женой. Тебе придется подыскать новое жилище.
И того, кто будет тебя содержать, подумала она.
– Ушам своим не верю. – Алан прищурился.
– Я говорю серьезно.
– Опомнись, женщина! Я вернулся, потому что не мог без тебя жить! Ты встретила меня с распростертыми объятиями… С чего это ты передумала? Что я такого ужасного сделал?
– Ничего. Я больше не люблю тебя, вот и все.
– Нет, так не пойдет. Мне нужна настоящая причина.
– Хорошо, как скажешь. – Она начала загибать пальцы. – Ты даже не пробовал найти работу. Я плачу за все. Ты постоянно клянчишь деньги. Ты хочешь потратить деньги моей матери. И, – добавила она, – ты забыл про мой день рождения.
– Что-нибудь еще?
– Да. Ты храпишь.
– Я понял. – Алан злобно улыбнулся. – О да, я понял все. Это все твоя мамочка? Эта старая сука настроила тебя против меня. Что она сказала? Что не даст тебе денег, если не выгонишь меня?
– Хватит бредить. – Его хамство даже обрадовало Дженни – такое терпеть проще, чем угрозы покончить с собой. – Ты сам мечтаешь наложить лапу на ее наследство. Моя мать даже не упоминала твоего имени. Сейчас она думает совсем о другом. – Она помолчала, потом добавила: – Это мое решение. И оно не обсуждается. Чем скорее ты уйдешь, тем лучше.
Плечи Алана опустились. Ярость в глазах уступила место тоске.
– Значит, все кончено, – прошептал он. – Какой я дурак. Сейчас это еще больнее, чем тогда…
Гай был прав, подумала Дженни, начинается.
– Замолчи, – сказала она.
– Почему? Это правда. Я люблю тебя, Дженни. – Алан вздохнул. – Два года я думал только о тебе. Я хотел только быть с тобой, Дженни… Я пытался найти работу, просто мне не везло. Да, я не всегда мою за собой посуду, но это еще не причина для развода! Я люблю тебя. Умоляю, дай мне последний шанс, и я докажу это. Клянусь, я сделаю тебя счастливой.
– Нет, – сказала Дженни. – Я уже приняла решение. С этой минуты я больше не буду заботиться о тебе, и мне все равно, что ты будешь делать.
– Ты злобная сука! Хорошо, если ты так хочешь, я уйду. Но надеюсь, ты понимаешь, что делаешь. Думаю, очень скоро ты пожалеешь о том, что натворила. – Он вскочил и, оттолкнув ее плечом, вышел из комнаты.
ГЛАВА 52
Не так уж много, уныло думал Гай, но это все, что у него есть. Случайная фраза Максин, которую та бросила вчера вечером, поддразнивая Джоша по поводу его новой восьмилетней подружки, – «Боже, ты покраснел, почти как Дженни, стоит мне упомянуть твоего отца», – не позволяла сделать однозначные выводы, но это был самый многообещающий знак того, что на самом деле она относится к нему не совсем так, как показывает.
Это сразу убедило его, что настал момент самому попытаться что-то разузнать. Незнание становилось утомительным. Пришло время действовать. А если Максин ошиблась, подумал Гай, он всегда сможет ее задушить.
Две дюжины розовых роз. Дженни дернулась, когда шип воткнулся в нежную кожу между большим и указательным пальцем. Он заказал не одну, а даже две дюжины.
В ней проснулась ревность, когда она попыталась представить, кого Гай так стремится поразить. И как заманчиво было бы выбрать не самые лучшие розы, у которых лепестки уже начали увядать, так что через день-другой они бы все осыпались.
Но гордость заставила ее выбрать первоклассные, едва распустившиеся бутоны, рыжевато-розовые с абрикосовым пушком. Если незнакомка соизволит о них позаботиться, они простоят добрых две недели, в том случае, конечно, если интерес Гая к ней не угаснет раньше.
Гордость же заставила ее подняться в квартиру, причесаться и переодеться в чистую зеленую футболку и белые джинсы, прежде чем отправляться на доставку. Дженни не хотелось усугублять свой очевидный проигрыш в сравнении, если девушка – предположительно очередная модель – будет там, когда она приедет в Трезайль-Хаус.
Хватит, подумала Дженни, стирая с губ помаду и удивленно глядя на баночку с бронзовыми тенями. Никакая косметика уже не поможет.
Гай открыл дверь, пока она вытаскивала розы из пикапа. Дженни хотела тут же передать ему цветы, но он отступил в сторону, пропустив ее с букетом в дом.
Судя по всему, в доме больше никого не было, в том числе и роскошных полуголых брюнеток. Дженни спросила:
– Максин нет дома?
– Ни Максин, ни детей. – Он пожал плечами и улыбнулся. – Она повезла их в Труро на какой-то день рождения. Их еще долго не будет.
– А я уж решила, что розы для нее. – Дженни положила цветы на стол.
– Вообще-то они для тебя. А ты не восхищаешься. Ты должна сказать: «Какие красивые, не нужно было».
– Ты позвонил мне и заказал цветы. Ты не можешь подарить их обратно.
– Почему же? Я заплатил за них. Я продиктовал тебе по телефону номер моей карты.
– Но это глупо.
– Нет, это очень умно. – Гай улыбнулся. – Я заманил тебя сюда.
Она закусила губу.
– Пока не понимаю…
– Ты могла бы попробовать сказать спасибо, – весело предложил он. – Именно так люди выражают свою благодарность, когда им дарят две дюжины ужасно дорогих розовых роз.
Дженни сдалась.
– Ну что ж, в таком случае спасибо тебе. Они прекрасны. Очень любезно с твоей стороны, но не нужно было. И они не такие уж дорогие. Я думаю, цена очень разумная.
Теперь или никогда, решил Гай.
– А еще ты можешь выразить благодарность за цветы, – медленно произнес он, – в виде поцелуя.
Дженни удивленно посмотрела на него и спросила:
– Ты хочешь, чтобы я поцеловала розы?
Он не улыбнулся в ответ, серьезно глядя на нее. Дженни вдруг почувствовала себя легкой, словно воздушный шар.
– Тебе решать, – ответил Гай. – Но я бы предпочел, чтобы ты поцеловала меня.
Словно во сне, она подошла и прижалась губами к загорелой щеке.
– Порядок? – глупо спросила она потом. Но Гай покачал головой.
– Ужасно. Очень слабая попытка. Я уверен, что ты способна значительно улучшить результат.
Он обнял ее. Их губы встретились, и Дженни закрыла глаза. Поцелуй длился вечность.
– Прогресс впечатляет, – шепнул Гай ей на ухо, не разжимая объятий.
Дженни удовлетворенно вздохнула.
Он улыбнулся.
– Все в порядке?
– Не уверена. Это не шутка? Потому что в таком случае мне придется тебя убить.
– Ты сможешь натравить на меня Максин, это хуже смерти. Но это не шутка. – Он снова поцеловал ее. – Ты до сих пор не сказала, что об этом думаешь. Согласна ли ты серьезно усложнить себе жизнь, поселившись с раздражительным фотографом, парой малолетних преступников и неуправляемой няней?
Дженни вспомнила предостережения Александра Норкросса.
– Не знаю. Ты уверен, что делаешь это не для того, чтобы избавиться от Максин?
Гай засмеялся.
– Я неделями вынашивал этот план. Как ты думаешь, она согласится уйти? – Он мечтательно улыбнулся. Потом серьезно посмотрел ей в глаза. – Нет, я не ищу бесплатную няньку. – Он решил пока не говорить, что ищет скорее жену, чтобы не пугать ее раньше времени.
– Хорошо, – сказала Дженни, – потому что я стою недешево.
– В отличие от твоих роз по разумным ценам.
– Мне еще никто не дарил цветов. Но я должна сделать ужасное признание.
Гай посмотрел на нее.
– Давай.
– Я думала, ты покупаешь их для какой-нибудь новой подружки. И хотела выбрать не самые лучшие, которые долго не простоят.
– Ты бы пожалела. – Он ухмыльнулся. – Значит, ты ревновала? Это воодушевляет. – Он погладил ее по щеке. – Выбрось это из головы, – прошептал он. – Ты же само совершенство.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38


А-П

П-Я