https://wodolei.ru/catalog/smesiteli/bronzovye/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Долли Нейл
Не прячься от судьбы

Пролог

Сесиль стояла перед телевизором, чуть подавшись вперед. Ее корпус, ноги, руки, голова находились в движении, как будто это изящное создание хотело помочь играющим здоровенным парням.
Показывали футбольный матч профессиональной лиги.
– Барт! Ну не тащи ты этот проклятый мяч! Отдай же пас Джо! – вопила она, то подпрыгивая на месте, то прижимая кулачки к груди, то потрясая ими. Глаза ее пылали азартом, дыхание было прерывистым.
На экране показывали стремительно бегущих игроков, пытающихся сбить с ног нападающего, мчавшегося с мячом к зачетному полю.
Стадион торжествующе загудел, завопил, засвистел, когда спортсмен приземлил мяч за заветной чертой. Догоняющие и защищающие лидера футболисты обеих команд по инерции попадали друг на друга, образуя разноцветную кучу. Сейчас, после финального свистка, они медленно поднимались с поля, вымотанные до предела этой жесткой игрой. В ссадинах и синяках, некоторые прихрамывая, они отправились в раздевалку.
Режиссер крупно, для интервью, взял героя матча Джонни Кью. Мокрое от пота, усталое лицо, горящие от возбуждения глаза, речь быстрая, прерываемая коротким, частым дыханием, – все говорило о том, что этот человек отдал игре максимум сил, но был бесконечно счастлив победой.
Сесиль с досадой нажала на кнопку и выключила телевизор. После недавней травмы Джонни, которая произошла на ее глазах, она о многом передумала. Его бесшабашная решимость по-прежнему участвовать в этой зверской игре, где жизнь человеческая порой висит на волоске, заставила Сеси дать себе слово не только не встречаться с Джо, но и не смотреть матчи с его участием. И вот, опять она не выдержала!
Нарушив клятву, Сесиль вновь, в который раз, задумалась, а права ли она, отвергая навсегда человека, которого полюбила. Возможно ли вообще вычеркнуть из жизни друга, которого знала много лет? Оставить мужчину, о замужестве с которым мечтала все последнее время.
Свою любовь и планы на будущее еще недавно она строила на фундаменте дружбы, а удивительное искусство Джонни в постели оказалось для нее неожиданным, приятным приложением. Это была еще одна нить, связывающая их так крепко друг с другом. Сила ее и его чувств не вызывала сомнений, их союз в перспективе выглядел вполне основательным. Как же могла она решить, что способна избавиться от любимого, как от засохшей ветки на дереве? Это просто смешно, она сумасшедшая. Разве может быть что-нибудь хуже, чем нынешние страдания. Целый ворох ее опасений за безопасность Джо в последующие годы не сравнится с переживаниями за любимого в течение одного матча.
Былая решимость пошатнулась, Сеси начала мечтать о возвращении к Джонни Кью.
Сомнения… Почему она считает, что может, когда ей вздумается, вернуться и Джон раскроет перед ней свои жаркие объятия. Законный вопрос!
При расставании, в машине, он держался холодно, твердо и зло. Обвинив ее в том, что она не понимает ни настоящей любви, ни призвания женщины, Джонни говорил так, словно ненавидел ее. Возможно, у нее нет никаких шансов надеяться, что теперь он поведет себя по-другому.
Сесиль подумала, что погубила себя в его глазах, испугавшись принять его сторону, связать с Джо свою жизнь. В таком случае возвращаться было нельзя. Она ему не нужна, с горечью решила женщина, тем более со своей точкой зрения на жизнь и желанием отстаивать ее. Сомнения, сомнения, сомнения…

1

Сесиль устроилась поудобнее в глубоком кресле, чтобы насладиться утренним кофе. Несмотря на ранний час, знойное марево уже висело в предгорье Кэмелбэка, наиболее примечательной горы в цепи безжизненных высот, что окружают город Финикс и земли по берегам реки Солт Флэт. «Долина солнца» – такое название придумали для этих мест туристические агентства.
Сесиль считала, что название «Долина солнца» очень подходит этим местам, каковы бы ни были коммерческие расчеты людей, его придумавших: летом ртутный столбик здесь почти каждый день переваливает за сто градусов по Фаренгейту. Сейчас стоял июнь – в иных местах нежаркое начало лета – в Финиксе же все уже пылало жаром. Вот почему она назначила сегодняшнюю встречу с Томасом Мэлдоном на половину десятого утра. Она решила, что лучше не выезжать из дома после полудня.
Размышляя о Мэлдоне, она вздохнула. В сотый раз она задала себе один и тот же вопрос: о чем он собирается с ней говорить. О ненадежно организованной в команде системе страхования игроков или о назначении пенсии за Роби? О документе, освобождающем руководство команды от ответственности за его смерть? В изощренном мозгу Мэлдона судебный иск мог превратиться в угрозу. Она подумала, что в таком случае он постарается создать круговую оборону. Как говаривал Роби, имея дело с Томасом Мэлдоном, никогда нельзя забывать основное правило: нельзя доверять этому человеку.
Томас и Роби были совершенно разными людьми. Мэлдон – сама деловитость, практичен до мозга костей. Роби, или Рори – так его звали в команде, – горячий, как огонь, был олицетворением таланта и вдохновения. Люди с такими качествами обычно не сходятся друг с другом.
Сесиль покачала головой, отгоняя мысли о предстоящем визите. Она не была намерена позволить этим мыслям омрачить последние драгоценные минуты утренней тишины, которые проводила в своем саду.
Она посмотрела на высокую живую изгородь из олеандра, которая, давая тень, отделяла задний двор от соседей. В саду цвели несколько ирисов лиловыми, розовыми и белыми цветами. На фоне зеленой стены они создавали своими головками изящный узор. Этот оазис был результатом тщательного ухода и обильного полива.
От небольшого бассейна, отделанного голубым кафелем, исходила приятная прохлада; благоухали деревца лимонов и лаймов, резко выделявшиеся своей глянцевитой зеленью на фоне белой стены офиса Сесиль. Ее офис – это, понятно, было шуткой. Это был крохотный флигель, где она писала свои книги. Уже несколько недель она не ударила палец о палец.
Сесиль спустила ноги с кресла и встала. Если уж в голову лезут невеселые мысли, мешая утреннему созерцанию, то лучше сразу ехать к Томасу.
Дом Сесиль, расположенный в привилегированном квартале, был старинным и уютным, хотя и небольшим, особенно в сравнении с сооружением из дерева и стекла, в котором она жила вместе с Роби: после его смерти то жилище ее больше не устраивало. Оставаться одной в доме Роби ей было невмоготу. Сесиль манил устоявшийся комфорт квартала, где были расположены старинные дома. Было что-то успокаивающее в строениях с белыми оштукатуренными стенами под красной черепицей в окружении лимонных деревьев и лаймов.
До того как Сесиль переехала сюда, в этом небольшом ухоженном доме в течение двадцати лет обитала семейная пара пенсионного возраста и атмосфера любви прочно здесь обосновалась. А Сесиль после смерти мужа нужно было именно такое место, где можно свернуться клубочком и затихнуть. Нет, даже если бы ее душа оставалась безучастной к уюту дома, красота ворот, облицованных мексиканской плиткой, флигель для гостей в глубине двора с одной-единственной комнатой – идеальным кабинетом для литератора – заставили бы Сесиль сделать именно этот выбор. Потом она ни капли не жалела, что переехала сюда из дома Рори, который центральный защитник команды Сэм Ньюман окрестил Замком.
В уютной спальне молодая женщина сбросила тонкий халатик и быстро оделась. Она решила остановиться на светло-голубой льняной юбке и блузке без рукавов ей под цвет; сверху она накинула легкий жакет, элегантный воротник и борта которого были отделаны толстым белым кантом. В результате она была одета проще, оригинальнее и наряднее, чем обычно. Сесиль дополнила туалет серебряными, геометрической формы подвесками, а на ноги надела белые туфли на низком каблуке.
В маленькой ванной она быстро сделала почти незаметный макияж, слегка подкрасив губы. Теперь осталось зачесать назад длинные прямые каштаново-рыжие волосы, сколоть их у висков заколками, чтобы они не растрепались и не спадали на лицо в самую жару, и она была готова. Очень возможно, что в течение целого дня она больше не будет заниматься своей внешностью, и в этом пренебрежении к условностям таился один из секретов ее обаяния.
Сесиль не особенно гонялась за модой, но обладала врожденным хорошим вкусом, поэтому даже самые обычные ее одежда и прическа обращали на себя всеобщее внимание. У Сеси было приятное лицо, нос – правильной формы. Лицо достаточно привлекательное, хотя и не поражающее сразу своей красотой. Но что придавало ей особое очарование, что составляло ее изюминку, так это глаза, красоту которых подчеркивали прямые темные брови. Серо-голубые глаза, широко расставленные, живые и теплые, выдавали ее эмоциональную натуру. Сесиль смотрела на мир с любопытством. Когда она сердилась, радовалась или бывала удивлена, ее глаза сверкали гневом, сияли счастьем или выражали недоумение, не скупясь на чувства.
Она оправила юбку, осмотрела себя со всех сторон в зеркале, решив, что выглядит подобающим образом для визита в деловой центр футбольной команды «Аризонские мустанги», где всегда гордились, что к профессиональному спорту относятся как к бизнесу. Затем Сесиль взяла сумочку и пошла в гараж.
Стадион находился южнее Темпе у шоссе № 10, что связывало между собой соседние штаты. Выбор места определялся также стремлением привлечь болельщиков и из близлежащего города Таксона. Но сама административная служба «Аризонских мустангов», как и тренировочное поле, располагалась в северной части Финикса, куда и отправилась Сесиль. Чем ближе подъезжала она к четырехэтажному зданию, тем сильнее все сжималось у нее внутри. Она не заглядывала сюда с тех пор, как умер муж. Оказаться вновь там, где Рори чувствовал себя как дома, было для нее сильной встряской.
Сесиль подвела машину к зданию, золотистые стекла которого с ослепительным блеском отражали солнце. Охранник, вышедший ей навстречу, нашел ее имя в списке приглашенных и поднял стальной шлагбаум. Припарковав машину, она вышла из нее, пригладив юбку и гордо вздернув подбородок, направилась к главному входу.
В убранстве этого здания господствовал ультрамодерн: в холлах лежали ковровые покрытия цвета темного золота, стены были украшены смелой абстрактной росписью, выдержанной в белых, золотистых и оранжевых тонах, преобладающих в пустыне. Это были цвета футбольной команды «Аризонские мустанги», которая принадлежала одной семье. На осуществление своей заветной мечты братья Расби не пожалели денег. Капитал, нажитый ими на медных рудниках, был вложен в головокружительный проект создания многомиллионного предприятия, занимающегося туризмом. Земли, приобретенные путем спекуляций, курортные отели, сеть ресторанов и гигант-ский парк развлечений в долине реки Солт Флэт образовали костяк империи Расби. Эмблему с их инициалом «Р» теперь можно было увидеть не только в Аризоне, но и в Нью-Мексико, Колорадо и Техасе. В конце концов братья сколотили достаточный капитал, чтобы завести любимую игрушку – профессиональную футбольную команду. Со свойственной им настойчивостью и энергией они решили сделать свое детище командой, способной не только выдерживать конкуренцию, но и приносить прибыли, и они добились своего. Братья наняли талантливого тренера и генерального директора, разбирающегося в бизнесе, дали им полную свободу, в результате возникла команда, которая через четыре года стала чемпионом своей лиги, а спустя еще год завоевала суперкубок.
Сесиль хорошо знала это здание и направилась прямо к лифтам, не удостоив вниманием служащего, отвечающего за прием гостей в бюро информации, который было направился к ней. Она поднялась на последний этаж, где находились кабинеты администрации. В приемной вышколенная секретарша записала ее имя и минуту спустя проводила в роскошный кабинет Томаса Мэлдона.
Томас поднялся, приветствуя гостью с отточенной годами улыбкой. Он был человеком среднего роста с совершенно ординарной внешностью, за которой скрывались острый, как нож, ум и стальные нервы.
– Сеси, дорогая, я рад вас видеть. Надеюсь, у вас все хорошо.
– Да, хорошо. А как вы?
– Отлично, просто отлично. Глория и дети эту неделю проводят в гостях у ее родителей на севере, спасаются от жары.
Усаживаясь в кресло, Сесиль постаралась изобразить живой интерес к поездке супруги Мэлдона и его детей:
– Замечательно. Уверена, им там понравится.
– Позвольте мне перейти непосредственно к делу. – Томас откинулся на спинку кресла, положив кисти рук на стол, причем точно соединенные кончики пальцев образовали аккуратный треугольник. Внимательно поглядев на эту конструкцию, он перевел взгляд на женщину. – Есть у нас одно дело, которое, как мне кажется, может серьезно заинтересовать вас.
– Меня? – в растерянности переспросила Сесиль.
– Да. Ассоциация жен наших спортсменов в течение года собирала средства, чтобы учредить фонд памяти Рори By.
– Памяти мужа? – улыбнулась она. – Какие они молодцы.
Значит, ради этого Томас пригласил ее, подумала она. С трудом, правда, верится, что этот делец стал бы заниматься благотворительными деяниями Ассоциации жен «Мустангов».
– Они собрали приличную сумму. Синди Фенн возглавила дело, а вы знаете, какая она пробивная. Они распродали тираж новой поваренной книги, устроили бал и что-то там еще. Во всяком случае, выручили семьдесят тысяч долларов, которые Чак Расби и его брат Гэрри удвоили. Получилось сто сорок тысяч долларов – довольно солидная сумма для создания Фонда борьбы против рака имени Робина By.
Сесиль была потрясена.
– Но это же огромные деньги! Я никогда не думала… То есть Уитни – Уитни Хэнк – как-то упоминала, что они собирают деньги для фонда имени Роби, но я и не думала, что получится так много.
Томас сиял елейной улыбкой.
– Братья Расби всегда щедры, когда дело касается игроков их команды.
1 2 3 4


А-П

П-Я