https://wodolei.ru/catalog/podvesnye_unitazy/Am-Pm/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


- Толчки, обвалы, смерть от удушья, - перечислила Рэнди, - или еще что-нибудь.
Нихил пожал плечами и указал в противоположную сторону пещеры:
- Идем?
- Я последую за тобой хоть в ад, дорогой, - отозвалась Кэти.
Мы с Рэнди обменялись взглядами, означавшими: «Спасибо звездам, что у меня есть ты».
- Карты, какие есть, - начала Рэнди. - Рацион, вахты, руководство и так далее. Решайте сейчас, пока мы в состоянии думать. - И она посмотрела прямо в глаза Нихилу: - Пока нам еще не все равно.
- Очень хорошо, - пожал плечами Нихил. - Сэм немного медлителен при столкновении с неизвестным, Кэти и Войчич мало разбираются в этом деле, так что, может быть, мы с Рэнди поведем отряд по очереди? Я предлагаю не урезывать свои порции за ужином, но в остальное время обходиться минимальным количеством пищи…
- Мой дорогой дурачок, нам нужен белок, чтобы вырабатывать энергию для работы, - перебила его Кэти. - Нам необходимо хорошо завтракать, даже за счет обеда.
- Может быть, найдем компромисс за ланчем, - предложил я.
- Это зависит от пройденного пути, нашего состояния и длительности напряжения.
- С другой стороны, - поправился я, - умеренность во всем…
Когда мы наконец отправились в путь, близилась «ночь» - время сна, и Рэнди все превосходно устроила. Мы шли гуськом за вожаками, которые время от времени менялись. Я тащил один поддон, Кэти - второй, а Сэм замыкал колонну.
Между нашей пещерой и следующей существовал короткий коридор, более узкий, чем все остальные.
- Мне кажется, я вижу признаки эрозии! - воскликнул Нихил, шедший впереди, и в голосе его прозвучало удивление.
- Ветер? - изумился я. - Откуда на Миранде ветер?
- Во время катаклизмов, преобразовавших планету, высвободилось огромное количество газов, причем за короткое время. Газ должен куда-то деваться. Проходя здесь, обратите внимание на полосы.
Да, подойдя ближе, я заметил полосы - словно кто-то обработал стены коридора пескоструйкой. Миранда дышала - когда-то.
- Я думаю, - продолжал Нихил, - что существует равновесие между газом, находящимся в пещерах Миранды, и кольцом газа, окружающим всю систему. Гравитации Миранды вряд ли достаточно, чтобы сжать его в нужной степени. Но совокупность пещер действует как охлаждаемая ловушка и грубый диффузионный барьер… хм… возможно.
~ И сколько в этих пещерах газа? - поинтересовался я. Он покачал головой:
- Находясь здесь, трудно сказать, верно?
Мы шли еще полчаса после того, как наступило время запланированной остановки, пока не обнаружили монолитный участок, на котором можно было не опасаться толчков. Коридор был как раз достаточной ширины, чтобы вместить уложенные вплотную надувные палатки. Мы поужинали в нашей с Рэнди палатке. Ужин был скудным, было тесно, сильно пахло едой. Мы ели молча. Даже Нихил выглядел подавленным. Когда мы надели шлемы и выпустили воздух, чтобы Рэй с женой могли вернуться к себе, я решил, что больше мы вместе есть не будем. Хождения туда-сюда по вакуумным палаткам отнимают слишком много времени и энергии.
Мы снова накачали воздух, и я погрузился в нехитрое наслаждение - наблюдал, как Рэнди снимает одежду и обтирается мокрой губкой в дальнем углу палатки. Она махнула мне, чтобы я отвернулся, пока она пользуется удобствами, и я раскрыл свою электронную записную книжку, надел очки и сосредоточился на дневнике, стараясь как можно вернее преобразовать мелькающие передо мной образы в слова.
Она прикоснулась к моей руке, давая понять, что пришла моя очередь, быстро поцеловала меня и, спрятавшись между эластичными простынями, мгновенно уснула. Теперь моя очередь.
Четвертый день мы провели, пробираясь сквозь череду просторных, почти горизонтальных пещер. Оказывается, Миранда все еще дышит. Разумеется, это едва уловимое дыхание, его можно зафиксировать лишь с помощью чувствительных инструментов Сэма. Но здесь, видимо, существует какая-то разность давлений; газы продолжают просачиваться через эти пещеры на поверхность. Сэм может найти следующий проход, измеряя молекулярный поток.
Мы продвигались вперед, помогая себе руками, словно дайверы с тяжелым снаряжением в подводной пещере; да, вполне подходящее сравнение. Мы тащились так медленно, что отсутствие силы тяжести было незаметно.
Пока мы ползли, я забыл о нашем несчастье и с удивлением разглядывал ледяные стены, похожие на мрамор. Рэнди ползла впереди меня, и я представлял себе, что на ней нет пыльного комбинезона, мысленно видел ее тугое, гибкое тело в облегающем нижнем костюме. Я представлял себе, как сокращаются и расслабляются мускулы ее рук - рук гимнастки, видел перед собой твердые очертания ее шеи и локтей. Она сама поэтесса, думал я, хотя с трудом подбирает выражения, но она словно пишет поэму языком своего тела и его движений.
Сэм напомнил нам, что наступило время очередного прощупывания пути и смены ведущего. На следующем километре проход сузился, и нам пришлось протискиваться сквозь щели, едва пропускавшие наши скелеты.
От подобных упражнений все мое тело покрылось синяками, но я не боялся, что костюм порвется: ткань была скользкой и практически неуязвимой. В первый день Рэнди напугала меня до смерти - взяла покрытый льдом, острый, как нож, обломок камня и попыталась сделать себе харакири, воткнув его в живот с такой силой, что камень сломался. Глядя на мою реакцию, она рассмеялась и сказала, что меня нужно было убедить в надежности снаряжения.
Синяк у нее до сих пор не прошел - виден темный след среди более светлых, старых пятен на ее много испытавшем теле. Я целую его, когда мы занимаемся любовью, а она отвечает: «Ну что? Я же тебе говорила». В тринадцать лет Рэнди взбиралась на гору Гилберта у полюса Меркурия со своим отцом и братом, таща полный комплект вакуумного снаряжения. От напряжения у нее сломалась локтевая кость, но она никому не сказала, пока не добралась до вершины.
Щель расширилась и, к нашему облегчению, вывела нас в другую пещеру, которая перешла в очередной узкий коридор. Рэнди шла впереди, за ней - Нихил, затем я, Кэти и Сэм.
Сэм напоминает мне краба, нарисованного кубистом, или небольшую газонокосилку без рукоятки, на тараканьих ножках вместо колес. Он умеет ясно выражать свои мысли и весьма остроумен, снабжен полным набором искусственных эмоций и заранее записанных юмористических диалогов. Сэм служит нашим экспертом по известным вещам. Но он с большим трудом разбирается в том, чего раньше не видел, и не может вообразить того, что не хранится в его памяти, так что обычно он идет в хвосте колонны.
К концу дня мы преодолели двадцать восемь километров и приблизились к центру маленькой планеты еще на восемнадцать километров. По-видимому, дорога наша вела именно туда, хотя, по мнению Нихила, мы шли по хорде, проходящей примерно в пятидесяти километрах от центра, где миллиард лет назад соединились две основные глыбы.
Я говорил себе, что это бесполезная затея, не имеющая шансов на успех. Но насколько все-таки лучше, насколько человечнее бороться с судьбой, вместо того чтобы просто ждать смерти.
Этим вечером мы ели парами, в своих палатках.

II
На пятый день мы застряли.
В то утро Рэнди разбудила меня, ощупывая мое тело, устраиваясь поудобнее рядом со мной среди эластичных простыней, которые крепко прижимали нас друг к другу. Каким-то образом эротический сон, который мне снился, перешел в реальность, и я лишь на миг удивился ее приходу.
- У тебя появились новые синяки, - сказал я, посмотрев на нее.
Ее глаза оставались закрытыми.
- Доброе утро, - пробормотала она и снова обняла меня. Время замедлило ход, когда я проник в ее неумолимое,
жадное естество.
Но время, разумеется, нельзя остановить. В наушниках наших шлемов запищал утренний звонок Сэма, к счастью, он не успел помешать части моего тела стать частью Рэнди. Сэм напомнил мне, что если мы хотим выбраться из пещер Миранды, то придется наверстать упущенное время.
Рэнди покинула постель, вращаясь, проплыла по воздуху и медленно опустилась на свою койку, стоявшую напротив моей. Во всем блеске своей наготы, она сладко потягивалась, словно кошка, глядя прямо в мои зачарованные глаза.
- Женщины воплощают в себе инстинкт; они безобидны, здоровы и приносят удовольствие.
Безобидны? Я ухмыльнулся и напомнил ей:
- Однако нам пора ползать по пещерам.
- Вас поняла, - рассмеялась Рэнди, выхватила свой костюм из кучи одежды в конце палатки и принялась натягивать его. Штаны надевались, словно пара колготок, с той разницей, что были скользкими изнутри и легко принимали форму тела. Ее тела. Я последовал ее примеру, и мы быстро выпустили воздух из палатки и упаковали ее.
Сэму потребовался час, чтобы найти вход в пещеру. Это оказалась всего лишь щель, в которую мы едва могли протиснуться. Час мы потратили на то, чтобы убедить себя, что других вариантов нет, затем, извиваясь, вползли в щель, словно муравьи, толкая перед собой снаряжение и верхние костюмы, прижимаясь к стенкам изо всех сил.
Думаю, мы не делали и ста метров в час. При такой скорости положение наше представлялось безнадежным, но Сэм уверял, что впереди еще будут пещеры.
Возможно, лучше было бы, если бы нас вел Нихил. Он крупнее Рэнди и менее склонен пренебрегать неудобствами, он полз бы медленнее и откалывал бы больше камня от стенок, и, как мы убедились, в этом случае дело продвигалось бы быстрее.
Когда я медленно протискивался вперед, поглощенный разгадыванием загадки Рэнди, Миранда застонала - по крайней мере, стон раздался в наушниках моего шлема, прижатого к узкому потолку щели, в которую превратился наш коридор. Я почувствовал что-то. Неужели мне на ребра давит сильнее? Я справился с паникой, сосредоточившись на окружающих меня людях и их фонарях, освещающих промежутки между стенками расщелины и нашими телами.
- Я не могу пошевелиться. - Это голос Кэти. - И мне холодно.
Наши костюмы были лучшими из серии «Исследовательских» - двадцать слоев тончайшей ткани, склеенной эластичным полимерным составом. Хотя они были тонкими, они хорошо сохраняли тепло, а окружающее нас безвоздушное пространство Миранды изолировало еще лучше.
Обычно потери тепла ограничиваются участками ладоней или ботинок, прикасающимися к поверхности льда, и главная проблема состоит в том, чтобы избавиться от тепла. Поэтому наши костюмы преимущественно бывают темно-серого или угольно-черного цвета. Но если почти квадратный метр вашего тела прижат к ледяной поверхности, даже лучший материал толщиной в миллион атомов, который может приобрести Астрографическое общество, не предотвратит охлаждения.
Старое выражение «холоднее, чем ведьмина грудь», возможно, даст вам представление о положении Кэти.
- Я мало что могу сделать, - ответил я. - Я сам почти застрял. Попробуй еще протиснуться.
- Сэм, - выдавила Кэти, по ее голосу ясно было, что в ней происходит борьба между паникой и самообладанием, - стань между стенками, как клин. Удержи их, чтобы они не сближались.
- Это не поможет, Кэти, - ответил он. - Меня раздавит, и я буду уничтожен совершенно напрасно.
- Вспомни о своих законах! - взвизгнула Кэти. - Ты обязан мне подчиняться. А теперь действуй, пока мне не сломало ребра! Нихил, заставь этого робота повиноваться мне!
- Кэти, дорогая, - произнес Нихил, - я тебе сочувствую, но не могла бы ты немного помолчать. Давай подумаем, что можно сделать.
- Я через несколько минут превращусь в сосульку, а ты хочешь подумать! Пропади все пропадом, Нихил, мне больно. Пожертвуй роботом и спаси меня. Я ваш врач.
- Кэти, - сказал Сэм, - мы постараемся вытащить тебя, но ведь с момента землетрясения мы прошли всего сто километров, а нам, возможно, придется одолеть еще тысячу. Если мы будем каждые сто километров встречаться с подобными трудностями, нас может ожидать еще десять таких случаев. А у вас есть только один робот, которым можно «пожертвовать», как ты выразилась. Если сейчас вы лишитесь меня, то рискуете в дальнейшем остаться без помощи. Сейчас толчков нет, так что размышление не ведет к непосредственному риску.
- Провались ты со своей логикой! Мне холодно. Вытащите меня отсюда!
После этой вспышки наступила смущенная тишина, и, казалось, на целую минуту все задержали дыхание. Затем Кэти начала коротко, испуганно всхлипывать, и, по крайней мере, мы поняли, что она еще жива.
Тишину нарушила Рэнди:
- Остальные могут двигаться вперед?
- Да, - ответил Нихил, - немного.
- Я тоже, - добавил я.
- Сэм, - приказала Рэнди, - телемодуль. Трос.
- Это у меня есть.
- Ага. Пусть твой телемодуль принесет мне сюда конец троса, обойдя Кэти. Когда конец будет у меня, поставь на трос зажим сразу за ногами Кэти.
- Хорошо, Рэнди, - ответил Сэм. - Но зачем? - Ему тоже нужно было больше информации.
- Чтобы Кэти могла ногами… ухватиться… э… упереться в него. - По голосу Рэнди чувствовалось, что ей трудно подбирать слова, но она не паниковала. - Можешь себе это представить? Создать образ? Видишь, что получится?
- Могу представить, как Кэти стоит на зажиме троса, затем вращается вокруг своей оси, стенки окружают ее… Ясно! - воскликнул Сэм. - Телемодуль движется к тебе.
- Прошу вас, поторопитесь! - всхлипывала Кэти, теперь уже немного спокойнее.
Я чувствовал, как крошечное, похожее на краба устройство бежит между моим телом и камнем. Мимо меня двигался канат, сплетенный из фулереновых нитей толщиной в миллиметр, который мог бы выдержать динозавра при земной гравитации, - словно цепочка муравьев ползла у меня по коже. Я передернулся - цифры на щитке моего шлема, указывавшие температуру, предупреждающе загорелись красным. Ножки модуля, проползавшего мимо, застучали по шлему. Я ждал, и мне казалось, что прошли часы.
- Беритесь за трос, - скомандовала Рэнди, и мы повиновались. - Упираешься ногами, Кэти?
- Не могу… не могу найти зажим.
- Хорошо. Я натяну немного, трос ослаб… Теперь нашла, Кэти?
- Вот он. О боже, надеюсь, это сработает.
- Отлично, - ответила Рэнди. - Все сразу. Хватайте. Тащите.
Я уперся в пол шипованными ботинками и потянул изо всех сил. Никакого результата.
- Черт! - пробормотала Рэнди.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11


А-П

П-Я