https://wodolei.ru/catalog/dushevie_kabini/s-parom/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Они были рослыми, тощими, с высунутыми языками, горящими глазами - и жутко голодные. Дважды волки подходили на расстояние выстрела и дважды убегали, следуя далекому призыву своего вожака - существа настолько страшного, что ему следовало бы поклоняться.
Думая о нем, Феликс невольно вздрагивал. В этом вое слышалось что-то разумное и в то же время дикое, отчего в его памяти оживали сказки про темный лес, которыми няня пугала его в детстве. Он постарался отбросить жуткие мысли, убеждая себя, что просто слышит вой волка, существа более красивого и большого, чем остальные звери. И к тому же слава Сигмару, вой волков нравился ему гораздо больше, чем звуки населявших эти места чудовищ.
Снег скрипел под ногами, холодная сырость проникала сквозь дырявые кожаные ботинки, и толстые шерстяные носки промокли. Это было очень плохо. Он слышал от лесных жителей, обморозивших ноги в сапогах, что им приходилось отрезать пальцы ножами, чтобы по всей ноге не пошло заражение.
Неудивительно, что они оказались глубоко в самом сердце Рейквальдского леса, когда началась зима. Уже не в первый раз он проклял тот день, когда повстречал своего спутника, Готрека Гурнисона, поклялся следовать за ним и описать его судьбу в героической поэме.
Они шли по следу огромного чудовища - тролля, по словам Готрека, - когда выпал первый снег, и окончательно потеряли дорогу в этой белоснежной пустыне.
Феликс, как мог, боролся с паникой. Да, вполне возможно, что им придется долго кружить так на одном и том же месте, прежде чем они умрут от голода или жажды. Это случается с путниками, затерявшимися в лесу.
Или пока волки не нападут на них, напомнил он себе.
Гном был не так расстроен, как Феликс. Он опирался на рукоять своей секиры, как на походную палку, проверяя глубину сугробов. Высокий сальный хохол крашеных в рыжий цвет волос, как всегда, птичьим гнездом топорщился над его лысым татуированным черепом. А неописуемое безумие, сквозившее в его единственном глазу, становилось, казалось, тем сильнее, чем хуже складывались обстоятельства. Огромный ком снега свалился на его перебитый нос.
- Сплошные деревья! - пробурчал он. - Больше деревьев я ненавижу только эльфов.
Вновь протяжный вой раздался сбоку. Он был похож на предыдущий, столь же полный разума и голода; Феликса наполнил слепой первобытный страх. На всякий случай он откинул плащ за плечо, высвобождая руку, и коснулся эфеса меча.
- Нет необходимости, человечий отпрыск, - произнес гном. В его голосе, однако, отчетливо слышалось удивление. - Что это? Он опять отзывает своих товарищей от нас. Они, похоже, нашли другую добычу.
- Дети Ульрика… - со страхом произнес Феликс, вспоминая старые нянины сказки.
- Да что тут делать волчьему богу Мидденхейма, человечий отпрыск?
- Говорят, что в молодости Ульрик бродил среди людей и имел детей от смертных женщин. И те, у кого в жилах течет его кровь, могут менять форму своего тела и быть то волком, то человеком. Они убежали в дикие места очень давно. Говорят также, что их исказил Хаос, и теперь они приохотились к человечине.
- Что ж, если парочка из них наткнется на мою секиру, я с удовольствием посмотрю на их гнилую кровь.
Внезапно Готрек жестом приказал замолчать и навострил уши. Потом он резко припал к земле.
Феликс в страхе остановился, тоже прислушиваясь. Но до него не доносилось ни единого звука. Волки-преследователи исчезли. Поначалу он слышал только биение своего сердца да прерывистое дыхание, но потом различил и то, что остановило Готрека: звуки борьбы, воинственные крики и дальний вой волков, уносимый ветром.
- Похоже на схватку, - сказал он.
- Пойдем прикончим несколько волков, - сказал Готрек. - Может, те, кто с ними сцепился, знают дорогу из этого проклятого места?
Продираясь бегом сквозь заснеженный кустарник, чьи ветки хлестали их по лицу и рвали одежду, они все отчетливее слышали звуки борьбы. Щелкала тетива дюжины арбалетов, стрелы свистели в воздухе, остро пахло озоном, повсюду лежали тела людей и волков.
Медленно Феликс поднял руки повыше. От его частого дыхания шел пар. Пот тек по лицу - несмотря на холод, он подумал, что не очень-то удобно бежать по зимнему лесу в тяжелой одежде. Надо запомнить это, если, конечно, он останется в живых. Закованные в латы странники выглядели совсем недружелюбно.
Их было примерно человек двадцать, и некоторые были очень хорошо одеты и с мечами, что выдавало их знатное происхождение. Они отдавали приказы остальным - грубоватым, бдительным солдатам. Но при всем своем опыте они выглядели очень обеспокоенными, и в их глазах читался страх. Феликс знал, что они уже приблизились на расстояние выстрела из арбалета.
- Не стреляйте! - крикнул он. - Мы хотим помочь!
Он поискал глазами Готрека. Где же он? Ведь бежал совсем рядом… От возбуждения Феликс забылся, и его длинные ноги отнесли его далеко от гнома. Сейчас это могло оказаться роковой ошибкой, хотя он не был уверен, что даже гном устоял бы против стрел.
- О, вы? Вы? - спросил их насмешливый голос. - Лесные бродяги, да? Услышали звуки сражения и пришли проверить это маленькое недоразумение, да?
Это был рослый вельможа. Феликс никогда особо не любил имперскую знать, а этот, очевидно, был худшим представителем своей породы. Жидкая черная борода обрамляла узкое бледное лицо с яркими темными глазами, горбатый орлиный нос придавал лицу несколько хищное выражение.
- Мы с моим другом заблудились в лесу. Мы услышали вой волков, лязг оружия и пришли помочь, если сможем.
- Ваш друг? - спросил он насмешливо и ткнул пальцем в сторону высокой красивой молодой женщины, которая стояла неподалеку, скованная цепью. - Вы имеете в виду ту ведьму?
Он огляделся. Гнома нигде не было видно. "Может, это и к лучшему, - подумал Феликс. - Победитель троллей не привык к такому обращению. Хотя вряд ли он сказал бы сейчас что-нибудь такое, за что их обоих могли бы убить".
- Я путешествую с товарищем… - Внезапно Феликс подумал, что лучше не упоминать Готрека. Победитель троллей был сомнительной личностью, объявленной вне закона; возможно, этот человек захочет получить вознаграждение, если узнает его.
- Он, очевидно, потерялся, - тихо закончил фразу Феликс.
- Сложите оружие! - Феликс повиновался. - Свен, Генрих! Свяжите его.
Двое воинов ретиво подскочили к нему и повалили Феликса на землю. Он упал в снег лицом и почувствовал, как намокает его рубашка.
Открыв глаза, он увидел, что лежит возле туши волка. Пока он смотрел в остекленевшие глаза животного, двое солдат ловко и быстро связали ему руки за спиной. Феликс почувствовал, как холодный металл коснулся его запястья и удивился, что они не ограничились веревкой.
Затем кто-то откинул капюшон его плаща и приподнял голову за волосы. Зловонное дыхание донеслось до его ноздрей. Холодные и безумные серые глаза глядели на него. Он тоже взглянул в худое, морщинистое лицо, украшенное седеющей бородкой; пар от дыхания оседал на ней поблескивающими на морозе капельками воды. Судя по всему, этот человек был волшебником.
- Хаос, похоже, не коснулся его, - сказал чародей удивительно приятным и мягким голосом. - Может быть, он сказал правду. Я узнаю больше, когда мы вернемся обратно в дом.
Его снова положили на снег. Уже знакомый голос произнес:
- Даже если так, не церемонься с ним, Вурман. Если он соглядатай, то должен умереть.
- Я выясню правду, как только доберусь до своих инструментов. Если он работает на врагов Ордена, мы это узнаем!
Вельможа пожал плечами и пошел прочь, вручив судьбу Феликса в руки волшебника. Сапог ударил Феликса по ребрам, отчего у него перехватило дыхание.
- Вставай и иди в дом, - грубо сказал капитан. - А если упадешь - пристрелю.
Феликс встал на ноги и слегка пошатнулся. Он уставился на капитана, стараясь запомнить каждую черточку его лица: если удастся уцелеть, он это припомнит. Проследив его взгляд, один из охранников натянул тетиву арбалета, целясь в пленника.
Волшебник покачал головой.
- Не надо, он мне нужен невредимым.
Феликс вздрогнул. Было что-то куда более жуткое в спокойных словах волшебника, чем в грубости солдата. Он поднялся в повозку.
Насколько Феликс мог определить, войско состояло из знати, нескольких слуг, воинов и волшебника. Вельможи ехали верхом, воины поспевали на лыжах или подсаживались на телеги.
Рядом с ним сидела молодая женщина. Ее волосы были серебристого цвета, а глаза золотого. Она была поразительно красива от природы, а ее надменность не пропала даже после того, как ее приковали к задней стене повозки, а на руки надели наручники из металла со странными рунами.
- Феликс Ягер, - пробормотал он, желая представиться. Но она ничего не ответила - лишь холодно улыбнулась и погрузилась в свои мысли, больше не замечая его присутствия.
- Потише, - сказал устроившийся напротив них маг. И вновь в его спокойном голосе было больше угрозы, чем во всех злобных взглядах охранников.
Феликс решил, что лишь ухудшит свое положение, если будет возражать старику. Он оглянулся на лес, надеясь увидеть там Готрека, но того и след простыл. Феликс вслушивался в морозную тишину. Он сомневался, что гном сможет нагнать их, но утешал себя мыслью, что он хотя бы пойдет по следам на снегу - если, конечно, они останутся.
А что потом? Феликс не знал. Он высоко ценил силу и отвагу Победителя троллей, но вряд ли гном одолеет эту маленькую армию.
Случайно он обратил внимание, что женщина рядом тоже бросает тревожные взгляды на деревья. Он не знал, надеется ли она на помощь друзей, которые придут спасти ее, или просто измеряет расстояние до своей свободы.
Вдали завыл волк. Странная нечеловеческая улыбка мелькнула на лице женщины. Феликс вздрогнул и отвернулся.
Феликс почти обрадовался, когда сквозь пелену снега показалось имение. Низкие толстые стены дома почти терялись в сугробах. Феликс заметил, что дом выстроен из камня и бревен.
Но он ощущал и сильную тревогу. Голод, холод и длительный путь по снегу истощили его. Внезапно он понял, что они прибыли к месту назначения, где ему предстоит стать жертвой дурацких замыслов волшебника, но у него уже не оставалось сил думать об этом. Он просто хотел лечь куда-нибудь в тепло и выспаться.
Кто-то подул в рог, и ворота открылись. Окруженные воинами сани въехали во двор, и створки захлопнулись.
Феликс оглядел небольшой внутренний дворик усадьбы, окруженный четырьмя стенами, защищавшими дом. Он изменил прежнее мнение: это был не охотничий домик, а крепость, в которой можно укрыться в случае осады. Он выругался: значит, и шансов убежать у него немного.
Все выкарабкались из саней. Вельможи потребовали горячего вина, кто-то приказал извозчикам отвести в конюшню коней. Закипела беспорядочная деятельность. Дыхание людей и лошадей вырывалось изо ртов клубами пара.
Охранники втолкнули Феликса в одно из зданий. Здесь было холодно и сыро, пахло землей, сосной и старой копотью. Огромный каменный очаг был сооружен прямо посреди прихожей. Воины и вельможи заходили внутрь, протягивали руки к огню, спасаясь от холода. Слуги сновали между ними, разнося бокалы с горячим, сдобренным специями вином. От этого запаха у Феликса потекли слюнки.
Один из воинов подложил еще поленьев в огонь, посыпались искры, однако сырые дрова никак не разгорались.
Волшебник смотрел на все это с удивительным спокойствием, но потом, очевидно, не выдержал, покачал головой, сделал знак рукой и произнес заклинание. Маленький огонек вспыхнул среди поленьев там, куда указывал его палец. Дерево зашипело и загорелось. Запах озона наполнил воздух. Голубые языки пламени заиграли на дровах, затем их поглотил разгоревшийся огонь.
Знать и волшебник прошли в соседнюю комнату, оставив арестантов с воинами. Воцарилась напряженная тишина, потом вдруг все разом заговорили. Словно все слова, придержанные в дороге, вырвались из губ солдат разом.
- Великий Сигмар, ну и драка была! Я был уверен, что волки перегрызут всех нас, как орешки.
- Я здорово струхнул, когда увидел, что эти твари несутся на нас из-за деревьев. Зубы-то у них острые.
- Да, но они быстро умирали, когда ты запускал им стрелу в глаз или лезвие в глотку.
- Хотя все это как-то неправильно. Я никогда не слышал, чтобы волки нападали на такие большие отряды. И никогда не видел волков, сражающихся так долго.
- Думаю, в этом виновата ведьма.
Девушка выразительно поглядела на них, хотя никто не осмеливался встретиться с ней глазами. Феликс вдруг заметил, что у нее странные глаза - огонь отсвечивал в них, как в глазах собаки…
- Да, хорошо хоть кудесник был с нами. Старый Вурман показал им настоящее колдовство!
- Интересно, зачем она понадобилась графу?
Холодная улыбка пробежала по лицу девушки. Ее зубы были мелкими, белыми и очень, очень острыми. Когда она заговорила, голос ее звучал низко и слегка дрожал, но был удивительно музыкален.
- Ваш граф Хротгар дурак, если он думает, что сможет удержать меня здесь или убить безнаказанно. И вы тоже глупцы, если хотите выбраться отсюда живыми.
Капитан занес руку в перчатке и ударил ее. От удара на ее бледной щеке остался розовый след. Ярость в глазах девушки обожгла его как адский огонь, и капитан отпрянул, словно его тоже ударили. Девушка снова заговорила, неторопливо, холодно и размеренно.
- Слушайте меня. У меня дар Видения! Будущее не скрыто от меня. Каждый из вас, жалких приспешников графа Хротгара, погибнет. Вы не уйдете отсюда живыми.
Голос ее прозвучал так убедительно, что все вздрогнули. Лица присутствующих побелели. Люди переглянулись в ужасе. Сам Феликс не сомневался в ее словах. Первым очнулся капитан. Он встал, обнажил кинжал и подошел к девушке, направив обнаженное лезвие ей в глаза.
- Тогда ты умрешь первой, ведьма, - сказал он. Но девушка смело поглядела на него. Он замахнулся. Внезапно разозлившись, Феликс подался вперед. Вытянувшись, насколько позволяли цепи, он попытался ударить воина ногой и попал. Раздалась густая брань, и целый шквал ударов посыпался на него со всех сторон.
Солдаты поставили Феликса на ноги, и каждый из них норовил пнуть его покрепче.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38


А-П

П-Я