https://wodolei.ru/catalog/vodonagrevateli/uzkie/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

В парке имени Т. Г. Шевченко, у памятника великому кобзарю, собрались тысячи людей. Киевляне пришли на митинг семьями, многие в национальных украинских костюмах. Огромная многоцветная толпа ликующих людей расположилась близ трибуны.
Когда началось выступление Н. Ф. Ватутина, горожане неожиданно устремили взоры к небу: донесся отдаленный шум авиационных моторов. "Уж не фашисты ли?" - от одной этой мысли озноб прошел по коже.
- Что объявим людям? - подошел ко мне Нарком госбезопасности Украины Т. А. Строкач.
- Объявите, что наши летчики надежно прикрывают город с воздуха.
Строкач сообщил об этом Ватутину, и тот объявил, что над городом советские истребители. Все успокоились, и митинг продолжался.
- Честь и слава героям Киевской битвы! - заключил свое выступление командующий фронтом, и над рядами пронеслось могучее русское "ура".
А в небе, отныне мирном киевском небе, пели знакомую песню моторы советских истребителей.
Боевые дела летчиков 2-й воздушной, участвовавших в боях за Киев, были высоко оценены Советским правительством. Сотни летчиков, штурманов, стрелков-радистов, инженеров, техников, младших специалистов были награждены орденами и медалями. Самым отважным было присвоено звание Героя Советского Союза. За участие в освобождении города были удостоены почетного наименования "Киевских" шесть авиационных дивизий, четыре авиаполка и одна отдельная эскадрилья.
Многие авиаторы отдали свою жизнь за освобождение столицы Украины. В числе погибших - командир полка майор А. С. Романенко. Только благодаря Н. Ф. Ватутину тяжелой участи избежал старший лейтенант А. С. Полетаев, девятка штурмовиков которого в сумерках нанесла удар не по намеченной цели.
- До Берлина еще далеко, постараюсь исправить ошибку, - сказал летчик командующему фронтом.
- Воюйте, старший лейтенант, - подавая руку, проговорил Н. Ф. Ватутин. Только впредь внимательней следите, куда бросаете бомбы...
К 12 ноября наши войска вышли на рубеж Чернобыль - Малин - Житомир Фастов - Триполье. Здесь они перешли к обороне и в дальнейшем почти полтора месяца вели напряженные оборонительные бои в районе Житомира.
Отразив контрудар врага, войска 1-го Украинского фронта подготовились к новой операции и зимой 1944 года продолжали вести наступательные бои, участвовали в освобождении Правобережной Украины.
Хозяева нева
Под крылом - Заднепровье
Зима 1944 года на Украине была снежной, но теплой. Вьюги то и дело сменялись дождями. Грунтовые дороги развезло. Аэродромы часто выходили из строя. Только на старых довоенных летных полях, имевших бетонные взлетно-посадочные полосы, боевая работа шла без существенных перерывов. Нелегко было нам, но еще труднее приходилось противнику. Наше Верховное Главнокомандование прекрасно понимало это и принимало все меры, чтоб именно в распутицу наносить новые удары по врагу.
В январе 1944 года войска 1-го Украинского фронта продолжали наступление на луцко-ровенском направлении и на юге, в районе Белой Церкви. Вместе с сухопутными войсками активно участвовали в боевых действиях и наши летчики. Крепко досталось в те дни хваленым асам генерала Деслоха, командовавшего немецкой авиацией на южном крыле советско-германского фронта.
Во 2-ю воздушную армию в ту пору входили два истребительных и один штурмовой корпуса, а также отдельные бомбардировочная, две штурмовые и две ночные бомбардировочные дивизии. Всего мы имели восемьсот исправных самолетов. Поскольку ширина полосы наступления фронта возросла до пятисот - шестисот километров, часть авиационных соединений была сосредоточена на севере, часть на юге.
Немецкое командование бросало свои танковые дивизии то на один, то на другой участок фронта, пытаясь закрыть в системе обороны образовавшиеся бреши. В свою очередь и нам приходилось маневрировать, чтобы постоянно противопоставлять ударным группировкам врага главные силы воздушной армии. Маневр давался нелегко. В тех полках, где не было четкой организации перебазирования, самолеты иногда базировались на трех и даже на четырех площадках, что сильно усложняло управление.
В начале января почти все авиационные соединения были передислоцированы на левое крыло фронта. На севере остались только два полка - штурмовой и истребительный, которые поддерживали войска, наступавшие в направлении Ровно, Луцк, Кременец.
Эскадры 4-го воздушного флота, насчитывавшего тысячу пятьсот самолетов, располагались на аэроузлах Умань, Винница, Одесса, Первомайск, Николаев. Противник имел возможность в зависимости от обстановки использовать свою авиацию то в полосе наступления нашего фронта, то в полосе наступления соседних Украинских фронтов. Временами воздушная обстановка южнее Киева резко обострялась, и соединения 2-й воздушной должны были действовать с максимальным напряжением, чтобы постоянно удерживать инициативу.
Каждый день приносит новые успехи нашим летчикам. Широкую известность среди личного состава получил эффективный удар по Шепетовскому железнодорожному узлу семерки штурмовиков во главе с заместителем командира эскадрильи 525-го штурмового авиаполка лейтенантом И. М. Долговым. Утром 7 января он вылетел на разведку железнодорожного узла, через который шли неприятельские эшелоны с войсками и военной техникой и боеприпасами. Установив, что в Шепетовке все пути забиты составами, летчик возвратился на свой аэродром и сообщил данные разведки. Было принято решение немедленно нанести удар по железнодорожному узлу. Вместе с Долговым в воздух поднялись экипажи майора Н. В. Шаронова, лейтенанта И. В. Ухабова, младших лейтенантов Л. А. Брескаленко, А. С. Косолапова, Г. Ф. Пастухова, Н. И. Родина.
На малой высоте, маскируясь облачностью, штурмовики внезапно вышли к цели с запада. От зажигательных снарядов загорелись вражеские эшелоны, а затем сильный взрыв потряс воздух. Это взорвались вагоны, груженные аммоналом. В результате успешного налета на станцию было уничтожено четырнадцать железнодорожных эшелонов.
Для проверки результатов удара в воздушную армию прибыла комиссия во главе с начальником воздушно-стрелковой службы ВВС генералом А. М. Рафалови-чем. Как только Шепетовка была освобождена, комиссия незамедлительно выехала туда. Жители подтвердили, что железнодорожный узел вывели из строя наши летчики и что фашисты понесли громадные потери. Экипажи, участвовавшие в налете, были награждены орденами.
В конце января главные силы 2-й воздушной армии сосредоточились южнее Киева - готовилась Корсунь-Шевченковская операция. 26 января 40-я и 27-я армии, которыми командовали генералы Ф. Ф. Жмаченко и С. Г. Трофименко, вместе с 6-й танковой армией генерала А. Г. Кравченко при поддержке авиации прорвали вражескую оборону и устремились на юго-восток. Через два дня соединения 6-й танковой армии в районе Звенигородки встретились с войсками 5-й гвардейской танковой армии 2-го Украинского фронта, которой командовал генерал П. А. Ротмистров. Десять немецких дивизий оказались зажатыми в кольцо.
Немецко-фашистское командование попыталось спасти свою окруженную группировку. На внешнем фронте окружения появились свежие танковые дивизии, к окруженным войскам направились транспортные самолеты.
Блокирование противника стало самой главной задачей авиации. Одновременно нужно было помочь сухопутным войскам отражать атаки немецких танков. В Корсунь-Шевченковской операции кроме нашей участвовала воздушная армия, которой командовал генерал С. К. Горюнов. Для координации действий авиации прибыл представитель Ставки генерал С. А. Худяков. По его рекомендации заместителем Верховного Главнокомандующего было принято решение разграничить зоны действий и задачи наших объединений, 5-я воздушная армия должна была уничтожать окруженную группировку и вести борьбу с транспортной авиацией противника в районе окружения. 2-й воздушной армии предстояло действовать на внешнем фронте окружения, уничтожать немецко-фашистскую авиацию на аэродромах и в воздухе, не допуская пролета транспортных самолетов к Корсунь-Шевченковскому.
Вечером 2 февраля меня вызвал к телефону командующий фронтом Н. Ф. Ватутин.
- Положение на внешнем фронте окружения у нас ненадежное, - сказал он. Поблизости никаких резервов нет. Завтра авиация должна содействовать войскам в отражении контрудара и не допустить подхода танков к окруженной группировке. Одновременно необходимо прочно блокировать с воздуха окруженные войска. Прошу вас действовать с максимальным напряжением.
Было ясно, что обстановка обостряется.
От начальника разведки армии полковника Ф. С. Ларина мне стало известно, что севернее Умани обнаружена крупная группировка танков. Лишь в одной балке разведчики насчитали до сорока машин.
Я доложил командующему войсками фронта, что будут приняты все необходимые меры, чтобы разгромить врага ударами с воздуха.
На рассвете 3 февраля группа штурмовиков из 291, 264 и 227-й дивизий полковников А. Н. Витрука, Е. В. Клобукова и А. А. Ложечникова нанесла удары по вражеским танкам, сосредоточившимся для атаки. Застигнутые врасплох, они так и застыли чадящими факелами в оврагах под Гайсином и Христиновкой.
Пытаясь помочь своим окруженным войскам, немецко-фашистское командование продолжало посылать к Корсунь-Шевченковскому транспортные самолеты. Без истребительного прикрытия они становились легкой добычей наших летчиков. Только командир 10-го истребительного корпуса генерал-майор авиации М. М. Головня 3 февраля лично сбил два самолета Ю-52. Существенно пополнили свой боевой счет и другие летчики. Мастерски вели воздушные бои истребители 8-й гвардейской истребительной дивизии.
Наша авиация уничтожала вражеские самолеты не только в воздухе, но и на земле. В тот день нанесены были удары по аэродромам и посадочным площадкам в Умани, Корсунь-Шевченковском, Завадовке, Деренковце. К концу дня враг не досчитался восьмидесяти самолетов. Задача, поставленная командованием, была успешно решена. Вечером от Военного совета 1-го Украинского фронта поступила телеграмма:
"Командирам 10 иак Головня, 264 шад Клобукову, Ложечникову:
Военный совет 1-го Украинского фронта удовлетворен работой летчиков ваших частей по уничтожению транспортной авиации противника 3.2.44 г. Поздравляем с победой. Объявляем благодарность всему личному составу, участвовавшему в разгроме врага.
Военный совет фронта желает больших успехов в уничтожении немецких захватчиков.
Ватутин, Крайнюков".
Активные действия по танкам противника за внешним фронтом окружения и по транспортным самолетам на аэродромах и в воздухе мы вели вплоть до окончательной ликвидации корсунь-шевченковской группировки. Отличились в боях и экипажи 202-й бомбардировочной авиадивизии полковника С. И. Нечипоренко. 4 февраля они нанесли очень эффективные удары по аэродромам противника в Умани и Христиновке.
Первыми к аэродромам врага были посланы группы бомбардировщиков, имевшие целью воспретить взлет вражеских самолетов. Восьмерку Пе-2 повели к Умани старший лейтенант А. Г. Важинский со своим штурманом лейтенантом Воробьевым. К Христиновке направилась другая группа бомбардировщиков во главе с командиром эскадрильи капитаном Н. М. Ермаком и штурманом лейтенантом В. А. Гелетой. Маскируясь облачностью, бомбардировщики проникли в тыл противника и со снижением атаковали цели. Маршрут и профиль полета были выбраны очень удачно. И в Умани, и в Христиновке фашисты не ожидали появления наших самолетов с юга. Внезапно на взлетно-посадочных полосах и на стоянках начали рваться бомбы. Даже дежурные самолеты не смогли взлететь, так как повсюду на летном поле появились воронки.
Не успел враг прийти в себя после первого удара, как появились новые группы самолетов. Их вели подполковники Г. Г. Быстров и А. С. Мозговой. Второй налет был особенно удачным. Серии бомб, сброшенных по команде штурмана полка капитана Л. Н. Гордеева, точно накрыли цели. Враг недосчитался еще шестнадцати боевых машин.
Авиаторы понимали, как нужна их помощь наземным войскам, и вели боевые действия, невзирая ни на какие трудности. Каждый полет был подвигом. Сквозь туман и пургу летчики настойчиво пробивались к целям. С глубоким уважением вспоминаю храбрецов, которые в те дни выполняли боевые задачи,
Трудно было всем: и техникам, обслуживавшим боевые вылеты в пургу, и солдатам авиационного тыла, без устали расчищавшим аэродромы, в то время как вьюга наметала все новые и новые сугробы. Нельзя не вспомнить добрым словом людей, готовивших боевые самолеты к вылетам: техник-лейтенантов А. Д. Самаренко, В. Я. Бурбовского и многих других. "Тружениками авиации" называл своих подчиненных главный инженер 2-й воздушной армии инженер-полковник А. В. Винокуров. И я согласен с ним.
Особенно напряженная обстановка сложилась на фронте к 13 февраля. Сосредоточив до четырех танковых дивизий в районе Ризино, противник потеснил войска 6-й танковой армии. Немецкие танки подошли с юга к Лысянке. С севера туда же пытались прорваться и окруженные войска.
- Надо бросить все силы авиации на уничтожение танков! - приказал командующий войсками фронта, когда я был у него в кабинете. Затем добавил: Товарищ Сталин не доволен нашими действиями. По его мнению, войска и авиация плохо ведут борьбу с прорвавшейся к Лысянке танковой группировкой противника. Он подчеркнул, что для нас сейчас особую угрозу представляют не те вражеские войска, которые находятся в окружении, а те, которые стремятся прорвать внешний фронт.
Командующий посмотрел в окно. Молочно-белая пелена низких облаков сливалась с заснеженным полем.
- Кроме того, известно ли вам, - вновь начал Николай Федорович, - что представитель Ставки по авиации генерал Худяков отозван в Москву? Сюда вылетает командующий ВВС маршал авиации А. А. Новиков.
Конечно, услышать плохую оценку своей работы, да еще от Верховного Главнокомандующего, было не очень-то приятно.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54


А-П

П-Я