https://wodolei.ru/catalog/unitazy/Kerasan/retro/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Что там снаружи капитан?
- Ночь. Ночь над Америкой.
- Скоро тебя посадят капитан.
- Давно пора.
Когда я опять появился над Союзом, то удивился почему не стал спускаться.
- Эй, вы там, в чем дело?
- Ты меня слышишь, капитан?- раздался голос Андрей Павловича.
- Да.
- У нас неполадки, а системе автоматизации.
После этого раздалась глухая ругань, видно Андрей Павлович оторвался от микрофона и говорил присутствующим.
- Говорил вам ослы, нужно делать было ручную систему управления.
- Но это же уголовник, - возразил кто-то ему. - Он мог сделать непредсказуемые вещи и очутиться в любой стране.
- Сами вы идиоты, не могли додуматься до блокировки этой системы.
- Капитан, - опять донесся четкий Андрей Павловича, - на следующем витке что-нибудь сделаем. Полетай немного, посмотри на землю.
Я пролетел еще один виток и вдруг почувствовал, как корабль дернулся.
- Закрой шторку капитан, - раздался незнакомый голос, - и приготовься к спуску.
Меня понесло куда-то, легкое давление подсказало, что мчусь с приличной скоростью. Прошло некоторое время и вдруг рывок, я как повис в воздухе.
Страшный толчок обрушился на капсулу. Я чуть не вырвался из ремней. Потом произошел удар и все затихло. Кажется все, приехали.
Долго выпутывался из ремней и наконец освободившись, добрался до рычагов люка.
Когда люк съехал в сторону, снежный вихрь ворвался внутрь капсулы. С трудом перевалил через люк и провалился в глубокий снег. Кругом был снег, бесконечное море снега. Снег в воздухе, снег на земле.
Ветер доносит звуки двигателя машины. Я задвинул люк на капсуле и с трудом, ломая целину снега, двинул на звук.
Я стукнулся лбом о выступающие бревна строения. Идя по стенке добрался до ступенек крыльца. Дверь была открыта и я вошел в дом. В сенях отряхнул руками снег с костюма и вошел в горницу. У залепленного снегом окна сидели две женщины и с удивлением смотрели на меня.
- Вы кто? - спросила одна.
- Летчик. Я приземлился на парашюте, недалеко от сюда.
- У вас что, авария?
- Да.
- Наверно, нужно ваше командование предупредить, что вы здесь.
- Нужно.
- Вы погодите, я сейчас.
Молодая женщина подбежала к вешалке и стала одеваться.
- Колька, сейчас двигатель прогревает на вездеходе, поедет в Саклу. Пусть там передаст, что вы здесь.
Она убежала, а я выпив из ведра воды, сел на лавочку и задремал. Вернулась молодая и женщины стали мне что-то говорить, но я все больше и больше проваливался в глубокий сон.
Проснулся я от толчков, было светло, в окошко пробивались лучи солнца. Около меня стоял военный и теребил за плечо.
- Собирайтесь, товарищ...
- Капитан.
- Товарищ капитан, - сказал он с облегчением. - Машина пришла.
Я ничего не спрашивая, встал и не простившись с женщинами, вышел на улицу.
Солнце, отражаясь нестерпимым блеском в кристалликах снега, слепило глаза. На улице стоял бронетранспортер с прицепленным с сзади на трос газиком.
- Сюда, - сказал военный и показал на газик.
Мы поехали за бронетранспортером среди глыб вывороченного снега.
- Кто вы? - задал вопрос, сидящий напротив меня, полковник.
- Капитан Синицин.
- Из какой части?
- Не знаю.
- Как так? - он даже подскочил на месте.
- Так. Меня запустили на ракете, а потом сбросили неизвестно где.
Полковника понесло. Он признал меня шпионом, так как на мне необычный костюм.
Я обозвал его идиотом и кретином. Пришел старшина, здоровенный мужик, врезал мне несколько раз по морде и меня оттащили в какой-то кабинет, до приезда КГБешников. Где-то за стеной по телефону полковник радостно докладывал в районный центр о поимке шпиона.
Только через два дня меня освободили, а перед этим избили так, что я часов шесть был без сознания. Это следователь пытались выбить из меня признание, что я шпион разведки Моссад.
Привезли меня в центр, с желтым лицом и телом от синяков.
- Ну как дела шпион? - усмехнулся Андрей Павлович.
- Еще два дня и я признался бы, что разведчик.
- Что ж капитан. Свое слово мы сдержим, тебя выпустим после обследования. Ты выйдешь от сюда и навсегда забудешь, что ты здесь видел и где был. Даешь слово, что никому не скажешь?
- Даю. Только бы побыстрей убраться от сюда.
- Вот и хорошо. Алла Владимировна, - попросил Андрей Павлович в микрофон, - зайдите ко мне.
В кабинете появилась ухоженная Алла Владимировна.
- Берите своего подопечного. Полное обследование по всей форме и готовьте к выписке.
- Как к выписке? Совсем?
- Совсем, совсем. Как проверите, дайте пинка и пусть уматывается на все четыре стороны.
- Все поняла, Андрей Павлович.
Алла Владимировна делала примочки на мои синяки и ссадины.
- За что вас так?
- Из-за женщин. Я спустился на парашюте, встретил в степи красивую женщину. Завязался любовный треугольник и меня отделал мужик-ревнивец
- Ладно. Я все знаю. Тоже мне Донжуан.
После обследования меня ни куда не выпустили. Чувствовалась во всем здании нервозная обстановка. В мою комнатку, в сопровождении Аллы Васильевны, зашли два военных офицера, летчики.
- Мы к вам, Григорий Петрович. Это лейтенант Гагарин, это Титов. Они полетят тоже. Так же как и вы. Их интересуют некоторые вопросы. Андрей Петрович просил вас поговорить с ними.
- Лучше б Андрей Павлович сдерживал свое слово. Так что вам нужно ребята?
- Как там... на верху.
- Замечательно ребята. Самое важное, выдержать посадку, когда под вашей задницей грохнет взрыв.
- Григорий Павлович, не пугайте ребят, - не выдержала Алла Владимировна.
- Разве я что-нибудь сказал такое страшное. В общем мужики, при подъеме чувствуете себя как на самолете, когда входите в пике. Рожа чуть перекошена, но это пустяк, потом такое блаженство..., до идиотского взрыва под задницей.
- Григорий Павлович, опять...
- А как земля, космос? - задал вопрос Титов.
- Нормально. Земля голубая, а космос черт знает какой. Если бы он был черный, это было бы жутко, но на самом деле, там такое обилие светлых точек, что смотришь как на город в темноте.
- А вам не было страшно? - спросила на этот раз Алла Владимировна.
- Было. Когда какой-то умник сказал, что вырубил у меня ручное управление, чтобы я не сбежал на ракете за границу.
- Когда узнали об этом, что вы делали, как себя чувствовали? - спросил Гагарин.
- Чувствовал погано, но лучше всего когда попадаешь в такую ситуацию, крыть всех матом. Сделать-то ты всеравно ничего не сможешь, но зато им неприятно, а тебе легче.
- Ребята, - сказала Алла Владимировна, - вам пора.
- До свидания Григорий Павлович.
- Счастливо мужики. Чтоб вам сопутствовала удача.
Я плюнул три раза через левое плечо
Прошло уже четыре месяца, после моего полета. Меня уже давно кончили исследовать, но по-прежнему держали в городке.
В мою берлогу вдруг пришел генерал, который завербовал меня в эту авантюру.
- Здравствуй, Григорий Павлович. Принес тебе радостное известие, завтра тебя отпускают на свободу.
- Какое завтра число.
- 12 Апреля.
- Здорово вы тянули. Вы мне все выдадите, паспорт, деньги?
- А как же, Андрей Павлович приказал дать тебе денежное довольствие по полной форме, за все время, что ты был осужден и еще на три месяца вперед.
- Расщедрился как. Лучше б помог устроиться на работу. Мне с такой автобиографией даже в посудомойщики не поступить.
Генерал задумался. После минутного молчания, он спросил.
- А куда б, ты хотел идти?
- Я же ни чего, кроме как летать на самолетах не умею.
- Истребительная авиация для тебя отрезана, точно, но могу походатайствовать на вертолеты. Здесь под Москвой. Не против? Все-таки я у тебя в долгу.
- Ладно, хоть не подарок, но все же небо.
- Договорились. Я сегодня переговорю кое с кем, у нас же много идиотов и их надо еще уломать, а завтра тебе вместе с документами дадут и направление.
Утром, после завтрака, мне выдали деньги, документы и направление в воинскую часть. Я даже обалдел, вот уж не думал, что возьмут обратно в армию. Ай да генерал.
Только я вышел за проходную, как услышал сзади крик.
- Гриша. Григорий Павлович.
Ко мне от проходной, стуча каблучками, бежала Алла Владимировна.
- Григорий Павлович, - она схватила меня руками, - мы с вами не попрощались.
Она обняла меня и вдруг, заплакала.
- Григорий Павлович, вы все равно первый.
Ее голова восстановилась напротив моей. В глазах стояли слезы.
- Чего волноваться, первый..., второй... Меня отпустили, я свободен.
- Он... полетел.
- Кто?
- Гагарин.
- Вот почему меня держали долго у вас. Черт с ним, Алла Владимировна. Я теперь вольная птица. Слушайте, Алла Владимировна, бросьте на сегодня эту работу, пойдемте отпразднуем мою свободу.
- Хорошо. Подождите меня здесь. Не уходите ни куда. Я сейчас приду.
Она вышла без традиционного наутюженного халата и дурацкой шапочки и я ее не узнал. До чего же точеная фигура, черт возьми, говорят из золушки должна получиться королева, а вот из врачихи, чтоб вышла принцесса - это диво.
- Сейчас бы ни за что не поверил, что у вас двое детей и муж.
- Гриша, до чего у тебя дурацкий комплемент.
- Это природное. Когда мужчина видит красивую женщину, он глупеет. Ладно, вон подошел какой-то автобус. Он нам подойдет? Бежим.
Мы сидим в ресторане и жуем весенние дорогие салаты.
- Куда дальше Гриша?
- Андрей Павлович выбил мне работу в воинской части. Буду летать на тихоходах. А ты как?
- Никак, защищусь, буду кандидатом. Потом вырасту до доктора и буду стареть до конца жизни.
- Наверно, тяжело быть женщиной и доктором наук одновременно.
- Я как-то не задумывалась об этом, но наверно тяжело.
В этот момент раздался рев в ресторане. К нам подбежал официант.
- Слыхали. Наш, первый, в космосе. Гагариным зовут.
Он помчался к следующему столику.
- Вот и началось, - сказала Алла Владимировна. - Сейчас все сойдут с ума.
- Чего вы так переживаете? Это хорошо, что первый - наш. Радоваться надо.
- Хуже всего, когда ты знаешь правду и не имеешь право ее рассказать. Очередная тайна будет похоронена навсегда.
- Зачем ее знать. Бывший летчик, уголовник, вылетел в космос. Наша страна потеряет имидж, если все узнают об этом, а тут молодой парень с отличной биографией.
Алла Владимировна положила свою руку на мою.
- Гриша. Не уходи от меня. Мне кажется если мы потеряем друг друга сегодня, то уже ни когда в жизни не найдем.
- Давай, я устроюсь в части и ты переедешь ко мне.
- Ты мне делаешь предложение? Даже с двумя детьми?
- Что тут такого. Лучше скажи, как на это посмотрит твой муж?
- Никак. Он уже два года служит в Байконуре. Наши говорили, что он там завел себе семью. Слушай тебе не кажется, что мы ненормальные. О таких вещах, говорим как о чем-то обычном и ни капли эмоций.
- Давай их проявим.
Я наклонился к ее лицу и поцеловал в губы.
Подбежал официант.
- Все идут на улицу. Вы идете? Ресторан закрывается. Гагарин в космосе.
Прошло два года. Я служу на вертолетах и тоскую по МИГам. Иногда они сняться, особенно после встречи с Сережей.
Увидел я его в Москве, когда шел по Лубянке. Грязный мужик с взлохмаченными волосами и редкой бороденкой, прикрывающей шрамы подбородка, попался мне на встречу. Что-то знакомое бросилось в глаза.
- Сережа!
Он пристально смотрел на меня. Взгляд прояснился
- Командир. Уже майор.
Мы топтались друг перед другом и я все же обнял его.
Он сопел у моего уха.
- А меня ведь того... Комиссовали и никуда. Ребята писали, что и тебя тоже... посадили.
- Пойдем тяпнем по стаканчику.
Он оживился и повел к ближайшей забегаловке.
- Помнишь Люсю, - Сережа не поморщившись выпил стакан водки. - Так вот, мне написали ребята, она умерла.
- Как, убили?
- Нет, умерла. От туберкулеза легких. Пуля проклятая виновата. Я ведь твою историю знаю. А доктор, с водкой... Помнишь... Спился там. Его сюда списали, где-то растворился в стране.
Мне стало тоскливо от этого сообщения.
- Ты сейчас работаешь?
- Подрабатываю. Где могу. Сейчас в универмаге, грузчиком. А что с тобой произошло?
- Ничего. Оправдали.
- Я не сомневался, ты не был виноват. А я как напьюсь, так все вспоминаю небо, особенно там... Ты для всех и для меня был там первым, самым лучшим летчиком.
- Брось, Серега. Лучше давай еще выпьем.
Мы выпили две бутылки водки и я совсем не опьяневший поехал на вокзал.
К нам приезжают высокие гости. В части наводиться обычный армейский порядок. Подкрашивают тротуары, стволы деревьев. Мы готовимся во всю, подмазываем и вылизываем мат часть.
Часть выстраивается перед зданием штаба и вот, появляются гости. Впереди идет Гагарин, за ним свита военных, гражданских и репортеров.
Гагарин идет вдоль строя, распыляя улыбку во все стороны. Вдруг, он как подрубленный останавливается.
- Григорий Павлович!
Улыбка стирается с его лица. Он подходит ко мне и вдруг, обнимает.
- Я не знал, что вы здесь. Ни кто из окружающих ни когда не поймет, что я ваш должник и может быть на всю жизнь.
- Бросьте, товарищ майор. Лучше приходите ко мне домой вечерком, я вам сюрприз маленький приготовлю.
Несколько военных с удивлением смотрят на меня.
- Не могу, у меня жесткий график.
- Плюнь на все. Пойдем, хоть после этого представления.
Гагарин качает головой и вдруг, отчаянно махнув головой говорит.
- Через два часа, тебя начальство отпустит?
Я смотрю на своего полковника. Он ухмыльнулся.
- Что поделаешь. Иди, раз гость зовет.
Свита и Гагарин ушел. Меня окружает толпа своих товарищей и несколько репортеров.
- Товарищ майор, откуда вы знаете Гагарина?
- Знакомы по службе.
- Вы вместе служили?
- Нет. Встречались по делам.
На меня с усмешкой смотрит мой знакомый генерал, устроивший полет в космос, он задержался и оказался здесь.. Кивнув мне головой, как старому знакомому генерал пошел догонять свиту.
Часа через три, Гагарин и несколько человек приехали ко мне на квартиру. Я вызвал заранее по телефону жену из больницы и она кое-что приготовив, вышла его встречать.
- Здравствуй, Юра.
Он озадаченно смотрит на нее.
- Алла, Алла Владимировна. Вот это сюрприз. Ай да Григорий Павлович, ну удивил меня.
- Это еще ничего, - говорю я ему. - Смотри.
Из дверей высовываются две девочки, держа в руках, маленькое пищащее существо.
1 2 3 4 5


А-П

П-Я