https://wodolei.ru/catalog/accessories/Art-Max/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


OCR Тия
«Сотки мне мечту»: АСТ; Москва; 1999
ISBN 5-237-01698-7
Аннотация
Талантливая Кэтрин О`Мэлли хорошо знала, как нелегко приходится женщине, посвятившей себя искусству. И уж тем более не строила иллюзии в отношении мужской искренности. А потому и не верила в подлинность чувства молодого архитектора Адама Тормэна. Но Кет недооценила силу Адама – чем больше она сопротивлялась его неотразимым чарам, тем решительнее становился он. Страсть перевернула всю жизнь художницы – и, возможно, только покорившись этой силе, она сможет обрести долгожданное счастье…
Мэри Макгиннес
Сотки мне мечту
Глава 1
Прядь медно-рыжих волос упала Кэтрин О’Мэлли на глаза, когда она выкладывала в витрине серебряные украшения. Собрав длинные локоны в пучок, Кэт закрепила их заколкой на затылке и бросила взгляд на часы. До закрытия осталось всего тридцать минут.
Стояла типичная для Кливленда в марте холодная и хмурая погода. Обычно при этом галерея «Америкэн экспрешнз» не пустовала, но сейчас здесь находился только один посетитель.
Впервые после окончания школы искусств Кэтрин захотелось взять уголь и бумагу, но девушка только усмехнулась: «И почему у нас не было таких красивых натурщиков?»
Кэт вдруг стало жарко в этой просторной галерее, и она с грустью подумала, что это плата за безбрачную жизнь в ее двадцать три года.
Через стекло Кэт увидела мужчину, стоящего перед бронзовым настенным фонтаном в дальнем конце бывшего трамвайного депо. Прожекторы на потолке придавали особый блеск каштановым волосам незнакомца.
– Да повернись же, черт побери! – прошептала Кэт.
Ее здравый смысл боролся с ее же любопытством.
Любопытство предлагало спросить, не нужна ли посетителю помощь.
Здравый смысл напоминал, что назойливость служащей может отпугнуть покупателя.
Любопытство говорило, что один взгляд в лицо незнакомца не так уж и опасен.
Здравый смысл победил. Кэт наконец оторвала взгляд от загадочного незнакомца и закрыла витрину.
– Прошу прощения, – раздался низкий голос. – Не могли бы вы передать Лиссе, что с ней хочет поговорить Адам Тормэн?
Все еще находясь за стеклом, девушка улыбнулась. Это был он. Кэт спрятала счастливую улыбку за приветливым дежурным выражением и выпрямилась. У нее перехватило дыхание.
Удивительно, но мужчина оказался еще красивее, чем она ожидала. Взгляд Кэтрин скользнул по его волевому подбородку, выразительным губам, крупному носу с горбинкой и сиявшим глазам в обрамлении густых темных ресниц.
– Адам Тормэн к Лиссе Коуэн, – повторил мужчина, и веселые искорки мелькнули в его удивительных глазах.
Кровь бросилась в лицо Кэт от досады, что она совсем забыла про свои обязанности.
– Простите, я растерялась… У вас такие необычные глаза…
– Вы художник или знаток глаз?
От его улыбки сердце Кэт замерло.
– Нет. Я делаю гобелены. И меня порой вдохновляют самые непривлекательные вещи.
Похоже, ничего более глупого она не произносила с тех пор, как научилась говорить.
– Гобелены? Замечательно! Может быть, вы мне расскажете об одном из них?
Мистер Тормэн показал на многослойный гобелен, подвешенный к потолку на рейках и покачивающийся от сквозняка, гулявшего в старом здании. Четыре сотканных куска материи составляли единую композицию. Множество оттенков красного цвета, от алого до бледно-розового, были смешаны так умело, что казалось, будто над их головами развеваются языки настоящего пламени.
Улыбка исчезла с лица Кэт.
– К сожалению, экспонат не продается. Это собственность хозяйки галереи.
– Не важно, – ответил Тормэн. – Я не собираюсь его покупать. Мне нужно поговорить с художником о большом заказе.
– Очень жаль, но этот автор не работает на заказ. – Кэт невольно сжала ключи от замка на витрине. – Но в нашей галерее выставлено много прекрасных работ. Я уверена, что вы найдете того, кто заинтересуется вашим предложением.
– В работе этого художника есть что-то особенное. Может быть, Лисса использует свое влияние, чтобы уговорить его? – Он вдруг замолчал. – Кстати, а почему здесь нет таблички? Не правда ли, странно?
– Вовсе нет. Экспонат из коллекции Лиссы, а поскольку художник не работает на заказ, то нет необходимости упоминать ее имя.
– Ее? – Посетитель оживился. – Вы ее знаете?
– Да, знаю. – Кэт вздохнула. – Но не смогу уговорить принять ваше предложение.
– По крайней мере вы можете сказать, как называется эта работа?
Несколько секунд Кэт колебалась, затем все-таки ответила:
– «Проходя через пламя».
– Интересное название. Держу пари, что это очаровательная женщина.
Кэт грустно улыбнулась и покачала головой:
– Боюсь, самая обыкновенная. И совершенно не работает на заказ.
– Очень жаль. – Адам Тормэн задумчиво глядел на гобелен. – Очень эффектно! Но если вы уверены, что автор не станет со мной говорить, наверное, придется поискать кого-нибудь еще.
– Я думаю, Лисса поможет найти подходящего художника для вашего проекта, мистер Тормэн.
– Адам.
Кэт проигнорировала эту ремарку и вышла из-за витрины.
– Лисса в офисе.
Адам положил широкую ладонь на плечо Кэт и повернул ее лицом к себе.
– Ну так что?
– Что – «что»? – спросила она.
– На что могут вдохновить мои глаза?
Озорной огонек, блестевший в их янтарной глубине, говорил Кэт, что мужчина ее дразнит и получает от этого огромное удовольствие. «Ну если уж играть, то вдвоем», – решила девушка и окинула его оценивающим взглядом.
– Увы, я работаю только для женщин.
– Уверяю вас, я подходящий объект для вдохновения.
Кэт едва не рассмеялась, но невольно снова сосредоточилась на мерцающей глубине его глаз.
– Шелк, – мечтательно сказала она. – Да, я это вижу. Прекрасное платье из золотистого шелка. – И показала на своей фигуре контуры этого платья. – Думаю, что я пропущу через ткань тонкую металлическую нить, которая будет неуловимо просвечивать.
– Чтобы зажечь неуловимый блеск в моих глазах?
– В вас, мистер Тормэн, нет ничего неуловимого.
Они оба рассмеялись так, будто были знакомы несколько лет, а не несколько минут.
– Я бы хотел увидеть вас в таком платье, с волосами, распущенными по плечам.
Его взгляд и голос были как теплый мед. Кэт захотелось узнать, какие у него губы, каково их прикосновение к ее губам. Как ни странно, Адам Тормэн завладел ее мыслями.
– Если я когда-нибудь сделаю такое платье, то не для себя. Оно окажется в магазине или галерее, где продаются мои работы.
Кэтрин показала на витрину с шарфами, шалями и накидками из пышного мохера с такой замысловатой игрой цвета, что их немедленно хотелось потрогать. Адам подошел к витрине и погладил соблазнительно мягкий шарф.
– Вы настоящий мастер!
– А как же! – раздался голос сзади. – Только слишком упряма, чтобы признать это.
Они разом обернулись и увидели Лиссу Коуэн, хозяйку галереи.
Кэт в сотый раз захотелось быть высокой и стройной, а не тощей коротышкой, иметь прямые черные волосы вместо непослушных рыжих кудряшек и матовую кожу, а не усыпанную веснушками.
– Я вижу, вы уже познакомились. – И Лисса дружески обняла Адама.
– Официально – нет. Мы обсуждали проблему вдохновения.
– Тогда сделаем это официально. Кэт, это Адам Тормэн. Он архитектор в компании «Страутер, Дэй энд Янг». Адам, – продолжала хозяйка, – это Кэтрин О’Мэлли, моя ассистентка, прекрасная подруга, а в настоящее время – свободный художник.
– Очень приятно, Кэт.
Во время рукопожатия, которое длилось чуть дольше, чем полагается, тепло от его мозолистой ладони растеклось по ее руке. Кэт поняла, что краснеет. Еще бы! Этот человек заставил ее, деловую женщину, снова почувствовать себя школьницей.
Адам отпустил руку Кэт после нежного пожатия.
– Почему ты называешь подругу свободным художником? Ведь ты продаешь ее изделия в галерее, – спросил он у Лиссы.
– Они очень милые и пользуются спросом, но Кэт способна на большее, – фыркнула Лисса.
– Старая история. – Кэт не могла скрыть раздражения. – Это никого не интересует!
– Меня интересует, – возразил Адам. – Мне нравится игра цвета и ощущение легкости в ваших работах. Вы делаете что-нибудь, кроме одежды?
– Нет.
– Да!
Кэт и Лисса ответили одновременно и обменялись выразительными взглядами.
– Простите, если я проигнорирую ваши ответы и объясню, почему задал такой вопрос. – Адам повернулся к Лиссе. – Я вхожу в группу, которая работает в новой штаб-квартире «Интертеч интернэшнл». Правление компании решило использовать работы местных художников для оформления интерьеров.
– Замечательно! – Лисса бросила вызывающий взгляд на подругу.
– Мы тоже так думаем, – согласился Адам. – Люди со всего мира будут приезжать в «Интертеч», поэтому отборочная комиссия хочет получить произведения высшего класса.
– Вы пришли как раз по адресу, – заметила Кэт. – Лисса представляет лучших художников и ювелиров в городе. У вас будет единственная проблема – выбирать из множества талантливых людей.
– С такой проблемой жить можно, – заверил ее Тормэн. – Я посмотрел галерею, но мне нужна информация.
– Конечно. – Лисса обернулась к Кэт: – Покажи галерею Адаму. Он объяснит, что его интересует, ты расскажешь о том, чего нет на витринах, я же пока оформлю счета.
– Может быть, ты, Лисса? Ты ведь знаешь художников лучше, чем я.
– У меня есть идея, – сказал Адам. – Мы с Кэт обойдем галерею и составим список. А затем втроем все обсудим за ужином.
Кэтрин стиснула зубы, чтобы не показать свою радость, хотя на груди Адама, казалось, так и красуется табличка с надписью: «Осторожно! Ваша решимость избежать близости подвергается риску!»
– Это мой излюбленный способ решать вопросы, – ответила Лисса. – Как насчет «Пьетро»?
– Я хотела бы пойти с вами, – сказала Кэт, стараясь говорить с искренним сожалением, – но у меня уже есть планы на вечер.
Лисса посмотрела на нее с удивлением:
– Ты имеешь в виду премьеру нового шоу?
– Пойдемте с нами, – попросил Адам. – Я хочу услышать, почему Лисса считает вас художником, а вы себя – нет.
– Это скучная история. И я не хочу говорить об этом с посторонним человеком.
Адам только усмехнулся:
– Пойдемте, Кэт. После бокала вина мы уже не будем чужими друг для друга.
– Но и не станем после бокала вина близкими друзьями.
– Это зависит от вина, – улыбнулся ей Адам.
Кэт старалась выглядеть равнодушной, но не смогла удержаться от улыбки.
Лисса забарабанила по стеклу ногтями.
– За это время вы бы уже прошли половину галереи.
Кэт пожала плечами в знак подчинения и ушла за ручкой и блокнотом.
– Чем она занимается? – спросил Адам.
Лисса показала на пламенеющий гобелен, подвешенный к своду:
– Вот одна из ее работ.
– Вы что, издеваетесь?! – Адам присвистнул. – Я спрашивал ее об этом. Сказал, что хочу поговорить с этим художником насчет крупного заказа.
– И Кэтрин ответила, что автор больше не работает на заказ.
– Точно! – Адам оглядел галерею. – У тебя есть еще что-нибудь из ее изделий, кроме одежды?
– Только слайды и воспоминания. Все остальное продано. – Лисса вздохнула. – Я оставила этот гобелен, потому что не могу получить от нее ничего другого.
Адам не мог оторвать глаз от гобелена.
– Не могу тебя за это упрекнуть – он великолепен! Но почему только один?
– Потому что Кэтрин действительно больше не работает на заказ. Это была ее последняя большая работа, перед тем как она окончила школу искусств и отказалась от стипендии для продолжения учебы в Европе. У Кэт умерла мать, и ей теперь приходится заботиться об отце.
– Тяжелый случай. Он, должно быть, серьезно болен?
Лисса сардонически усмехнулась:
– О! Еще как! Помешан на музыке и страдает аллергией на чувство ответственности.
Кэт взяла ручку и блокнот. Выходя из офиса, она на мгновение увидела свое отражение в зеркале и с трудом поборола желание поправить прическу и подкрасить губы. Девушка напомнила себе, что ей нужно проявить сдержанность и только показать экспонаты.
Кэт вернулась к Адаму и Лиссе. Подчеркнуто равнодушные лица выдавали их: друзья говорили о ней.
– Так, значит, это была ваша работа? – Адам приподнял брови. – Я потрясен!
– Воспоминание о юности, – ответила Кэт. – Когда учишься, хочешь потрясти мир. А потом сталкиваешься с реальностью, становишься взрослее, опытнее…
– Послушай, старушка, я на восемь лет тебя старше, но не собираюсь хоронить себя раньше времени. – Лисса была в гневе. Она чертыхнулась и царственной походкой направилась в офис. Затем остановилась и бросила им: – Счастливо оставаться. Через двадцать минут я вернусь, чтобы поздравить оставшегося в живых.
Кэт приготовила ручку и посмотрела на Адама:
– Итак, что вас интересует, мистер Тормэн?
– Адам, – напомнил он.
Кэт строго постучала ручкой по блокноту.
– Меня интересует многое. – Он лениво улыбнулся. – Ужин при свечах, прогулки по лесу, вечер у камина… Остановите меня, когда вам что-нибудь понравится.
Боже! Она согласилась бы на все! Сердце Кэт готово было выскочить из груди. Она представила себе прогулку с Адамом по зимнему лесу: они сидят на поваленном дереве, он прижимает ее к себе. Она смотрит в его страстные глаза, Адам наклоняется, чтобы поцеловать ее…
– Ничего из этого мне не нравится, мистер Тормэн.
Кэт выставила перед собой блокнот, как щит.
– Черт побери! Вам просто нет равных! – воскликнул он с восхищением. – Как умело вы отметаете все, чего не желаете слышать!
– Мы, кажется, не очень-то преуспели в осмотре галереи.
Кэт говорила подчеркнуто строго, как воспитательница детского сада с очень непослушным ребенком.
– Мисс О’Мэлли, вы очень настойчивая женщина. – Адам вздохнул. – Я сдаюсь.
– Отлично!
– На какое-то время.
Не обращая внимания на последнее замечание, она направилась к настенному фонтану, который Адам рассматривал раньше.
– Вам это, кажется, понравилось?
– Мне нравится, как этот художник работает с металлом. Вам не кажется, что бронзовая и стальная скульптуры сделают атмосферу в зале заседаний правления слишком холодной?
– Совсем не обязательно. Это зависит от размера помещения, точки обзора, освещения – от самых разных факторов.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15


А-П

П-Я