https://wodolei.ru/catalog/smesiteli/v-stile-retro/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Возвратясь в дом, они прошли в гостиную первого этажа и уселись под зажженной лампой.
- Вы могли убедиться, что речь идет не об оптическом обмане, комиссар.
- Я заметил и скажу, что, по моему мнению, ночным гостем является некто, кого мы оба хорошо знаем. Речь идет о мужчине достаточно высокого роста, в темном плаще и черной шляпе...
- Мой тесть, - заключил инженер, понизив голос.
- Вот именно. И я спрашиваю себя, что он делает ночью в парке?
- Может быть, он приходит из-за ностальгии по тем местам, где прожил столько лет, - сказал инженер. - По крайней мере, его не привлекло бы сюда что-то другое...
- В течение трех лет он имел достаточно времени для прогулок в парке, сказал Сканкалепре. - Если он сюда возвращается, значит, на то есть причина.
На следующее утро инженер и комиссар в ранний час спустились в сад и начали с посещения оранжереи. Затем они углубились в парк. На небольших утоптанных дорожках они не обнаружили ни одного отпечатка ноги. Возле подъезда и повсюду вокруг старого каретного сарая они не нашли ничего подозрительного. В сарае ключ, покрытый паутиной, по-прежнему был на месте. Они обстоятельно осмотрели ворота, признав, что если бы кто-то их открывал, то на земле остался бы полукруглый след. Оставалась лишь гипотеза о возможности перелезть через решетку или одну из двух стен, окружавших парк. В этом случае ночной посетитель должен был прийти с одной из соседних вилл.
В то время как Сканкалепре исследовал участок, словно старый охотник сиу, инженер осматривал наполовину завалившийся сарай. Видно было, что место это предназначалось лет пятьдесят назад для того, чтобы служить конюшней для двух-трех лошадей и пары карет. На верхнем этаже располагались две комнатки, уже без ставен на окнах. Инженера Фумагалли неожиданно посетила мысль, что это сооружение после легкой перестройки можно использовать как гараж для автомобиля. Перед сараем открывался круглый дворик, превратившийся теперь в луг. Дворик был разделен надвое дорожкой, которая вела от подъезда до середины парка, где раздваивалась на меньшие тропинки. Одним взглядом инженер оценил объем работ, к которым, впрочем, он прибавил укрепление проезда между подъездом и двориком. Что касается дворика, он думал, что под черноземом, на котором возник лужок, имелось твердое покрытие. Чтобы убедиться в этом, он взял в сарае мотыгу и стал наугад взрыхлять землю. Почти тотчас показались круглые плиты твердого настила, еще влажные от длительного пребывания под землей. Сканкалепре, который к тому времени завершил свой обход, с удивлением приблизился к инженеру:
- Какого черта вы тут хотите выкопать, "инженер?
- Хочу посмотреть, есть ли мощеный настил под травой. Как видите, мне будет достаточно немного приподнять площадку этого дворика, чтобы иметь свободное пространство, которое не будет утопать в грязи при дожде. Дело в том, что я хочу устроить гараж в этом сарае. Неплохая идея, не правда ли?
- Превосходная, - незамедлительно согласился комиссар.
Ранним утром, спустя несколько дней, Деметрио зашел в кабинет инженера и, закрыв за собой дверь, рассказал ему, что в последние дни он стал замечать вскопанные участки на лугу перед каретным сараем и нашел мотыгу, прислоненную к внешней стороне стены, тогда как обычно она находилась внутри вместе с другим инвентарем.
Инженер не прерывал его, и Деметрио с видом сделавшего Бог знает какое открытие заявил, что подозревает вторжение в парк и что он две ночи подряд производил проверку в разное время. В первый вечер он отметил присутствие человека около сарая. Не найдя в себе смелости приблизиться к нему, он ретировался в направлении оранжереи. Но, к ужасу своему, заметив, что тень направилась к нему, спрятался за стволом магнолии. Уголком глаза он видел, как человек вошел в оранжерею: его выдавал свет электрического фонаря, зажигавшийся время от времени. Оставаясь неподвижным на протяжении доброй четверти часа, садовник смог увидеть, как тень удалилась в направлении каретного сарая. В конце концов он вернулся во двор, вышел через подъезд на улицу Ламберти и отправился к себе домой. В другой вечер он видел тень возле решетчатой калитки, обращенную к внешней стороне ограды, словно она кого-то ожидала, но, прежде чем она двинулась с места, он предпочел удалиться.
- Вы хорошо сделали, что предупредили меня, - сказал ему инженер. - Я тоже заметил, что по ночам кто-то прогуливается по парку. Но будьте уверены, через ночь-другую мы схватим за руку этого типа.
- Я не хотел бы, чтобы вы подумали, будто я намекаю на что-то... - добавил садовник, уже намереваясь уходить, - но у меня подозрение...
- Вам кажется, вы узнали эту тень?
- Думаю, да.
Инженер не пожелал больше ничего знать и ограничился тем, что сделал тому знак молчать, многозначительно приложив к губам указательный палец.
Когда об открытии садовника был проинформирован Сканкалепре, он решил устроить в парке засаду в первую же ночь при полной луне.
Понадобилась еще неделя, чтобы выбрать подходящий момент, когда новая луна в осеннем небе появилась в виде изящной запятой молочного цвета. Инженер Фумагалли не хотел откладывать работы по гаражу; на следующий день он привел двух каменщиков. Были разгружены три грузовика с гравием, затем перешли к очистке двора от травяного покрова.
Засада была назначена на ночь, предшествующую полнолунию. Сканкалепре был совершенно уверен в успехе. В удобный вечер комиссар был приглашен на обед для того, чтобы никто не видел его входящим ночью на виллу.
За столом царило гнетущее молчание. Синьора Эмилия также казалась не слишком многословной, хотя и не была введена в курс всего дела. И напрасно комиссар Сканкалепре пытался вызвать улыбки несколькими добрыми неаполитанскими историями.
Чтобы синьора могла уснуть, ей сказали, что в этот вечер они сделают попытку определить только, с какой стороны приходит визитер. Поимка его произойдет другим разом. Тереза, которая прислуживала за столом, тоже была встревожена, но, как и все, надеялась на скорую и, может быть, комичную развязку этой загадочной истории. В десять часов Эмилия ушла в свою комнату. Ей посоветовали погасить свет и не включать его, пока не вернется муж.
Ровно в одиннадцать часов Сканкалепре находился с внутренней стороны подъезда улицы Ламберти и напрягал слух. Услышав легкий стук, он бесшумно приоткрыл маленькую дверь и впустил одного из своих агентов, Сальваторе Пулито, молодого атлета, способного справиться с любым преступником.
Была половина двенадцатого, когда они вышли и цепочкой спустились в парк. Луна светила так, что тени были почти совершенно четкими. Избегая центральной дорожки и двигаясь под стеной ограды, общей с виллой Сормани, все трое приблизились к каретному сараю. Пулито оставили на посту за стойкой ворот, полностью скрытым, чтобы воспрепятствовать побегу ночного гостя. Сканкалепре и инженер скрючились между низкими ветвями огромной ели, готовые наскочить на тень, как только она появится во дворе, чтобы перейти затем на тропинку, ведущую в глубь парка и к оранжерее.
Примерно через четверть часа оба они услышали легкий шум, как если бы кто-то спрыгнул с вершины стены со стороны виллы Сормани, в месте, где была решетка.
"Вот, значит, где он заходит", - подумал комиссар, считая себя идиотом, что раньше не сообразил этого. Прошло еще немного времени, показавшегося вечностью, прежде чем тень возникла на краю маленькой лужайки около сарая. Темный силуэт находился в неосвещенной зоне и не шевелился, словно свет, которым луна заливала лужайку, вызывал у него робость. Полночь еще не наступила, и визитер мог заблаговременно - продумать свое обычное расписание и принюхаться к окружающему. Спустя несколько минут он вновь ожил и пошел через луг, наполовину уже вышедший из тени, направляясь прямо к сараю. На мгновение он остановился перед воротами, затем проник внутрь. Все еще восседая среди еловых ветвей, двое мужчин теряли терпение. Инженер прошептал на ухо комиссару:
- Запрем его внутри.
- Нет. Нужно подождать, пока он выйдет, - отвечал авторитетно Сканкалепре.
Ожидание затягивалось. Прошло с полчаса, а тень не показывалась и не было слышно ни малейшего шума.
- Вот увидите, мы валяем дурака, - снова заговорил инженер на ухо комиссару. - Этот жалкий бес - какой-то нищий, который приходит ночевать на соломе в сарае.
Перед тем как улечься, он должен иногда прогуляться по парку.
Сканкалепре продолжал молчать. Он, казалось, намеревался так и оставаться б здесь в ожидании, постоянно держа в поле зрения порог сарая. Но в конце концов ему это надоело, и он предложил инженеру пройтись в открытую в лунном свете до другого края дворика и вернуться затем в свое укрытие по тому же пути. Это могло бы заставить тень немного поволноваться. Радуясь возможности предпринять какое-то действие, инженер подчинился. Он вышел на свет и тяжелым шагом пересек луг в направлении решетки. Проделав половину пути, он сделал короткую остановку, затем возобновил движение, немного, однако, приблизившись к входу в сарай, чтобы расслышать, если оттуда раздастся какой-либо шум или другой признак жизни. Он уже миновал сарай, держась от него на расстоянии трех-четырех метров, и направился к дереву, где его ожидал Сканкалепре, когда услышал позади себя быстрые шаги. Не успев обернуться назад, он увидел из-за ели две вспышки и услыхал два выстрела. Пронзительный крик разорвал тишину, донесшись издалека, со стороны дома. Инстинктивно он бросился на землю. Он слышал бег, затем голос комиссара, звавшего Пулито, и в неожиданной тишине еще один револьверный выстрел.
Когда он приподнялся, комиссар и инспектор Пулито, считавшие его раненным, взяли его под руки. Инженер хотел узнать, что же произошло, но Сканкалепре поторопил его к дому. Они бегом преодолели лестницу и поспешно прошли внутрь дома. Инженер узнал голос жены в том крике; она, должно быть, слышала выстрелы, находясь на балконе. В самом деле, синьора Эмилия была уже в прихожей, бледная и взволнованная. Увидев мужа, она вновь обрела бодрость, но, несмотря на все увещевания вернуться в постель, захотела немедленно узнать, что случилось.
Единственным, кто что-то видел, был Сканкалепре, который, однако, совсем не имел намерения пускаться в объяснения. Он рассказал лишь, что, наблюдая за инженером, который возвращался через луг, он заметил, как на пороге сарая показалась тень. Молниеносно она бросилась на инженера, занеся тяжелую дубину. Комиссар незамедлительно выстрелил в воздух, чем и остановил угрожающее движение незнакомца, который своим оружием наверняка расколол бы череп Фумагалли. Не бросая своего инструмента, тень побежала в направлении виллы Сормани. Спустя несколько мгновений комиссар произвел еще один выстрел из револьвера в этом направлении, но безрезультатно. Затем он подбежал, чтобы поднять инженера, переживая, не достигла ли все-таки своей цели дубина незнакомца.
Едва закончив свой краткий отчет, Сканкалепре поспешно ушел, забрав с собой Пулито, и, не теряя времени, устремился на площадь с целью осмотреть окна адвоката Эзенгрини. В окне третьего этажа, над кабинетом, в квартире, где одиноко проживал адвокат, как раз только что зажегся свет.
Комиссар нажал на кнопку звонка, затем проговорил свое имя в решеточку микрофона переговорного устройства и почти тотчас же услышал, как открылся автоматический замок. Оставив внизу инспектора, он поднялся наверх и позвонил в дверь квартиры. Адвокат открыл, не заставив его ожидать. Он был в пижаме и в домашнем халате. Пересекая прихожую, чтобы пройти в гостиную, Сканкалепре заметил зажженный светильник на ночном столике и брошенную на пол газету. Тем временем адвокат уселся в кресло и пригласил своего посетителя сделать то же, словно речь шла о совершенно нормальном визите среди белого дня.
- Я пришел, - начал Сканкалепре, немного смущенный, - в столь поздний час и немного бесцеремонным образом, чтобы избавиться от сомнений. Метр, мне рассказывали, что время от времени кто-то по ночам вторгается на виллу вашей дочери. Так как речь идет не о грабителе, я подумал, что этим посетителем могли быть вы... Я как-то знал человека, который страдал бессонницей и, чтобы скоротать ночь, прогуливался в чужом саду, пока в один прекрасный день он не получил пулю из ружья сторожа. Ведь могло быть так, что, поскольку вы имеете ключ от калитки в решетчатой ограде, вы туда приходили иногда? Может быть, чтобы снова почувствовать себя хозяином виллы...
- Дорогой комиссар, - отвечал адвокат, принимая более удобное положение в кресле, - мне понятны ваши сомнения и подозрения. Я понимаю и то, что вы обязаны были прийти по поводу моего заявления относительно отказа от моей части супружеской собственности. Исчезновение моей жены интересует, кроме меня, полицию, прокуратуру, общественное мнение... Прошло три года, и как раз теперь все начинают спрашивать себя, как могло так случиться, что за все это время моя жена ни разу не подала признаков жизни. Я также передумал все, что могло прийти на ум, хотя у меня другое мнение. Можете спокойно исключить меня из списка возможных убийц, если вообще был убийца. Итак, я очень хорошо понимаю причину вашего визита в час ночи.
Комиссар Сканкалепре казался удовлетворенным. Он поднялся и откланялся. Когда адвокат провожал его до двери, он заметил в нише для зонтиков массивную дубинку из вишневого дерева с рукояткой в виде рога: очень солидный инструмент, с помощью которого можно было уложить на месте быка. Он на мгновение остановился, извлек дубинку из ниши, прикинул ее вес, испытал в качестве трости и кончил тем, что размахнулся ею, взявшись возле самого железного наконечника. Адвокат спокойно наблюдал за ним.
- Прекрасная дубинка, - заключил Сканкалепре.
- Я беру ее с собой, когда выхожу по вечерам, - объяснил адвокат. - Она принадлежала моему отцу: ствол вишневый, а рукоять из оленьего рога.
Сканкалепре поставил дубинку на место, попрощался, еще раз извинившись, и ушел.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12


А-П

П-Я