https://wodolei.ru/catalog/dushevie_kabini/80x80/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Он потрясающий!
Мужское обаяние Геры буквально валило с ног все женское население в радиусе ста метров.
— Но будь внимательна, наверняка у такого мужчины целый гарем любовниц.
— Ну и что! — беззаботно откликнулась Аня. — Главное, что женится-то он на мне.
Подруги переглянулись. Насколько они знали характер Ани, судьба Герасима отныне была решена. Либо он отправится под венец с Анькой, либо ему сильно придется пожалеть о том, что он с ней вообще встретился. Если бы подруги знали, насколько они окажутся правы, они бы за головы схватились.
Но, как говорится, меньше знаешь, крепче спишь. И в этот вечер подруги мирно простились друг с другом. И поймав такси, разъехались по домам.

Глава вторая

В следующий раз они встретились уже на дне рождения у Ани. Как она и предполагала, гости съехались из разных уголков города. А некоторые, к примеру Анина тетя Вера, приехала даже из Токсово, а ее сын и, следовательно, Анин двоюродный брат с семьей из Кузьмолово. Как и ожидалось, все гости были в первый момент потрясены выбором ресторана и его интерьером. Некоторые из слабонервных даже попытались удрать. Но от Ани, когда она была в ударе, еще никто не уходил.
Так что гостям пришлось смириться с причудой именинницы, вручить ей огромные охапки обожаемых ею роз в хрустких обертках, завернутые в яркие упаковки подарки и рассесться за длинным столом, который стоял как раз напротив гильотины, то есть в самом лучшем месте ресторана.
— Какой кошмар! — прошептала простодушная тетя Вера, старательно глотая сердечные таблетки. — У меня кусок в горло не полезет рядом с этой штукой.
— Интересно, а она настоящая? — поинтересовался ее муж — дядя Гриша.
— Гриша! Замолчи!
— Нет, а что такого? По-моему, забавная штукенция. А если она еще и работает, то…
— Все садимся! — поспешила перебить бестактного мужика Анина мама, видя, что ее сестра сейчас хлопнется в обморок. — Аня, за тебя тост! Будь счастлива, доченька!
— Будь счастлива! — нестройным хором откликнулись остальные гости.
И если интерьер ресторана не всем пришелся по вкусу, то этого никак нельзя было сказать о выставленных на стол блюдах и закусках. Повар ресторана превзошел самого себя. Ни одно блюдо не было подано без украшения. Была даже пресловутая голова дракона. Она представляла из себя кусок телятины, так мастерски декорированный под зубастое чудище, что гости долгое время не решались ткнуть в нее вилкой или коснуться ножом.
Безусловно, тут тоже не обошлось без Герасима, который сел за стол возле Аньки и всячески пытался ей угодить, то подливая ее любимого шипучего шампанского в мелких веселых пузырьках, то предлагая кусочек красной замаринованной в вине рыбки, то разыскивая по ее капризу какой-то особый соус к этой самой рыбке.
— Можно предположить, что нас скоро ожидает еще одно торжество? — попыталась пошутить Инна, когда Гера ненадолго исчез. — Свадьбу будете праздновать тоже тут?
К ее удивлению, Аня шутки не поняла и ответила вполне серьезно.
— Нет, думаю, что мы выберем другой ресторан. Для свадьбы тут все же мрачновато.
— А на мой взгляд, в самый раз будет! — буркнула Мариша, которую не оставляло ощущение неясного беспокойства.
Хотя чего бы ей беспокоиться? Вроде бы первый шок у гостей прошел. Они выпили, разговорились. Ссориться пока никто не собирался, у всех хватало и других развлечений. И все равно противное чувство никуда не девалось. Грызло и грызло, проклятое. Чтобы немного снять напряжение, Мариша лихо опрокинула в себя рюмку водки, которую налил ей какой-то очередной родственник Аньки.
Вообще же за столом наблюдалось явное несоответствие мужчин и женщин. Если кто думает, что мужчин было больше, то тот здорово ошибается. Честно говоря, их было всего четверо. Пятеро, если с Герой. И шестеро, если приплюсовать еще двенадцатилетнего Анькиного племянника.
— Смотри, что получается, — наклонилась к Марише в этот момент Инна. — Пять с половиной мужчин и одиннадцать женщин. Это ужас, что такое!
— Что же ты сына и мужа с собой не взяла, чтобы разбавить это бабское царство?
Инна помрачнела. Как оказалось, с мужем она была в очередной ссоре. И если в начале их супружества эти ссоры были короткими, но страстными, то с течением времени они становились все более и более затяжными, принимая прямо-таки хронический характер.
— У меня в юности был гастрит, — угрюмо поделилась Инна с подругой.
Мариша с тревогой окинула стол, уставленный отменными яствами. Что из предложенного вызвало у Инны новый приступ?
— Ты не поняла, — покачала головой Инна. — У меня в юности был жуткий приступ, я думала, загнусь. Он прошел, но зато потом и даже теперь регулярно возникают не острые, но противные боли в области желудка. Вот так и наши ссоры с Бритым. Сначала был приступ, но была и надежда, что это лишь досадный эпизод. А потом все постепенно приобрело затяжной характер. Вроде бы и не так больно, но точно знаешь, что это уже не вылечишь.
— Что-то мне твое настроение не нравится!
— И самое неприятное, что сын и няня приняли сторону мужа!
— Безобразие!
— И удрали от меня на дачу!
— Так ведь лето?
— А меня оставили в городе.
Инна чуть не плакала.
— Эй, не кисни! У нас же праздник! — затормошила ее Мариша. — Ты это помнишь?
— Мне кажется, что Ане не следует связываться с этим Герой, — угрюмо произнесла Инна.
— Это еще почему?
— Не потянет она такого красавца! За ним баб целый полк.
Схожие мысли высказала и тетя Вера:
— Ой, нашла себе Анька на свою голову кавалера!
— А что?
— Шебутной он. И бабник!
— Тетя Вера!
— Бабник! Бабник! Видела я, как на него белобрысая официантка в подсобке вешалась! И красавица! Не чета нашей Аньке.
Мариша оставила вопрос о том, что сама тетя Вера делала в подсобке. И сосредоточилась на другом.
— Чем это Аня плоха? — обиделась она за подругу.
— Не плоха, да только и в юности красавицей не была, а теперь уж…
И тетя Вера обреченно махнула рукой, показывая, что кого-кого, а ее-то не обманешь. И сколько лет ее единственной племяннице она отлично помнит. А также помнит и про ее взрывной темперамент, полное отсутствие кулинарных талантов и неумение признаваться в своих ошибках.
— Характер у нее не сахар! Да и не девочка уже, — вынесла вердикт тетя Вера.
— А та что, девочка?
— О!
В глазах тети Веры загорелся непонятный восторг.
— Ноги, как теперь говорят, от ушей! Сама, как есть, блондинка. Румянец во всю щеку. Глаза огромные, а уж фигура… Чисто лебедь! Вот сейчас с подносом в зале появится, так я тебе ее сразу же покажу.
И точно, не успела Мариша сделать глоток сока, как тетя Вера ощутимо пихнула ее сухоньким кулачком в бок.
— Вон она!
Мариша только глянула, и у нее внутри зашевелилось скверное чувство ревности. Эта девушка в самом деле была хороша. Необыкновенно хороша, сказочно и фантастически. Фигура, ноги, лицо и походка. Все как описала тетя Вера, и даже прекраснее. Но при всем при этом девушка казалась какой-то нереальной. Слишком красивой для этого грешного мира.
Марише как-то довелось посетить крохотный греческий остров, на котором был совсем уж крохотный музей. И там, в этом музее стояли две мужские бронзовые статуи, выполненные в полный рост. Нашли их на дне моря, неподалеку от побережья острова. Отлили их древние греки в момент наивысшего расцвета своей цивилизации.
Так вот, эти бронзовые мужчины были как боги. Прекрасные и недоступные. Мариша замерла перед ними надолго, не в силах понять, чем так привлекли ее их бронзовые тела. Она была потрясена, ошеломлена и безмолвна. У нее просто не находилось слов. Это была красота в чистом виде. Нереальная, нечеловеческая, божественная.
Мариша стояла перед статуями чуть ли не целый час. За это время ее группа успела обойти весь музей и даже остров. А Мариша все пыталась проникнуть в загадку чар этих статуй. И наконец она поняла. Они были вполне реальны, но их красота была нечеловеческой.
Слишком узкие бедра, слишком мощный брюшной пресс, таких мышц в организме нормального человека просто не может быть. У них отсутствовал копчик и линия позвоночника без малейшего препятствия невыразимо плавным изгибом стекала в складку ягодиц. Волосы, которые курчавились на головах и лицах мужчин, были нереально густыми даже для помешанных на собственном физическом здоровье древних греков. Ноги были слишком длинными, а плечи широкими. Ложбинка между мышцами груди была такой глубокой, какой никогда не бывает у настоящего человека.
И именно поэтому эти мужчины были великолепны, от них буквально невозможно было отвести взгляд. Они зачаровывали и приковывали к себе.
Сейчас, глядя на официантку, двигающуюся по залу с подносом на уровне плеч, Мариша поймала себя на мысли, что невольно вспоминает тех бронзовых красавцев. Почему? Да по той же самой причине! Не может быть у обычной женщины такого глубокого выразительного разреза глаз. Не бывает такой тонкой талии при таких пышных бедрах в форме античной амфоры. И не бывает такой кожи. Ослепительно белоснежной и при этом сияющей. И уж конечно, не бывает блондинок, у которых были бы угольно-черные ресницы, брови и такие же сверкающие черные обсидиановые глаза.
— Что за черт? — прошептала про себя Мариша свое излюбленное выражение. — Откуда взялась эта девица? Из другого измерения?
— Теперь видишь, какова краля!
Тетка Вера прямо лучилась странным восторгом.
— Хороша?
— Не то слово! — вырвалось у Мариши.
Красотка и в самом деле была не чета любой из присутствующих в зале женщин. А тут были и действительно красивые дамы. Но их красота меркла, едва официантка приближалась к их столику.
— И эта девушка висла на Герасиме?
— Она самая! — удовлетворенно кивнула тетка Вера, которая обожала сплетни и скандалы, хотя и производила впечатление сугубо мирного незлобивого существа. — А ты бы слышала, что она ему говорила! Как думаешь, Аньке стоит об этом доложить?
Глаза тетки Веры блеснули. Мариша придерживалась той точки зрения, что это совершенно лишняя для Ани информация.
— Ведь это девушка висла на Гере, а не наоборот, — сказала она в оправдание своей позиции. — Если бы это он клялся ей в любви, тогда, конечно. А так…
— А кто тебе сказал, что она ему в любви клялась?
— Разве нет? Я с ваших слов так поняла.
— Совсем даже напротив.
— Как это?
— Убить его грозилась!
Тетка Вера трагически понизила голос и выразительно закивала в ответ на изумленный Маришин взгляд.
— За что?
— За измену, что же тут непонятного? За что еще женщина убить может?
На взгляд Мариши, женщина может убить за многое. Но все равно Мариша заволновалась.
— А что она говорила?
— Не помню.
— Тетя Вера! На кону счастье вашей племянницы.
— Не пара он ей! Пусть его эта девка убивает. Значит, есть за что!
— Тетя Вера!
— Ну, да ладно! — смилостивилась Анькина тетка. — Так и быть, расскажу тебе. Изменил он им.
— Кому?
Тетка Вера не колебалась с вердиктом.
— Ей и дитю ихнему!
— Ой! — схватилась за свою пышную грудь Мариша. — Ой!
— Точно тебе говорю! Дите у него имеется. От этой самой девицы. Она его, парня этого, в угол затерла и говорит ему этак холодно, ты, мол, нас предал. И теперь смерть тебе за это полагается. Через самый верный способ — отделение головы от тела.
— Чего? Голову она ему отрубит?
— Грозилась так!
Тетка Вера прямо сияла в предвкушении грядущего скандала. И внезапно Мариша четко поняла, кто был зачинщиком всех ссор и драк на прошлых днях рождения ее дорогой подруги. Конечно же, всегда заводилой была тетка Вера. Вот ведь тихий веник! Прикидывается тетушка безнадежно больной. Уже лет двадцать, как у нее и инфаркт, и аритмия, и печень, и булыжники в почках, и даже, извините за выражение, геморрой в разгаре. А все не помирает! Другой бы человек и с одним диагнозом в гробу оказался. А тетке Вере все нипочем. Живет себе и людям жизнь портит.
— Слушайте, тетя Вера! — жарко зашептала Мариша. — Вы мне тут день рождения Аньке не портите! А то…
Не найдя сразу достойного повода для устрашения, Мариша пошарила глазами по столу.
— А то я вашего дядю Гришу на себе женю!
Дядя Гриша был мужем тетки Веры на протяжении последних тридцати лет. Он пил то запоями, то просто пил, а то до белой горячки. Поэтому сейчас на лице тетки Веры отразилось некоторое сомнение в серьезности угрозы.
— И не посмотрю, что он у вас алкоголик! — заявила ей Мариша. — Серьезно вам говорю, сначала соблазню, с вами разведу и на себе женю, а потом угроблю.
— Мариша…
— Вы меня знаете, я могу. А наследство… У него же дом с участком имеется? Так вот, наследство себе приберу!
Тетка Вера онемела. Она знала, что ее Гриша дурак. И как дурак был очень ей удобен, так как решительно не понимал, что она всю жизнь им крутит. Кроме того, запои у него никогда не шли в ущерб хозяйству. Хозяином Гриша был рачительным. И потому запои случались у него исключительно в период отпуска и на спирт, купленный за бесценок на винокуренном заводике у свояка и настоенный на вовсе бесплатных травках со своего приусадебного участка.
А участок был знатный. Мариша знала, чем угрожать корыстолюбивой тетке Вере. В участке было около сорока соток. Все они спускались к красивейшему озеру и находились в одном из самых престижных и элитных пригородных мест. Эту землю Гриша умудрился получить от колхоза светлой памяти Ильича, потом в смутные времена перестройки приватизировал землю, а год назад подтвердил право на владение ею, вызвав из кадастровой службы землемеров и оформив таким образом бумаги по всей форме.
Теперь земля на этом участке стоила от трех до пяти тысяч долларов за сотку.
1 2 3 4 5 6 7


А-П

П-Я