https://wodolei.ru/brands/Royal-Bath/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Лиз помолчала несколько секунд и ответила:— Я спрашивала вас, что вы от меня хотите, предполагая, что смогу чем-то помочь…— Вы можете все, — вскричала гостья и уже более тихо добавила:— Поверьте мне, я знаю политику. Возьмите самого Дэна, сейчас он человек часа… человек столетия, но ему нужно будет снять с себя обвинение в незаконных действиях, повлекших за собой человекоубийство… и если он публично потребует для них амнистии, кто откажет? — Аури вытерла глаза. — Вы можете попросить его сделать это. Он не мстителен, и… подобный жест его будет красивым. Что до меня: я приму свою участь. В конце концов, я была пешкой, как и все остальные заговорщики. Но Айра… — Ноги подкосились, и она осела на пол. — Айру, пожалуйста, пожалейте!Длинноногая сильная Лиз не пыталась помочь. Лицо ее то светлело, то темнело. Наконец она пробормотала, как бы разговаривая сама с собой:— Общественная жизнь этих людей закончена. Но осмелятся ли они ходить по Земле? Конечно, Деметра может предложить целый континент людям, желающим начать все сначала.Она не хотела прикасаться к сгорбившейся у ее ног фигуре и сказала:— Аури, я замолвлю слово, в том числе и за вас лично.Оставшись в одиночестве, если не считать спящих детей, Лиз возвратилась в свой кабинет; в просторной, эффектно обставленной комнате находилось самое современное оборудование, над столом висела голограмма горы Доры под шапкой вечных снегов. Помедлив, нахмурилась возле коммуникатора и нажала кнопки воспроизведения. Еще раз выслушала последнее сообщение от Бродерсена из Лимы. Голос и лицо были усталыми:— …чертова прорва всякой ерунды, с которой еще нужно разобраться. И конца ей не видно. Ты справишься лучше, чем я, дорогая. И было бы отлично, если бы ты приехала сюда. Но я все доказываю себе, что это не слишком практично, а потом отыскиваю в своих аргументах ошибку.Вскоре он, однако, упомянул имя Кейтлин. Сперва Лиз пропустила эту часть, но потом прикусила губу и повторила ее. После села и задумалась. Наконец просмотрела свой ответ, над которым сидела, когда позвонила Аурелия Хэнкок: появились и важные подробности. Но прежде чем внести их, следовало сделать нечто более важное.Поглядев с экрана, ее электронный Doppelgangerобъявил:— Твои новости пугают меня. Позволь мне поговорить с ней. Последующие несколько минут предназначены для нее. Следующие пять минут предназначены для меня.Неловко прокашлявшись и переменив позу, она проговорила:— Кейтлин, дорогая, привет. Salud. To, что Дэн рассказал мне о тебе, звучит неважно. Правда, он не был многословен, отчасти потому, что ему особо нечего сказать. Твоя жизнь, похоже, более или менее приходит в норму. Но он не вспоминал никаких ваших шуток, а он обычно делится ими со мной. Или… — прозвучал далекий замок, и запись остановилась.Помедлив, Лиз вновь включила запись и проговорила через разделявшие их световые годы:— Дэн, это для Кейтлин. Только для нее. Отключись, и пусть она выслушает остальное. Мне есть что сказать тебе, но я запишу это на следующей полосе. — Она знала, что муж с уважением отнесется к ее просьбе.— Кейтлин, лучше не показывай это Дэну. Скажи ему, что дело ограничилось женскими разговорами. Господь знает, сколько у него хлопот. И тяжелее для него твое горе. Прошу тебя, — сказала Лиз внезапно охрипшим голосом. — Пойми, передо мной ты ни в чем не виновата. Я просто не способна представить себе все, что вы пережили. Или чего хотите теперь, и это беспокоит меня более всего. Ты затерялась во сне о прошлом, и он чувствует это и… — Она справилась с волнением. — Тебе надо вернуться. Ради себя, ради него и — да — ради меня. Я могла бы купить билет до Земли, Кейтлин, поскольку Дэн намеревается провести там еще не один месяц. И так бы поступила, если бы ты не нуждалась в нем целиком. Он не должен уступить тебя той псевдожизни, в которую ты погрузилась. Я должна помочь ему. Я поняла, сколь много ты для меня значишь. — Она вздохнула. — О да, я завидовала тебе и, вне сомнения, буду завидовать в будущем. Но не ревновать. Никогда. Мы обе любим его, и он любит нас обеих. Так почему же нам не позаботиться друг о друге? — Она усмехнулась. — Быть может, настанет день, когда и он позавидует мне немного… или ощутит легкую ревность, которая не будет ранить его. Кейтлин, возвращайся домой. Я не видала звездных краев, где ты побывала, но я старше тебя и видела такие стороны жизни, с которыми ты, может быть, не знакома. Позволь мне позвать тебя…Закончив, Лиз поднялась и потянулась. Завтра она еще раз просмотрит свою речь и отредактирует ее для большей ясности. Она знала, что дала правильный совет, и надеялась, что он поможет. А теперь ромашку для сна, немного Сибелиусаи в постель. Завтра утром потребуется много сил. Хватит изображать из себя Гризельду и Пенелопу. Завтра будет много работы. Глава 50 В тот год весна пришла в Ирландию, и однажды утром Бродерсен с Кейтлин отправились в долгий поход.Они выбрали графство Клэр. Построенный пять столетий назад, потом заброшенный, позже реставрированный, нанятый ими коттедж тем не менее хранил воспоминания поколений, которые рождались под этим кровом, вырастали, влюблялись, зачинали и воспитывали детей, трудились, страдали, скорбели, смеялись, пели, мечтали, старели, умирали и были оплаканы. Невысокий, выбеленный под покрытой мхом соломенной крышей, он стоял в одиночестве высоко над морем; прежние обитатели этого дома держали овец. Приют рыбакам предоставляла расположенная в бухточке деревенька — в нескольких километрах отсюда. Обитатели ее придерживались старинных манер; они не мчались информировать всех о временных соседях и почитали право на уединение тех, о ком рассказал им священник. Встречая знаменитую пару на улицах или на берегу, вывозя их в море на лодке, попивая с ними в пабе, сельские люди ограничивались дружелюбным общением.— Прекрасный день, — проговорил Бродерсен. Взяв рюкзак с ленчем на плечи, он огляделся.На западе орляк и утесник внезапно обрывались у края утеса. Колеблемые невысокими волнами, бурые воды вдали отливали изумрудом и ртутью. Ближе они взрывались прибоем, выбрасывая белые фонтаны у скал. Рокот волн доносился и до этих высот. К югу земля была неровной, к северу еще больше; на восток она уходила зеленой равниной к синей громадине горы, вершина которой была целью их с Кейтлин прогулки. Боярышниковые изгороди вдоль вьющихся дорог пенились белым цветом. Из редких сельских домов поднимался дым к небу, по которому плыли редкие облака. Ближе виднелись травянистые откосы рата, округлый вал, охранявший чье-то владение во времена, когда Эрин еще не знал Св. Патрика; опустев, он стал известен как обиталище сидов, первые повести о которых начали рассказывать задолго до того, как Галилея узнала Христа.Прохладный ветер нес запахи моря, почвы и растительности. Высоко над головой пел жаворонок.— Вот. Ага, — проговорила Кейтлин, — словно бы страна прощается с нами и благословляет в дорогу Он оглянулся; тяжелая плотная куртка и брюки не могли скрыть изящество ее стройной фигуры. Бронзовые волосы перехватывала лента, над нею трепетал выбившийся локон. Прикосновение солнца уже покрыло лицо легким загаром, глаза Кейтлин казались более зелеными, чем набирающие силу поля, а в улыбке проступала такая радость, которой Дэн не видел с тех пор, как она отправилась на корабле к Иным, до сих пор, когда они решили немного пожить в этом месте.— Она послала со мной свое лучшее благословение, — сказал он. — Тебя.Кейтлин усмехнулась:— Ну, Дэн, из тебя получится настоящий поэт.— Нет, это не моя специальность, но — ах ты, пес, — дело в том, что я все пытаюсь рассказать, какие чувства испытываю к тебе, и не могу этого сделать.— Свои чувства ты лучше демонстрируешь другим способом, можешь это сделать, когда мы окажемся на той вершине. Но сперва нам нужно добраться туда. Пошли. — Она взяла его за руку и повела вниз по тропе к узкой грунтовой дороге, вьющейся между цветущими изгородями то вправо, то влево, но все-таки в нужном им направлении. Когда они выбрали правильный темп — сокращаются мышцы, мягко ступают ботинки, наполняются легкие, пульсирует кровь, — он спросил:— И еще одного я никак не могу передать, Пиджин, насколько я рад тому, что ты вновь вернулась в себя. Рад?! Но я бы умер ради этого.Она посерьезнела:— Неужели я была столь далека?— О нет. Тот, кто не знал тебя прежде, никогда бы не заметил, что с тобой произошло нечто странное.— Надеюсь, — в голосе ее слышалась печаль. Экипаж «Чинука» сохранил в тайне только одно: существование аватар. «Я обязываю вас молчать об этом, — сказала она своим спутникам. — Ради меня, ради Иных, ради всех людей».Бродерсен добавил ее словам силу, напомнив, к каким безумствам, обманам, пустым мечтаниям — и без всякой пользы — могут привести подобные сведения. Безусловно, Иные верили, что его экипаж даст и выдержит это обещание, и потому отчасти отпустили их домой. Всем прочим было достаточно знать, что решение приняли Иные.Шагая возле Кейтлин, Бродерсен продолжил:— Дело не в том, что ты не сердишься или важничаешь… Таких глупостей ты не допускаешь, но в тебе словно умер ребенок. Ты пела, только если тебя просили, и то лишь грустные песни, и не складывала новые. Ты не дразнила меня, не скакала по коридору…не совершала миллиона привычных поступков. В постели со мной… конечно, ты наслаждалась по-своему, но не испытывала радости. Иногда я заставал тебя в слезах, в особенности по ночам, когда ты полагала, что я сплю, или же я потом замечал, что ты плакала. Ты не стала объяснять причин, поэтому я делал вид, что ничего не замечаю.Она твердо взяла его за руку:— Дэн, дорогой мой, почему ты не сказал мне, насколько это задевает тебя?— Замечание могло только все усугубить.— Ох они! Я погрузилась в сон об Иных, мне оставалось только пытаться жить день за днем, чтобы выйти из него. И все же, если бы у меня хватило ума найти дорогу от того, что было, к тому, что окружает меня и кто…— Ерунда, все окончилось превосходно. Разве не так? К тому же нам обоим повезло: сколько было дел и на Бете, и на Земле.«Ну насчет Земли я неуверен. — Бродерсен нахмурился и сплюнул. — Мы получили формальное разрешение на наши действия, но после долгих проволочек и затруднений. А потом толпы, речи, церемонии, конференции, банкеты, приемы, Достойные Примеры, тонны почты, звонки от тысячи тысяч и вездесущие гады-газетчики… ни одной спокойной минуты, до тех пор, пока мы с Пиджин не ухитрилась улизнуть сюда. Этот кавардак, должно быть, замедлил ее выздоровление… если только оно состоялось, не смею и спрашивать».— Переменим тему. А потом прямо на Деметру, — сказал он.Дело их было закончено. Посреди всей печальной ерунды, которая в последние месяцы составляла их работу, попадались и обязанности, от которых нельзя было отказаться; следовало помочь делом и советом бетанам, принять участие в планировании регулярных отношений между обеими расами, передать ученым информацию, накопленную на «Чинуке» экипажем. Герой миллиардов, он мог выхлопотать деньги на сохранение океана, направить политику к свободе и здравому смыслу, выделить час для больных детей.И теперь «Чинуку» предстояло отвезти скитальцев — кроме Джоэль — домой. (Карлос и Сюзанна хотели встретиться с ее родителями; Фрида решила эмигрировать вместе с мужем, которого она немедленно подобрала себе на Земле.) Бетане еще не имели достаточной информации, чтобы рассчитать свои хронокинетические трюки в этих Воротах. Быть может, и не стоит, пусть люди сделают это сами, когда поумнеют. Так что у Феба Бродерсена не будет приблизительно столько, сколько он провел возле Солнца.Сильно ли изменились Барбара и Майк? Письма и ленты Лиз — согласившейся побыть дома, приглядывавшей за детьми и домом, не встревавшей в ту суету, которая поглотила его, — подтвердили, что они кое-чему научились и рады показать свои достижения папочке. Однако в их возрасте между концом зимы и началом лета протекает столько же времени, сколько его прошло от начала вселенной.Бродерсен отметил молчание Кейтлин. Встревоженный, он поглядел на нее; серьезное лицо было обращено к горизонту и синим глубинам. Нет! Прости!— Извини, — он осекся. — Я сказал что-то не то? Я бы не стал огорчать тебя, если бы мне посулили целую планету. Но, кажется, ошибся.— Нет, дорогой, — она похлопала его по спине. — Ты просто напомнил мне кое о чем.— Ну что я за идиот! Я просто пытался объяснить, какой ты была прежде, чтобы ты стала сама собой. Я не должен был пробуждать призраки. Ты сможешь простить меня?— Прощать нечего. Я преодолела желание и безнадежные попытки вернуться. В самом деле. — Пальцы ее притронулись к его руке. Они остановились посреди дороги и повернулись друг к другу. Облачко тени пробежало над ними, а солнечный свет прогнал его.— Откровенно говоря, Дэн, любовь моя, оставшиеся воспоминания лежат глубоко и спокойно, за пределами горя и радости. Это я должна просить у тебя прощения за слепоту к твоим стараниям.— Мне не всегда удаются намеки, Пиджин, макушла. Поцеловавшись, они пошли дальше, и она сказала:— Ты произнес слова, которые испугали меня: что умер бы ради того, чтобы я стала прежней.— Я бы так и поступил.— Неужели? Не стоит. А как насчет Лиз и детей? Он вздрогнул.— Да, конечно. Верно, я забыл о них. Но если любишь, как я люблю тебя… — он не мог продолжать.— Дэн, — сказала она, — я уже сказала тебе, что знаю только одну причину для нашей разлуки. Я не стану между тобою и Лиз. Тогда все добро и счастье превратится в зло и скорбь. Как тогда смогу я примириться с собой?— Не бойся, — обещал он. — Тебе потребуется лишь предупреждать меня иногда; я чту свои обязательства; к тому же я люблю и ее.Она широко улыбнулась:— Ну вот, я снова слышу моего шкипера. — И продолжила:— Но и ты, моя жизнь, чем-то встревожен. Почему?А потом как прежде он поглядел вдаль.— Я чувствую — и не впервые, — сколь нечестным образом все окончилось для тебя.— Как это?— У меня есть дом и семья, и они для меня целый мир, ты заслуживаешь того же, но я мешаю тебе. Я боюсь этого.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63


А-П

П-Я