https://wodolei.ru/catalog/dushevie_poddony/dlya-dushevyh-kabin/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


OCR Larisa_F
«Опасные хитрости»: Вече; Москва; 1998
ISBN 5-7838-0339-1
Аннотация
Юная и прекрасная Диана, героиня романа Б. Хазард «Опасные хитрости», полюбив герцога Роулингса, встречает сопротивление со стороны его матери и некой красавицы Корнелии, мечтающей стать герцогиней. Диана попадает в сети опасных хитростей и интриг, которые плетутся с целью разлучить молодых влюбленных.
Барбара Хазард
Опасные хитрости
1
Ясным октябрьским утром 1814 года мисс Диана Трэвис скромно стояла сбоку от алтаря в деревенской церкви в Истхеме и смотрела, как ее старшая сестра Энн повторяет слова супружеской клятвы вместе со своим женихом Реджинальдом Уорреном лордом Стаффордом. Энн выглядела совершенно очаровательно в белом шелковом платье и подобранной в тон шляпе вуали, которая наполовину скрывала темные кудри и разрумянившееся, сияющее от счастья лицо. У Дианы мелькнула мысль – а как, интересно, будет выглядеть она сама в свадебном наряде, когда подойдет ее черед выйти замуж. Как бы там ни было, Диана была абсолютно уверена в одном: она будет выглядеть совершенно иначе.
С ее черными как ночь волосами, которые не желали завиваться, какие бы длинные папильотки она не скручивала, и с ее гладким личиком, моментально покрывавшимся золотистым загаром, едва только она забывала надеть шляпку, Диана совсем не была похожа на свою сестру. У Энн были голубые глаза, а у нее темно-карие, огромные, с густыми черными ресницами. И ее полные чувственные губы были не похожи на сложенные бантиком, всегда недовольно надутые губки Энн. Кроме того, Энн была толстенькая и кругленькая, как булочка, а Диана – гибкая и стройная. Она тихо вздохнула, послушно склонив голову перед молитвой. Диана завидовала своей сестре; очень обидно, что у нее не такие пышные формы, как у Энн. Она знала уже в семнадцать лет, что никогда ей не быть такой же красивой, как Энн. Иногда она мечтала о том, чтобы судьба проявила благосклонность и поделила бы ту красоту, что подарена одной, между ними двоими.
В этот торжественный день, в день свадьбы своей сестры, Диана надела новое платье, светло-желтое, золотистое, украшенное кружевами, и у нее в руках был букет желтых и белых хризантем. Такой же, только маленький букетик украшал ее волосы. Ее мать разрешила ей по такому случаю, хоть и с большим трудом и не скрывая своего огорчения, выйти впервые с непокрытыми волосами, зачесанными гладко за уши. Диана даже и не представляла, какой волшебный вид придавала эта прическа ее овальному лицу – глаза казались еще больше и еще таинственней. И не думала она также о том, как необыкновенно идет ей это платье. Один джентльмен, чьи взгляды были до сих пор обращены на Энн, поглядывал снова и снова на стройную фигуру Дианы и удивлялся, почему это он никогда раньше не замечал, как прекрасная младшая дочка Трэвисов.
Теперь Реджи говорил вслед за викарием, и Диана искренне надеялась, что жених ответит гладко на все вопросы – дело в том, что Реджинальд имел обыкновение заикаться, когда он был сильно возбужден или смущен. Энн подбадривала его, мягко улыбаясь, и он краснел при одном только взгляде на нее. Лорд Стаффорд был лет на семь старше своей невесты. Но Диане он все равно казался еще очень молодым, хотя ему и было уже двадцать шесть лет. Диана помнила тот день, когда Энн вбежала в комнату и объявила, что Реджи говорил с их отцом и просил ее руки, и тогда Диана еле удержалась от вопроса, а действительно ли Энн так страстно хочет выйти замуж за лорда Стаффорда. Сама она считала его неинтересным – фатоватым, пустым и немного глупым, к тому же неразговорчивым и неостроумным. Но, видя, как сияет от счастья ее сестра, Диана решила воздержаться от комментариев. Немного позже она обратилась с этим вопросом к матери. Мать сидела за столом в своем будуаре и писала письма.
Положив перо, миссис Трэвис посмотрела внимательно на младшую дочь.
– Тебе следует запомнить, моя дорогая, что ты не такая, как Энн. Ты была бы наверняка несчастна в браке с Реджинальдом, а она будет безумно счастлива.
– Почему ты в этом так уверена, мама? Миссис Трэвис слегка кашлянула.
– На прошлой неделе мне довелось видеть, как ты смотрела на него – довольно скептически, да! Не было похоже, чтобы ты им восхищалась – не блещет талантами, не начитан, не остроумен. Качества, которыми ты, моя дорогая, обладаешь, прямо скажем, в изобилии.
Диана широко открыла глаза.
– Я? – спросила она изумленно, так как мама не разбрасывала никогда льстивых комплиментов.
Миссис Трэвис кивнула и погладила ее по щеке:
– Конечно, моя милая Ди, именно ты. Кто же еще!
И все-таки твоя сестра будет довольна своим мужем. Вот увидишь.
И она снова занялась письмами, оставив Диану размышлять над сказанным. Верно, сама Энн талантами особыми не отличалась. Диана вынуждена была это признать, хоть и очень любила свою сестру.
В то время как Диана проводила вечера в уединении, читая книжки, Энн любила поболтать с друзьями, пофлиртовать или помечтать о новых платьях. И если Диана больше всего на свете любила поговорить с отцом о последних событиях или обсудить с ним книгу, которую они оба только что прочитали, то Энн обычно находила тут же предлог, чтобы улизнуть от них и помочь матери по хозяйству или заняться вышиванием.
Что же, думала Диана сейчас, услышав благословение викария, вполне возможно, что мама права. Энн, кажется, очень довольна, а Реджи – тот вообще одурел от счастья.
Новобрачные вышли из церкви и были встречены ликующими возгласами и аплодисментами собравшихся. Диана неожиданно почувствовала себя немного неспокойно. Она заметила, что ее сестра тоже смотрит в ту сторону, где на дороге, у церковных ворот, появился всадник, который в этот момент высоко поднял свою шляпу и поклонился невесте. Румянец на щеках Энн вспыхнул сильнее, и она смущенно потупила взгляд. Всадник повернулся и сказал что-то своему приятелю, а Диана смотрела на него во все глаза, потому что никого похожего на поклонившегося только что джентльмена она не видела еще в своей жизни.
Хотя он сидел сейчас в седле, но было ясно, что он высокий, гораздо выше среднего роста. А таких широких плеч и такой мощной фигуры, как у него, Диане не приходилось раньше видеть. Сильной рукой он легко держал поводья. Диану привлекло его лицо. Оно было гладко выбрито и поражало своими выразительными чертами – крупный нос, впалые щеки, смелые глаза, от взгляда которых становилось тревожно на душе.
Наверное, он был красив. Но не об этом была первая мысль Дианы. В нем чувствовалась сила, и он излучал эту силу и железное спокойствие. Диана вздрогнула.
Будто почувствовав ее взгляд, мужчина посмотрел теперь прямо на Диану, и в его глазах мелькнул вызов. Она знала, что должна отвести свой взгляд, но они продолжали смотреть друг другу в глаза. Диана ощущала себя беспомощной пленницей.
Вдруг он как бы опомнился и поклонился снова, еще ниже, на этот раз ей одной. А она все еще смотрела и смотрела на него, сжимая в руке букет цветов.
– Ради Бога, прекрати пялиться, Ди! – прошептала мать, подталкивая ее слегка. Энн с молодым супругом стали сходить вниз по лестнице. – Эти джентльмены всего-навсего гости лорда Барретта. Ты, наверное, слышала, что он устраивает охоту. А ты рот открыла, совсем как Молли Парсонс, но у нее-то с головой не все в порядке. Пойдем, ну же!
Диана послушно опустила глаза. Она поспешила помочь сестре, которая уже садилась в экипаж, поддерживаемая за локоть лордом Стаффордом. Слегка наклонившись, Диана не могла заметить последний, оценивающий взгляд, которым окинул ее незнакомый джентльмен, прежде чем уехать вместе со своим приятелем.
Между поместьем лорда Барретта и Кромптон-Эбби, домом Трэвисов, не существовало удобной дороги, поэтому Диана совсем забыла про охоту, которую ежегодно устраивал лорд. Мистер Трэвис не входил в число его друзей.
Когда Энн и Диана были еще маленькими, они, прячась за изгородью, разделявшей два поместья, наблюдали за тем, что происходит у соседей, в своей невинности предполагая самые экстравагантные вещи. Но надо сказать, что лорда Барретта очень редко можно было увидеть в его резиденции, потому как он предпочитал роскошно и праздно жить в Лондоне. Тем не менее он обязательно появлялся здесь во время охотничьего сезона, и тогда обеих сестер держали поближе к дому. Миссис Трэвис была полностью согласна с мужем – и не только по поводу их соседа, но и гостей лорда Барретта, о развлечениях которых ходили разные слухи. Она не желала, чтобы ее невинные красотки попались на глаза лондонским повесам. Сестрам оставалось только огорчаться, что ни одна из них так ни разу и не увидела хоть какого-нибудь повесу, а весь повеса должен быть очень, очень распутным – и потому очень загадочным и красивым.
Свадебный пир начался. Для желающих танцевать играл оркестр. Диана была удивлена, оказавшись вдруг в центре внимания. Она и не думала, что ей будет так весело. Кружась в танце с сэром Томасом Реддингом, который на нее никогда раньше вообще не обращал внимания, слушая экстравагантные его комплименты, она была уверена, что он выпил слишком много шампанского. Ее мысли снова и снова возвращались к незнакомцу у церковных ворот, и она не могла не сравнивать его со всеми этими джентльменами, которых она знала и которые все теперь наперебой умоляли ее с ними потанцевать. Она даже подумала, что будто его взгляд стал причиной того, что и другие обратили на нее внимание, но потом решила, что у нее просто слишком разыгралась фантазия.
Миссис Трэвис принимала поздравления друзей по поводу удачного брака ее дочери Энн, кивая всякий раз головой, когда замечала среди танцующих Диану. От взгляда матери не ускользнуло, что на ее младшую дочь обратил внимание богатый холостяк мистер Вэйстфилд. И миссис Трэвис улыбнулась.
– У тебя есть причины быть довольной, Сара, – заметила ее тетя, леди Майклс, взяв бокал с подноса. – Какая великолепная пара – Энн и Реджинальд! И как очаровательна сегодня Диана! Сколько грации! Восхитительно! Пусть она всегда так убирает свои волосы. Ей очень идет эта прическа. Уверена, что очень скоро мы все соберемся здесь снова на торжество, но уже по другому счастливому случаю Мисс Трэвис спокойно кивнула, хотя и находила комментарии тети Эммы слишком прямолинейными. Но, впрочем, разве было когда-нибудь иначе?
– Диане всего семнадцать лет. Ей еще рано думать о замужестве.
– Нонсенс! Чем раньше, тем лучше! Вы планируете поехать с ней в Лондон в этом месяце? Она вполне созрела!
Сара Трэвис вздохнула, желая, чтобы голос тети не был такой громкий и пронзительный. Но за свою жизнь миссис Трэвис научилась контролировать эмоции и не говорить слова, которые первыми приходят в голову.
– Я так не думаю. Быть может, весной, когда ей исполнится восемнадцать. А сейчас и ее отец, и я, мы считаем, что она еще – э-э…не готова. Леди Майклс кашлянула.
– Ты судишь по ее фигуре. Но у девушки есть еще кое-что, по чему можно сразу сказать, когда она готова. Если я правильно угадала, то наша мисс Диана как раз на подходе. Девушки как ягодки, Сара, – они цветут, растут, созревают, чтобы их кто-нибудь сорвал!
И она расхохоталась громко, от всего сердца, довольная своим остроумием. Миссис Трэвис не нравилось слово, которое тетя так легко употребила два раза – «созревать». Может быть, потому что миссис Трэвис хотелось сравнить Диану с цветком? А то, что говорила тетя, скорее напоминало репу.
Леди Майклс указала своим костистым пальцем.
– Смотри, как вьются вокруг нее мужчины. Если ты не позаботишься, Сара, она, пожалуй, влюбится в одного из наших веселых фермеров, а тебе известно, что это значит. Такой может подойти Энн, но не Диане.
Сара Трэвис ничего не ответила, но была согласна, что истхемский сквайр это не то, что она желала для своей младшей дочери. Она извинилась, сказав, что ей надо подойти и к другим гостям. Леди Майклс кивнула понимающе и ткнула своим веером стоявшей рядом женщине под ребра.
– Запомни мои слова, Полли! Наша милая Диана себя покажет, и очень скоро, она сведет кого-нибудь с ума. Она не пойдет безропотно к алтарю, чтобы пробормотать «да, милорд». Смотри, какой темперамент!
Подруга леди Майклс, ее бедная дальняя кузина, кивнула, но не успела ничего ответить.
– Я очень надеюсь, – продолжала леди Майклс, – Майклс, – что Сара все-таки поедет с Дианой в Лондон. Вот это будет фейерверк! Полли, я чувствую, что где-то сквозняк – пойди и найди, откуда тянет, немедленно! Это все, на что ты годишься. Силы небесные не дадут соврать, что с тобой толком не поболтаешь.
Позже Диана стояла рядом со своими родителями, глядя, как отъезжают от дома новобрачные. Их путь лежал в одно из владений лорда Стаффорда в Шотландии, а затем в его поместье недалеко от Кэфилда. Диана не ожидала увидеть их раньше Рождества, и ей было немного грустно. Хотя они с сестрой были совсем не похожи друг на друга, но они проводили много времени вместе, а доброта Энн и ее солнечная улыбка часто помогали Диане избавиться от унылых мыслей, которые овладевали ею всякий раз, когда ей было скучно или когда на нее находила депрессия.
Гости разъехались. Жизнь в Кромптоне снова вошла в свою обычную колею.
И вот однажды утром Диана сказала матери, что собирается прокатиться верхом на лошади по окрестностям.
Миссис Трэвис нахмурилась и удивилась. В это время с полей донеслись звуки охотничьих рожков.
– Я совсем забыла, что лорд Барретт открыл охотничий сезон, мама, – сказала Диана.
– Будь уверена, моя дорогая, что мама не забыла, – вмешался отец. – И я полностью на ее стороне, раз ты не хочешь брать с собой грума. В этом году у лорда Барретта развлекается очень большая компания, и тебе не стоит рисковать и привлекать к себе нескромные взгляды этих разудалых охотников. Лучше побудь дома до тех пор, пока они не разъедутся.
Диана согласилась, но впервые за все время почувствовала легкий укол обиды и возмущения. Конечно же, требования отца совершенно абсурдны и безосновательны. Надо же понимать, что все гости лорда Барретта люди очень высокого положения.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23


А-П

П-Я