СТИВЕН КИНГ


НОЧНОЙ ПРИБОЙ

(перевод А.Мясникова)


После того, как парень был уже мертв и в воздухе повис
густо запах горелого мяса, мы все снова пошли на пляж. Кори
нес свой старый радиоприемник - из тех, что размером с
чемодан и которым батареек нужно, наверное, штук сорок. Но
на нем, все-таки, можно было слушать и кассеты. Качество
звучания и громкость были, конечно, не ахти какими, но
работал он вполне сносно. До того, как Кори ввели А6, он был
довольно состоятельным человеком, но с тех пор деньги
волновать его перестали. Даже эта старая магнитола была для
него только осколком прошлого. Приемник мог поймать только
два радиостанции. Первая, портсмутская, называлась WKDM и
пичкала своих слушателей исключительно религиозными
программами вперемежку с новостями. Даже ди-джеи были у них
все какие-то рехнутые. Подборочки у них были приблизительно
такие: Перри Комо - "Молитва", Джонни Рэй - "Псалом",
Джеймс Дин - "Восточный Эдем", ну и так далее. Где только
откапывали такие... Однажды какой-то идиот запел песенку под
названием... что-то вроде "Вязания снопов". Мы с Нидлзом
просто по земле катались от хохота. Чуть истерика не
случилась.
Массачусетская станция была намного лучше, вообще
совсем другое дело, но поймать ее можно было только в ночное
время. Отличная молодежная радиостанция - много хорошей
музыки и презабавные письма от радиослушателей. Думаю, они
применяли для ретрансляции оборудование станций WRKO или
WBZ, а может быть, WDOPE, KUNT или WA6 или какой-нибудь еще
такого класса после того, как там все умерли или просто
побросали свои рабочие места. Очень веселая радиостанция -
просто ухохотаться, помереть со смеху можно. Как раз ее мы
и слушали, когда шли обратно на пляж. Сюзи держала меня под
руку, Келли и Джоан шли впереди, Нидлз плелся где-то сзади
за нашими спинами. Замыкал шествие Кори, размахивая своим
радиочемоданом в такт шагам. Стоунз пели свою "Энджи".
- Ты ЛЮБИШЬ меня? - то дело спрашивала меня Сюзи. - Я
просто хочу знать: ты меня ЛЮБИШЬ?
Она просто нуждалась в том, чтобы я постоянно заверял ее
в своей любви. Я был для нее плюшевым мишкой, как в
одноименной песенке Элвиса.
- Нет, - честно ответил я, она уже в те годы была
настоящей толстухой, и если она доживет до старости, в чем я
сильно сомневаюсь, то станет настоящей жирной свиньей. К
тому же, она была слишком болтлива.
- Ты мерзавец, - прохныкала она, и вырвав свою руку,
закрыла лицо, ее покрытые лаком ногти тускло блеснули в
свете почти полной луны, поднявшейся около часа назад.
- Снова реветь будешь?
- Заткнись! - крикнула она, и я понял, что сейчас она
точно разревется.
Мы вышли на гребень холма, с которого начинается спуск
к пляжу, и я остановился. Я всегда ненадолго останавливался
на этом месте. До того, как применили А6, здесь был
общественный пляж. Туристы, веселые компании и семьи,
выехавшие на пикник, визгливая малышня, их толстозадые
бабули в белых панамах или с шезлонгами с солнцезащитными
козырьками и так далее. Люди на подстилках валялись здесь
под ярким солнышком вперемежку с обгрызенными кукурузными
початками и конфетными обертками, свежий морской воздух был
смешан с автомобильными выхлопами и запахом машинного масла
с находившейся тут же неподалеку стоянки.
Но сейчас никакой грязи и мусора нет. Все съедено
приливом. Всю эту хреновину слизнул своим огромным
прохладным языком океан. Люди уже не придут сюда и не
нагадят здесь снова, как раньше. Есть только мы, но от нас
не много вреда. Мы любили пляж, очень любили - и не мы ли
только что сделали ему жертвоприношение? Даже Сюзи любила
его, маленькая толстозадая сучка Сюзи в дурацких
расклешенных брюках клюквенного цвета.
Песок был почти безупречно белым и покрытым мелкими
ветряными барханчиками, как в пустыне. Только кое-где
валялись на нем небольшие спутанные клубки бурых морских
водорослей и щепки, принесенные прибоем. Все кругом было
залито ярким лунным светом, предметы отбрасывали сочные
чернильно-черные тени с четкими очертаниями. Высокая
спасательная вышка, находившаяся ядрах пятидесяти от нас,
была совершенно белой в этом свете и походила на какой-то
гигантский фантастический скелет, грозно возвышающийся над
пляжем.
И прибой, ночной прибой, выбрасывающий на берег
пенистые волны вдоль береговой линии, насколько хватало
глаз. Может быть, эти волны еще прошлой ночью были
где-нибудь у берегов Англии.
"Энджи" в исполнении Стоунз, - с потрескиванием объявил
ди-джей из динамика радиоприемника. - Свою сегодняшнюю
встречу с вами я открыл этой песенкой неспроста несмотря на
то, что ей уже много лет. Ведь настоящее искусство вечно, а
это его произведение - чистое, как говорится, золото. Я -
Бобби. Сегодня ночью с вами должен быть Фред, но Фреда
подкосил грипп и он весь буквально-таки опух, только не
волнуйтесь, пожалуйста, дорогие слушатели и особенно
слушательницы. С Фредом все будет в порядке".
В этом месте Сюзи хихикнула сквозь слезы, а я шагнул,
наконец, к пляжу и быстро зашагал под уклон.
1 2 3 4 5