Топильская Елена
Белое, черное, алое
Елена Топильская
Белое, черное, алое...
Анонс
Елена Топильская - создатель российского "следственного" романа, который сочетает головокружительную интригу с ужасающей правдоподобностью бытия. "Белое, черное, алое..." продолжает кружить вас в безудержном ритме "Танцев с ментами". Смерть, предательство и безысходность не заставят героев утратить свои лучшие, главные человеческие качества.
Где есть поступок, там всегда найдется место мотиву.
Рекс Стаут "Приглашение к убийству"
Удачливый предприниматель Дмитрий Чванов вышел из супермаркета с четырьмя огромными пакетами, набитыми заморской снедью. Коробка конфет "Моцарт", крабовая колбаса и "Мартини" - для жены, Ольги, детям испанские дыни и несколько виноградных гроздей с гигантскими полупрозрачными ягодами, похожими на матовое стекло острова Мурано, шоколад всех сортов, громоздкие пластиковые колбы "Фанты" и "Спрайта".
Себе - дюжину "Гролш Премиум", легкого пива, которое прекрасно идет на свежем дачном воздухе с копченым угрем. Ну и по мелочам - нарезки на завтрак, испанских маслин, булочек с кунжутом, несколько коробок пиццы (очень удобно, бросишь в микроволновку, и можно идти мыть руки перед едой), коробку финских свечек, фигурно затекших каплями разноцветного воска, а то на даче пока только одна лампочка.
Пора уже, конечно, заканчивать отделку загородного дома, просто руки не дошли простимулировать процесс - замотался в последние две недели в борьбе за право на особнячок в самом крутом месте города.
Но как будто все удачно, особнячок можно считать своим. Небольшой ремонт, включая тротуар на сто метров в обе стороны, кованые решетки на окна, затейливый навес, художественная вывеска - и можно торжественно перерезать ленточку под залпы пробок от шампанского. Правда, где-то он слышал, что открывать шампанское с громким хлопком - дурной тон: когда пробка покидает бутылочное горлышко в руках настоящего знатока, раздается негромкий, деликатный звук, похожий на вздох облегчения.
Пакеты аккуратно пристроены на заднее сиденье благородно-черного "мерса", дверцы тихо загерметизировали салон, панель управления аристократически мерцает бархатными красными огоньками. Шутя преодолев отрезок загородного шоссе, верный "мерс", к которому Чванов относился как к породистой лошади, словно вкопанный, остановился перед художественной, но от этого не менее прочной и высокой оградой его резиденции.
Солнце ярко светило сквозь поредевшую листву, желто-красные деревья лениво шевелили ветками, трава уже увяла. Начинающиеся холода погнали в город запоздалых дачников, в поселке уже практически никого не осталось, и это было к лучшему - меньше любопытствующих глаз. Его-то дом был теплым и комфортабельным, холода их не пугали, камин уже топился. Вот только электричество...
Он оставил автомобиль перед воротами и вошел в дом, споткнувшись о провод, перекинутый от дверей к опоре линии электропередач. Чертыхнулся: жена могла бы и выйти навстречу, слышала ведь, наверное, что подъехала машина. Нагруженный сумками с провизией, он чудом удержался на ногах, а мог и грохнуться.
Небось опять нализалась, пользуясь его отсутствием; ему уже дети говорят: мама опять больная... Но деться некуда-как разведешься с двумя детьми? Обозлившись из-за попавшегося под ноги провода, он выругался, чуть не вслух задав себе вопрос: что тут будешь делать?! Да и жалко ее; пару раз он уходил, но сердце не выдерживало, рвалось назад: как она там? Потом махнул рукой и смирился с тем, что это его крест до конца дней. Хотя бы ради сына и дочки.
Поскольку руки были заняты, он не смог придержать дверь, она громко хлопнула за ним. Тут же из дальней комнаты выбежали Эля и Эльдар, повисли у него на шее, отталкивая друг друга; потом забрались в разноцветные пакеты, вытаскивая покупки. Жена не выходила.
Сняв куртку, он прошел в гостиную. Ольга сидела перед камином, даже не обернулась, и он опять подумал о женской неблагодарности. Ведь у нее есть все: дом - дай Бог каждому, здоровые дети, шмутки в шкафы не влезают (а она целыми днями ходит в одном и том же старом свитере), работать он ее не заставляет, с потенцией у него все в порядке, и внешне он не урод. Даже "Мартини" он ей возит, чтобы она не насасывалась своим отвратительно пахнущим джином. Ну какого ей рожна еще?!!
Не переодеваясь, он присел к огню, вытянул ноги и закрыл глаза. Ребята понесли продукты на кухню, рассортировали все как надо и стали просить разрешения зажечь финские свечки. И как только зажгли - а за окнами незаметно стемнело, - как по заказу, мигнула и погасла единственная на весь дом лампочка, освещавшая гостиную. Дети заверещали; только Ольга не шелохнулась. Он даже заглянул ей в лицо, подумав вдруг, что она забылась пьяным сном; но нет, ее глаза были широко открыты, и в них отражался огонь камина.
Легко поднявшись, он взял у Эльдара длинную цветную свечку и пошел на улицу посмотреть, в чем дело. Может, провод упал?
Открыв дверь на улицу, он сощурился, привыкая к бархатной темноте, потом шагнул с порога, и острая мгновенная боль пронзила его сзади. Он вскрикнул, упал и больше ничего не чувствовал.
А тот, кто ударил его ножом в спину, перешагнул через его тело и, войдя в дом, пошел по коридору на звук шуршащего пламени камина.
- Папа, ну что там? - послышался детский голос; он не понял, мальчик это сказал, или девочка.
- Папа?.. - повторил тот же детский голос и осекся, когда их уже не разделяла стена. Раздался детский крик, потом закричали в два голоса; он не боялся их взглядов, потому что узнать его все равно никто не мог:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131