Василий Шукшин: «Ваня, ты как здесь?!»

Василий Шукшин
Ваня, ты как здесь?!


Рассказы –



Василий ШукшинВАНЯ, ТЫ КАК ЗДЕСЬ?! У Проньки Лагутина в городе Н-ске училась сестра. Раз в месяц Пронька ездил к ней, отвозил харчи и платил за квартиру. Любил поболтать с девушками-студентками, подругами сестры, покупал им пару бутылок красного вина и учил:— Вы, главное, тут… смотрите. Тут народ разный. Если он к тебе: «Вы, мол, мне глянетесь, то-се, разрешите вас под ручку», — вы его по руке: «Не лезь! Мне, мол, сперва выучиться надо, а потом уж разные там дела. У меня, мол, пока одна учеба на уме».В один из таких приездов Пронька, проводив утром девушек в институт, решил побродить до поезда по городу. Поезд уходил вечером.Походил, поглазел, попил воды из автомата… И присел отдохнуть на скамейку в парке. Только присел, слышит:— Молодой человек, простите, пожалуйста. — Подошла красивая молодая женщина с портфелем. — Разрешите, я займу минутку вашего времени?— Зачем? — спросил Пронька.Женщина присела на скамейку.— Мы в этом городе находимся в киноэкспедиции…— Кино фотографируете?— Да. И нам для эпизода нужен человек. Вот такого… вашего типа.— А какой у меня тип?— Ну… простой… Понимаете, нам нужен простой сельский парень, который в первый раз приезжает в город.— Так, понимаю.— Вы где работаете?— Я приезжий, к сестре приезжал…— А когда уезжаете?— Сегодня.— Мм… тогда, к сожалению, ничего не выйдет. А у себя… в селе, да?..— Но.— У себя в селе где работаете?— Трактористом.— Нам нужно, чтоб вы по крайней мере неделю побыли здесь. Это нельзя?— Трудно. Сейчас самое такое время.— Понимаю. Жаль. Извините, пожалуйста. — Женщина пошла было, но вернулась. — А знаете, у вас есть сейчас минут двадцать времени?— Есть.— Я хочу показать вас режиссеру… для… как вам попроще: чтобы убедиться, в том ли мы направлении ищем? Вы не возражаете? Это рядом, в гостинице.— Пошли.По дороге Пронька узнал, как будет называться кино, какие знаменитые артисты будут играть, сколько им платят…— А этот тип зачем приезжает в город?— Ну, знаете, искать свою судьбу. Это, знаете, из тех, которые за длинным рублем гоняются.— Интересно, — сказал Пронька. — Между прочим, мне бы сейчас длинный рубль не помешал: домишко к осени хочу перебрать. Жениться надо, а в избе тесно. Пойдут ребятишки — повернуться негде будет. У вас всем хорошо платят?Женщина засмеялась.— Вы несколько рановато об этом. А вы могли бы с неделю пожить здесь?— Неделю, думаю, мог бы. Я дам телеграмму, что…— Нет, пока ничего не нужно. Ведь вы можете еще не подойти…— Вы же сказали, что я как раз тот самый тип!— Это решает режиссер.Режиссер, худощавый мужчина лет за пятьдесят, с живыми умными глазами, очень приветливо встретил Проньку. Пристально, быстро оглядел его, усадил в кресло.Милая женщина коротко рассказала, что сама узнала от Проньки.— Добре, — молвил режиссер. — Если дело пойдет, мы все уладим. А теперь оставьте нас, пожалуйста, мы попробуем… поиграть немного.Женщина вышла.— Как вас зовут, я забыл?— Прокопий. — Пронька встал.— Сидите, сидите. Я тоже сяду. — Режиссер сел напротив. Весело смотрел на Проньку. — Тракторист?— Ага.— Любите кино?— Ничего. Редко, правда, бывать приходится.— Что так?— Да ведь… летом почесть все время в бригаде, а зимой на кубы уезжаем…— Что это такое?— На лесозаготовки. Женатые-то дома, на ремонте, а холостежь — вроде меня — на кубы.— Так, так… Вот какое дело, Прокопий. Есть у нас в фильме эпизод: в город из деревни приезжает парень. Приезжает в поисках лучшей судьбы. Находит знакомых. А знакомство такое… шапочное: городская семья выезжала летом отдохнуть в деревню, жила в его доме. Это понятно?— Понятно.— Отлично. Дальше: городская семья недовольна приездом парня — лишняя волокита, неудобства… и так далее. Парень неглупый, догадывается об этом и вообще начинает понимать, что городская судьба — дело нелегкое. Это его, так сказать, первые шаги. Ясно?— А как же так: сами жили — ничего, а как к ним приехали — не ндравится.— Ну… бывает. Кстати, они не так уж и показывают, что недовольны его приездом. Тут все сложнее. — Режиссер помолчал, глядя на Проньку. — Это непонятно?— Понятно. Темнят.— Темнят, да. Попробуем?.. Слова на ходу придумаем. А?— А как?— Входите в дверь — перед вами буду не я, а те ваши городские знакомые, хозяин. Дальше — посмотрим. Ведите себя как Бог на душу положит. Помните только, что вы не Прокопий, Пронька, а тот самый деревенский парень. Назовем его — Иван. Давайте!Пронька вышел из номера… и вошел снова.— Здравствуйте.— Надо постучаться, — поправил режиссер. — Еще раз.Пронька вышел и постучал в дверь.— Да!Пронька вошел. Остановился у порога. Долго молчали, глядя друг на друга.— А где «здравствуйте»?— Я же здоровался.— Мы же снова начали.— Снова, да?Пронька вышел и постучался.— Да!— Здравствуйте!— О, Иван! Входите, входите, — «обрадовался» режиссер. — Проходите же! Каким ветром?Пронька заулыбался.— Привет! — Подошел, обнял режиссера, похлопал его по спине. — Как житуха?— А чего ты радуешься? — спросил режиссер.— Тебя увидел… Ты же тоже обрадовался.— Да, но разве ты не чувствуешь, что я притворно обрадовался? Дошло?— А чего тебе притворяться-то? Я еще не сказал, что буду жить у вас. Может, я только на часок.Режиссер наморщил лоб, внимательно посмотрел в глаза Проньке.— Пожалуй, — сказал он. — Давай еще раз. Я поторопился, верно.Пронька опять вышел и постучался. Все повторилось.— Ну, как житуха? — спросил Пронька, улыбаясь.— Да так себе… А ты что, по делам в город?— Нет, совсем.— Как совсем?— Хочу артистом стать.Режиссер захохотал.
1 2